Чтение онлайн

Кузьмин в очередной раз бросается на Пашу, и у того вылетает из рук оружие. Тем временем охранявшие Варю отправляются на подмогу тем, кто уже лежит на траве и стонет от боли. Кузьмин мертвой хваткой душит обезоруженного Чернова, прижимая его к земле, и не давая вырваться. Слышатся всхлипы хватающие редкий воздух. Варя находит глазами брошенную на земле трубу, и в следующий миг уже раздается громкий стук железа о голову Кузьмина. Большое тело падает наземь. Варя от неожиданности роняет трубу. Жадный глоток воздуха доносится до Вари. Паша резво встает

на ноги, и схватив Варю за руки, бежит с ней в темноту.

Бой продолжается, слышатся крики, стоны и удары. К свету фонаря прибавляется свет фар и красно-синих мигалок. Оставшиеся на поляне трусливо разбегаются в стороны. Спрятавшись за бетонной стеной клуба, Варя разглядывает оставшихся. Вербина поднимает на ноги шатающегося, но идущего на своих двоих Кузьмина, и они успевают смыться в подворотню.

— Фух, не убила! — глубоко и неровно дыша в такт Паше, говорит Варя.

— Надо спрятаться где-нибудь. Черт, там моя машина осталась.

— Завтра заберешь.

— Идем, — говорит Паша и отрывается от стены. Направляется дальше.

Он ведет ее по знакомой тропе, помогает пролезть между прутьями дырявого забора. Они оказываются в темном школьном дворе.

— Погоди, мы что, в школе будем прятаться?

— Боишься?

— А как мы попадем туда?

— Охраны нет. Я делал это сотни раз. Там есть выбитое окно в мужском туалете.

Они обходят школу со стороны стадиона и останавливаются у нужного плохо закрытого окна. Паша забирается ногами на фундамент, бьет по деревянной раме, и та раскрывается.

— Подтянуться сможешь?

— Я не умею, — отвечает Варя.

— Я помогу, не бойся.

Варя поднимается к нему на фундамент, смотрит вниз, и высота ее не пугает.

— Держись вот здесь и не упадешь. Вот, теперь, я приподниму тебя, а ты держись за раму и подтягивайся вверх, поняла?

— Да, поняла, — отвечает Варя и рывком поднимается вверх в руках Паши. Подтянуться задача не из легких, но она справляется, перекидывается через подоконник. Сползает вниз и подбирает ноги.

В туалете кромешная тьма, разглядеть ничего не удается. Паша появляется перед ней очень быстро и ловко.

— Нормально?

— Нормально. Только темно.

Паша достает из кармана телефон и включает фонарь.

— Идем.

— А нас так не поймают?

— Трусиха.

Они идут по выученным грязным коридорам и холодному бетонному полу.

— В кабинете биологии сломан замок, если знаешь как подвигать ручку, она легко открывается, — эхом раздается тихий холодный голос Чернова.

— Ты ведь давно был в школе, может уже поменяли замок.

— У нас хоть что-нибудь меняли за столько лет? — отвечает Паша и дергает ручку, приподнимая с трудом весящую на петлях дверь. Через пару минут раздается щелчок и путь становится открыт, — видишь.

В широкие деревянные окна светит большая полная луна. Классные парты отражают свет, зеленая доска его поглощает. Учительский стол пустует и пылится. Паша садится боком за первую парту. На его лбу

растерта кровь, на глазу уже синеет распухшая плоть. Он потирает ребра, пытается выпрямиться на стуле и морщится от ломящей боли. Варя наблюдает за ним с печалью во взгляде.

— Сейчас! Сиди здесь! — вдруг говорит она и проходит к двери лаборантской комнаты. Там среди завалов чучел, пустых мензурок, тетрадей, журналов и коробок конфет находит на стене аптечку. Набирает в учительский стакан холодную воду из крана. Возвращается к больному, уже приложившему голову к холодной парте. Варя присаживается на пару напротив. Становится выше.

— На, попей водички, — протягивает стакан воды и раскрывает чемоданчик.

В свете телефонного фонарика находит анальгин, антисептик и вату. Паша делает несколько глотков, корчится. Теперь его зубы больше не в крови.

Варя наливает перекись водорода на ватку и вытирает его лоб, ищет в нем рану.

— Где больно?

— Везде, — коротко констатирует Паша.

Варя меняет вату и берет новую. Наконец отыскивает источник кровотечения и аккуратно, дрожащими пальцами очищает его от грязи. Паша шипит.

— Ну-ну, сейчас пройдет. Я только вокруг уберу. Не думала, что ты такой неженка. Потерпи.

— Не боишься крови, отличница? — ласково говорит Паша, устремляя на нее глаза, хищно улыбаясь.

— Нет. Со мной передряги случались часто. Приходилось и за мамой ухаживать, она домой приходила по-разному. Обрабатывать раны, как никак, я умею.

— Могла бы и в медицинский пойти?

— Я художник. Хочешь, нарисую на твоем лице картину?

— Очень хочу, — почти серьезно отвечает Паша, в очередной раз шипя от боли.

Варя склоняется близко к его лицу, чтобы рассмотреть рану. Кровь постепенно перестает сочиться. Она опускает взгляд и видит, как пристально ее разглядывают синие глаза. Она видит в них свое отражение, и оно совершенно спокойно. Алкоголь это или находиться к нему так близко, уже стало привычкой, но сердце ее ровно бьется, а в душе нежный хрупкий покой.

— Не порежься, — тихо хрипит Чернов.

— Дурак! — усмехается Варя в ответ. Склоняется к раненному лбу еще ближе и дует на рану. Замечает, как он хмурится и опрокидывает лоб подальше от нее. В лунном свете его изящные, но избитые глаза и скулы, отсвечивают серебром. Непослушные светлые пряди густых волос открывают лоб и прямые строгие брови. Теперь он кажется совсем еще мальчишкой. Она чувствует его дыхание на своем лице.

— Что ты делаешь? — шепотом спрашивает она.

— Защищаюсь. А ты?

— Уже ничего.

Она отстраняется, кладет последнюю вату на стол. Берет в руку кружку и прикладывает ее к опухшему фиолетовому глазу.

— Холодная?

Паша берет ее руку, удерживающую стеклянную кружку у его лица, в свою.

— Холодная.

— Надежде Николаевне это не понравится, но должно помочь.

— Уже помогает, — делая серьезный вид, отвечает Паша.

— Который это уже раз ты меня спасаешь?