Чтение онлайн

«Подойди. Хватит».

Сжав губы, Мора заставила себя сделать шаг. Затем — еще. За несколько бесконечно долгих ударов сердца она встала рядом с Титом и уставилась на мучителя. С последней её встречи брат не изменился: у него по-прежнему вместо лица была ровная гладкая поверхность.

— Зачем ты привел меня сюда, Тит? — спросила Мора.

— А ты не видишь?

Сначала Мора подумала, что Прокол прижимает к груди кусок плаща, но, всмотревшись, с холодной ясностью осознала происходящее. Брат баюкал человеческую кожу. Вот очертания рук, вот — ног. Лица она, к радости, не разглядела.

К

горлу подступил тяжелый ком, в желудке заурчало.

— Мерзость. Откуда Прокол её взял?

Тит размазал тыльной стороной ладони кровь по щекам.

— Мы передаем её, — сказал он. — Каждый, кто оказался в ледяной пустыне, должен потрогать кожу Безымянного Короля.

— Что?

Она остолбенела. По спине скользнуло нездешним холодком.

— Коснись. Это приятно.

И снова Мора ощутила, как в неё влилась темная сила. Рука сама потянулась к страшной находке. «Я не хочу, не хочу!»

Кожа оказалась холодной и на удивление мягкой. Словно трогаешь бурдюк с водой.

— Чувствуешь? — спросил Тит, улыбаясь.

— Это… это мерзко.

— И вовсе нет.

Прокол нежно положил кожу на снег, как будто укладывал любимую на постель.

— Откуда она у вас? — спросила Мора, вытирая руки о кофту.

— Хозяин принес. Он теперь всегда грустный после гибели Безымянного Короля.

Мора промолчала.

На том месте, где должны были быть глаза на человеческой коже клубилась тьма, нарушаемая блеском звезд и светом облаков туманностей. Словно всматриваешься в космос.

— Это же настоящий Безымянный Король?

— Да, Мора.

— Невозможно.

Тит лишь пожал плечами и сказал:

— Папа, отдай подарок следующему.

У Прокола не было ушей, однако он кивнул, аккуратно сложил кожу и, медленно ступая, направился в гущу сидящих людей.

— Мора, сходи к деду Мартину. — Голос Тита вновь стал детским. — Он с бабушкой сильно переживает нашу утрату. Кроме тебя у них никого не осталось.

— После всего произошедшего — нет, — твердо сказала она, наблюдая как брат все дальше уходил от нее.

— Он был под влиянием прадеда.

— Но Мартин мог бы меня спасти! Там, в казематах!

Из глаз Тита потекли кровавые слезы.

— Все ошибаются, Мора. Дед изменился. Прости его.

— Ты говоришь, как взрослый. Ты ненастоящий.

— В Абстракциях все меняются, — сказал Тит. — Просто помни: дед может управлять солдатами.

— Они больше не принадлежат ему!

— Посмотрим.

Они замолчали. Хотелось спросить у несмышленыша, когда же она проснется, однако чувствовала, что момент неподходящий. Сказать сейчас слово — значит разрушить между ними связь. Вопросы роились в голове, как рой хунфусе, не давали сосредоточиться на чем-то конкретном. Бог в Венерандуме, паразиты, кожа Безымянного Короля…

— Проснись, Мора, — сказал Тит. — Мы еще поговорим.

Слуга тихонько стояла возле двери, дожидаясь её пробуждения. Белая трость и аккуратно сложенная одежда лежали на кресле. Зевнув, Мора голой дошлепала до железного тазика, ополоснула теплой водой лицо и почистила зубы мягкой щеткой. После пробуждения мысли скакали, мешались друг другу. К тому же

из-за жесткой кровати болели спина и затылок.

— Как вам спалось, госпожа? — спросила слуга. Это была рабыня в белой тоге, что вчера привела её и Исхака в покои.

«Посмотри на моё лицо, сладкая. И поймешь без слов». Но Мора сказала иное:

— Хорошо, спасибо. Как тебя зовут?

— Метелла, госпожа.

Хорошо сложенную фигуру не могла скрыть даже просторная тога. Кожа была гладкая и чистая. Красивое гордое лицо оставалось неподвижным, словно его высекли из мрамора. Однако эмоции и желания рабыни выдавали быстрые живые глаза цвета зеленого листа.

— Есть какие-то известия о здоровье Владыки? — спросила Мора, давая слуге себя одеть.

— Лекари за потестатемы сна так и не вышли из покоев, госпожа. Министры толпятся у входа, шумят, не слушают даже старейшину Анка. Лишь господину Квинту удалось их как-то успокоить сегодня. Всё волнуются.

Метелла едва доставала Море до груди, а она сама не могла похвастать высоким ростом.

— Как только я поем, спустимся вниз.

— Да, госпожа.

Ароматом свежесваренной мясной каши, казалось, пропитались все стены. Сглотнув слюну, Мора села за стол и принялась есть. В голове крутилась лишь одна мысль: «бог в Венерандуме». Можно ли верить сну? Или это все плод её уставшего мозга? «Я должна поверить. У меня нет выбора».

Если предположить, что она действительно разговаривала с Титом, то получалась совсем безрадостная картина. Солдат в Верхнем Городе недостаточно для защиты. К тому же они в любой момент могут вернуться к её отцу. Еды мало. Безымянный Король лежит без сознания с отрубленной рукой. И неизвестно очнется ли он. Довершает всё бог, расхаживающий по замку…

«Тит не говорил ничего про замок. Венерандум, так он сказал».

В голове просто не укладывалось, что некое сверхсущество разговаривает с людьми и тщательно следит за обстановкой в городе. Это невозможно! Одно дело читать про богов в книжках, а другое — столкнуться с ними вживую. И кто мог скрываться в человеческом обличье?

«Не спеши. А как же паразиты? Про них ты забыла?»

Мора отмахнулась от этой мысли. Позже надо поговорить с лекарем. Тем более сам Тит сказал ждать.

Доев кашу, она не без труда поднялась со стула, взяла трость. Позвоночник ломило от боли. Стоило шевельнуться, как что-то противно хрустело в спине. К тому же правое колено не желало сгибаться, опухла лодыжка.

«Мне словно сто хакима».

— Метелла, будь добра: отведи меня к покоям Безымянного Короля.

— Хорошо, госпожа. Нам в галерею. — Рабыня нахмурилась. — Позвольте сказать.

— Говори.

— Вы неважно выглядите. У вас опухло лицо. И я могла бы нанести на вашу спину лечебную мазь…

Мора отмахнулась:

— Позже.

Путь вниз, казалось, занял целую бесконечность, наполненную невыносимыми страданиями. Каждый шаг давался с огромным трудом, словно вдруг ноги заменили на неподъемные мраморные колонны. Дрожь в руках была такой сильной, что Метелла потребовала остановиться у одной из огромных костяных дверей, наплевав на замечания хозяйки. Мора не могла понять, почему вдруг её тело перестало слушаться. Неужели мешают боги?