Чтение онлайн

– Она очнётся, – твёрдо заявила Зара, обнимая Свету. – Она обязана очнуться.

– К ней сейчас можно?

– Нет, Герхард. Её сейчас определяют в реанимационную палату, завтра можете прийти. Вам тоже нужно отдохнуть и привести себя в порядок после переделки. Я распоряжусь, чтобы палата была одиночная, а то у нас тут молодой персонал знаменитостей местных не знает. Можете тогда хоть целыми днями сидеть. Правда, не знаю, какой от этого будет толк.

– Ей нравится приходить в себя, когда кто-то близкий рядом, – грустно улыбнулся Олег. – Спасибо, дружище, звони, если что.

– Конечно, Олежка. О чём речь.

Друзья

распределили график дежурств и разъехались по домам. У каждого внутри боролся страх за подругу с уверенностью, что она очнётся и в этот раз.

– Герхард, – подала голос Света, когда они уже подъехали к своему дому. – Ты прости меня, но, если Вика умрёт, я не смогу выйти за тебя замуж. Я не хочу потом жить и осознавать, какой ценой досталось мне счастье.

– Я… понимаю. Но ты ведь знаешь Вику: она ни за что не позволит нам совершить эту глупость.

– Ты прав. Она придёт в больничном халате, чтобы надавать нам тумаков, – заставила себя улыбнуться блондинка.

Валера и Анфиса Григорьевна сидели на кухне. Парень, запинаясь, рассказал, что случилось днём. Старушка всё качала головой. Потом вздохнула, похлопала квартиранта по плечу и сказала:

– Викочка – крепкая. Столько раз уже смерть с носом оставляла, оставит и теперь. Мне говорили, что люди в коме всё равно всё слышат и чувствуют. Вот и говори ей, когда дежурить будешь, как она тебе нужна. Если она тебя любит, то только из-за тебя и вернётся.

Валера вскинул глаза на хозяйку. Он ничего не говорил ей ни о своих чувствах к Вике, ни о её чувствах к нему. Анфиса Григорьевна хитро улыбнулась, мол, от старухи-то ничего не скроешь.

Ночью он так и не смог уснуть. «Вика, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты вернулась в этот мир, вернулась к друзьям, вернулась ко мне», – мысленно пообещал он.

В палате мерно пикал пульсоксиметр, отзываясь на удары сердца Виктории. Катя слегка поёживалась. Синеватые стены и свет дневной лампы будто бы делали комнату прохладней. Сугробы снега за окном завершали картину.

Больше месяца прошло с тех пор, как Вику привезли сюда после перестрелки. И она всё ещё была в коме. Невесёлый Новый год встретили здесь же.

Катя смотрела на девушку, которая поверила в неё когда-то, поддержала, дала возможность проявить себя. Силачка всегда, сколько себя помнила, была объектом насмешек из-за своих габаритов. В школе дразнили дылдой, в институте величали гром-бабой.

В тот день, когда она столкнулась с Викой впервые, обычное будничное утро не предвещало никаких изменений в жизни. Всё тот же спортивный магазин, в котором она работала консультантом, всё те же отнюдь не безобидные шуточки со стороны коллег. Виктория влетела в магазин. В прямом смысле. Через уличную витрину. Осколки стекла заставили пригнуться всех в торговом зале. Катя увидела лишь, как прошмыгнула чья-то тень вглубь магазина, а люди начали выбегать прочь на улицу. Девушка обернулась на вход. Через дыру в витрине вошли два ломца. Они явно кого-то искали. И тут Катя заметила её. Раненая Ночная Молния пряталась за одной из стоек со спортинвентарём. Она пыталась перезарядить пистолет, но скользкая от крови рука не позволяла ей сделать это. Катя знала: если она сейчас поможет беглянке, то о спокойной жизни можно забыть. Но кто говорил, что

она желала спокойную жизнь? Бейсбольная бита подарила обоим мужланам долгое забвение. Силачка вывела Викторию через чёрный ход и навсегда осталась рядом с ней. Её жизнь изменилась, она и не смела о таком мечтать. Катя гоняла новичков Дон-клана, и они потом начинали её бояться сильней, чем главу самой группировки. У неё была любимая работа, друзья и даже ухажёр, которого, впрочем, она не подпускала к себе. «Всё-таки стоит дать Дракону шанс», – подумала она.

В этот момент открылась дверь в палату.

– Привет, Катюш. Ты сегодня рано.

– Привет, Олег. Решила Светку с Герхом пораньше домой отправить, а то изойдёт на нет наша Светулька.

– Да уж. Она всё себя винит в произошедшем. Извелась просто вся. Никитыч приходил? Чего сказал?

– После того улучшения больше никаких изменений. Состояние стабильное. Ни лучше, ни хуже.

– Не хуже – вот главное. Ну? Чего сегодня вспоминать будем?

– Может зачистку склада Н-341?

– Охо-хо! Нарываешься! Давай.

Каждый день друзья попарно дежурили у постели Виктории. Они вспоминали приключения, пережитые вместе, надеясь, что это поможет ей очнуться.

Утром Катю и Олега должны были сменить Вадим с Валерой, но последний пришёл один.

– Доброе утро!

– И тебе доброго, Валерыч, – пожал ему руку Олег.

– Кофе будешь? – предложила Катя.

– Нет, спасибо. Вадим ещё не пришёл?

– Нет, ты первый.

Катя всё-таки заставила Валеру выпить кофе вместе с ними. Когда нынешние дежурные ушли, мобильный парня завибрировал.

– Привет, Вадим. Что случилось?

– Привет. Слушай, я, наверное, припозднюсь сегодня, – голос байкера в трубке казался взволнованным. – У Сашеньки температура поднялась, доктора все на вызовах, никто не может приехать. Я только отвезу своих девчонок в больницу и сразу к тебе.

– Да ладно тебе. Лучше с женой останься. Я и один подежурю.

– Справишься с ней один-то? – пошутил Вадим.

– Раньше справлялся, – пожал плечами Валера.

Попрощавшись, парень вздохнул и посмотрел на Викторию. Потом пригладил ей волосы, провёл рукой по прохладной щеке.

– Знаешь, а тебе принёс подарок, – он вынул из кармана маленькую коробочку, обшитую красным бархатом. – Вот. Это – то самое кольцо, которое ты отдала Алёнке, чтобы она вернула его мне. Никогда не думал, что у неё такой острый язык. Я хранил его всё это время. Знаю, мы решили расстаться и не начинать всё заново, но я так не смогу. Я люблю тебя. Тебя, Вика. Такой, какая ты есть. Если ты вернёшься, я обещаю ни слова вспоминать о нашем с тобой прошлом. Только вернись.

Валера аккуратно надел обручальное кольцо своей бывшей жене, нежно поцеловал самые кончики пальцев и долго ещё сидел, прижавшись лбом к её руке.

Солнце покрыло сугробы прозрачным золотом поверх серебра. Зима была настоящая: снежная, с метелями, морозами. Хоть в самом начале и не обошлось без оттепелей. Почти прозрачные сосульки украшали крыши, бельевые верёвки, водостоки. Лёд сковал провода и тонкие ветки деревьев. Но зима взяла-таки своё, и теперь парки и аллеи города стояли, будто нарочно облепленные белой металлической стружкой. Сосульки вскоре сбили работники коммунальных служб, и от сырости не осталось даже напоминаний.