Чтение онлайн

Супруги попрощались и пошли к дверям.

На пороге Пит Криг обернулся:

– Завтра мы придем вместе с адвокатом. Здоровья вам и благополучия!

И они ушли, лишив Фиру последней надежды стать матерью.

А следующим утром… Боже, лучше бы Фира не проснулась! Утром ей принесли свежий номер «Нью-Йорк таймс» и еще несколько газет. И везде на первых полосах – сенсационные фотографии Крига и его жены, кричащие заголовки: «Врачебная ошибка ценой в миллион долларов!», «Русская женщина-врач

вынашивает американского ребенка!». Все залихватски, чисто по-американски.

В жизни Фиры было много скандалов, но этот обещал стать международным, в центре которого находилась беззащитная еврейская женщина…

Виктор примчался к ней. Сказать, что он был расстроен и огорчен, – значит ничего не сказать. Он был раздавлен.

– Кому это нужно? Что делать? – Виктор едва не заламывал руки, как истерическая барышня. – Придется отдать ребенка родителям.

Фира взорвалась:

– Убирайся вон! – равнодушие к мужу мгновенно обратилось в ненависть к нему. – Трус! Ничтожество! Я развожусь с тобой! Убирайся!

– Фирочка, успокойся, – попытался остановить ее Виктор, но сделать это было невозможно.

На следующий день Фира вызвала адвоката, и он оформил расторжение брака.

Состояние Фиры было тяжелым. Она не вставала с постели. Несколько раз к ней приезжал Пит – привозил цветы, фрукты, соки. Фира видеть его не могла. Но он был настойчив и доброжелателен.

– Я узнал от профессора Вайса, что вы развелись с мужем. Мы купили вам квартиру на Манхэттене. У нас говорят так: «Новое место – новое счастье».

– Спасибо, – вяло ответила Фира. – Не надо мне никакого счастья. Ни нового, ни старого. Я вас прошу об одном: не приезжайте ко мне, пока я не рожу…

– Конечно, конечно…

На тридцать второй неделе была назначена операция – кесарево сечение. Она прошла благополучно. Медицинская сестра, ассистировавшая профессору Вайсу, не читала газет и не была в курсе дела. Она подняла орущего младенца и положила его на грудь Фире. С этой минуты связь, возникшая между ребенком и женщиной, выносившей его, стала неразрывной.

В послеоперационную палату вошли Пит с женой.

– Можно, я буду кормить его грудью? Хотя бы два месяца?.. – с надеждой спросила Фира.

– Нет, – решительно ответила Ревекка. – В этом нет необходимости.

Они увезли малыша. Бедная Фира…

Оправилась Фира быстро. В день выписки ей принесли конверт с ключами и адресом ее новой квартиры, а также карточку «Америкэн Экспресс» и извещение, что на этот счет ей будут ежемесячно перечислять по десять тысяч долларов пожизненно.

Фира приехала на такси по указанному адресу, поднялась на двадцать четвертый этаж и вошла в квартиру.

Она показалась ей роскошной: двухэтажная, окна от пола до потолка, все стильно, в бело-черной гамме. Кухня сияла блестящим металлом, встроенная плита, холодильник – словом, вся американская «цивилизация».

Она поднялась по стеклянной лестнице на второй этаж. Заглянула в ванную, комнату для гостей, открыла огромный шкаф в спальне. Там аккуратно висела одежда «от кутюр» ее размера, внизу стояла обувь. В гостиной Фира легла на удобный кожаный диван, взяла пульт телевизора и стала бездумно нажимать на кнопки, так незаметно задремала от усталости и впечатлений.

Разбудил ее телефонный звонок:

– Это Пит Криг. Все нормально, Фира? Может быть, вы еще в чем-нибудь нуждаетесь?

– Спасибо, все хорошо.

– Это вам спасибо за нашего чудесного малыша! Его завтра выписывают, у мальчика была легкая желтуха. Мы решили, что лучше понаблюдать за ним в госпитале. Да, мы назвали его Томом – Том Криг. Здорово, да? – Счастливому Питу явно недоставало такта.

– Поздравляю. Пит, вы не подскажете, зачем мне теперь жить? – Фира положила трубку и зарыдала.

Подруг у нее не было, мужа теперь тоже. Она осталась одна в чужой стране, где у нее отобрали мечту.

Фира пошла было в спальню, но ее остановил звонок в дверь.

– Это я, Пит, – раздался взволнованный голос.

– Проходите, раз пришли, – она пригласила Крига в гостиную. – Чай, кофе? Впрочем, я даже не знаю, что у меня есть.

– Я сейчас закажу ужин из ресторана. Ведь вы, наверное, целый день не ели?

Фира вдруг разозлилась. Какого черта он лезет в ее жизнь?! Она уперла руки в боки:

– Ребенок выношен! Здоров! Что вам от меня еще нужно?

Пит не растерялся.

– Не согласитесь ли вы стать крестной матерью Тома?

– Неплохая идея… Крестная еврейка.

– Это не важно, вы же неверующая, а я из тех людей, которые на добро отвечают добром.

Он непринужденно расположился, как у себя дома (впрочем, миллионер всюду у себя дома), заказал еду и, когда ее принесли, умело накрыл стол.

Фира вдруг почувствовала облегчение и зверский голод. Она азартно принялась за еду.

Вскоре они болтали, как друзья, и даже незаметно перешли на «ты».

– Почему ты ко мне приехал? – спросила Фира.

– Ты говорила так, будто собралась прыгнуть с двадцать четвертого этажа… Я не мог этого допустить. – Он засмеялся. – Ты мне дорога, как женщина, выносившая моего сына…

Пит ненавязчиво обнял ее. От его рук исходило тепло. Фира почувствовала уверенность в том, что все будет хорошо.

– А теперь тебе нужно поспать, – сказал Пит.

– Ты прав. Спасибо за ужин.