Загон
Шрифт:
– В одних трусах шляться нельзя.
– Особенно, когда одни на двоих.
– Логично рассуждаешь, – похвалил Андрей и, заприметив на противоположной стороне витрину со словом «Одежда», придержал Вадика за рукав.
Дождавшись, пока в потоке машин не образуется прогал, они перебежали через дорогу и на полном ходу влетели в магазин.
Помещение оказалось маленьким, под стать гуманитарной лавке в Бибиреве-6, вот только товары были совсем другие. Поначалу Андрей растерялся: как здесь можно что-то выбрать? Вдоль стен в несколько рядов
Людей в магазине не было – кроме них двоих, между вешалок шлялся худой тип с орлиным носом и выдающимся кадыком.
– Приветствую вас, – прогундосил он. – Вам повезло, сегодня еще действуют праздничные скидки, а покупателей, как видите… Вы без суеты подберете себе что-нибудь достойное, и это обойдется вам дешевле, чем если бы вы пришли завтра.
Продавец говорил очень быстро, и Андрей мало, что понял.
– Да, нам нужно достойное, – подтвердил он.
– Вы на нас так не пяльтесь, – дружелюбно сказал Вадик. – Мы с карнавала вчерашнего загулялись.
– Что вы! Я не… гхм… Жалко, я на карнавал не попал. На башне был, а карнавал упустил как-то.
– Это был очень скромный карнавальчик. В узком кругу, – пояснил Вадик. – Деньги-то у тебя откуда? – шепотом спросил он.
– Гертруда подарила, – громко ответил Андрей и невзначай переложил из кармана в карман свою кредитку. – Здесь на машину должно хватить. Или на две.
На продавца это заявление не подействовало. Андрей думал, что мужчина, как в кино, начнет танцевать вокруг и закидывать их самыми дорогими шмотками, но тот остался возле стеллажа и лишь пошевелил ладонями, как бы приглашая к обозрению.
– Гертруда? – оскорбленно сказал Вадик. – А мне Ленка – шиш…
– Значит, не заслужил.
– Возможно, я буду вам полезен, – снизошел продавец. – Какого рода одежда вас интересует?
– Нам что-нибудь обычное. Но хорошее. И штаны, и рубашки, и ботинки… Карнавал-то закончился.
– Могу предложить замечательные…
Он скрылся за хромированной вешалкой с костюмами и оттуда, из тряпочной глубины, продолжал что-то говорить, но его гнусавый голос тонул по пути.
Сделав круг по магазину, мужчина вернулся с большой стопкой хрустящих пакетов.
– Скоро лето, – изрек он. – В этом сезоне особенно популярны укороченные…
– Портки? – перебил его Андрей. – Это те, что по колено? Отпадает. Мы за модой не гонимся.
– Хорошо. – Продавец равнодушно отложил пару упаковок и кивнул на узкую зеркальную дверцу.
– . Примерить можно там.
Андрей и Вадик вдвоем втиснулись в кабину и, задевая друг друга локтями, облачились во все новое. Одежда казалась не очень удобной, но в этом неудобстве было что-то торжественное, похожее на ожидание праздника – того, который еще впереди.
– Две тысячи двести сорок три кредит-пункта, – объявил продавец. – Это с
– Ясно, ясно, – прервал его Андрей. – Дороговато, конечно, но…
Он поставил коробку с контроллером на стеклянную этажерку и посмотрел в зеркало. Он и не представлял, что серый свитер, ярко-голубые брюки из плотного хлопка и рыжие туфли могут как-то сочетаться. Тем более – так здорово.
На Вадике, помимо черных брюк и ботинок, была белая безрукавка и тонкая темно-синяя куртка. Все сидело отлично. В блоке от этого наряда сошли бы с ума не только люди, но и кошки.
«За кольцевой придется снимать», – подумал Андрей.
Он потянулся к своей коробке, как вдруг напоролся взглядом на сетевой терминал.
– Сколько такой стоит? – спросил он.
– Это служебный. Если вам нужен терминал, то через два квартала есть приличный магазин бытовой техники, и там…
– А все-таки?
– Этот? Ну, тысяч пять.
– Пять?! – изумился Андрей.
– Или шесть… Я не специалист.
– Мне говорили, бывают по тысяче.
– Не уверен. Разве что игровые версии, для детей. Но это несерьезно. Я своему сыну приобрел настоящий. Пусть учится. Ему семь.
– Тысяч?!
– Лет.
Андрей нахмурился. Он вспомнил, как копил те паршивые четыреста крепов, – как торчал у вентилей, регулируя напор в трубах, как слушал удручающий юмор Чумакова и терпел. Слушал и терпел – потому что на конвертере больше платили. Шесть тысяч кредит-пунктов – всего-то две тысячи рабочих смен, двенадцать тысяч часов возле бака. Почему?! Так за него решил Сергей Сергеевич. «Неотложка» так решила…
– Он ведь у вас включен?
– Терминал? Само собой, как же мы деньги с карты спишем?
– Нельзя ли им воспользоваться? Мне необходимо найти одного человека.
– Ради бога. – Продавец развернул к нему экран и тактично шагнул назад.
Андрей поводил рукой над кнопками и беспомощно оглянулся.
– Вы мне не поможете? Я был в э-э… экспедиции, так сказать. Отвык.
Мужчина посмотрел на него с явным сомнением, но к терминалу все же подошел.
– Ваш человек живет в Москве?.. – Проворный клекот клавиатуры. – Как фамилия?.. Да, фамилию обязательно. Хон? Из трех букв? Вьетнамец, наверное. В смысле, корнями. Как?.. Эльза? Простите, вьетнамка, а не вьетнамец. Васильевна, да? – Он погладил себя поносу. – Нет… Боюсь, что в Москве ее нет.
– Чей портрет ты мне рисовать собирался?
– Я ее видел, – с каменным лицом повторил Вадик. – Что я тебя уговариваю? Не веришь – не надо!
– Оплачивать будете? – покхекав, осведомился продавец.
– А как же!.. Иди к дверям, – сквозь зубы приказал Андрей Вадику.
Пошарив в коробке, он вытащил из нее пистолет. В искусственном освещении магазина матовый ствол благородно поблескивал желтым.
– Устроено очень даже элементарно, – улыбнулся Андрей. – Тут предохранитель… ага, сняли….тут – индикатор, и все такое. А это курок.