Чтение онлайн

Милли в полном отчаянии закрыла лицо руками. Исчезла последняя надежда на примирение с мужем. С видом человека, потерявшего все, она встала с дивана и направилась в свою комнату. Там непослушными руками она вытащила свои вещи из шкафа и начала упаковывать их в те же три сумки, с которыми приехала в Оквуд. Оглянулась, проверяя, не забыла ли чего. Но нет, ничто не напомнит Кену о ее кратком пребывании в роли его жены. Сердце Милли сжалось от боли и горя. Подхватив сумки, она спустилась на первый этаж.

Шон сидел на диване в той же позе,

в которой она его оставила. Он напряженно размышлял. Куда Милли пойдет? Ведь у нее здесь никого нет. Неужели вернется в Лейквуд? Может, она согласится пожить в его доме, пока все не прояснится? Одно из двух: или Джорданы помирятся, что маловероятно, или разведутся. Но Милли не стоит жить в доме холостого мужчины. Что же придумать?

Милли обдумывала ту же проблему. Ей не удастся сегодня же уехать из города. Нужно решить вопрос с увольнением, проститься с Лидией и Сэмом Джорданом… И тут ей в голову пришла весьма здравая мысль. Не пожить ли немного у Лидии? Ее муж уехал в командировку, а она сама говорила, что плохо переносит одиночество. За несколько дней Милли могла бы без спешки закончить все свои дела в Оквуде и придумать, как объяснить отцу столь скорое возвращение домой.

Кстати, это будет Кену только на руку. Он ведь первым делом обратится к адвокату, занимающемуся бракоразводными делами. Ей придется подписать какие-то бумаги. Она не станет оттягивать этот горький миг. Лучше сделать все сразу, чем потом снова возвращаться к этому. Кен увидит, что она держит слово.

Шон нашел это решение удачным. И Милли, не теряя времени даром, набрала номер телефона Лидии. Та сонным голосом выразила свое согласие и велела поторопиться, если Милли хочет еще раз увидеться со старшим Джорданом.

В последний раз окинув потерянным взглядом все вокруг, Милли оставила ключи от дома на столике в гостиной. И дверь за ней захлопнулась, навсегда отрезав дорогу назад. Часть жизни осталась позади, такая короткая, но яркая и полная переживаний. И пусть все кончилось плачевно, она не жалеет, что это было.

Шон направился было к «тойоте». Но Милли отрицательно покачала головой. Ключи от машины она тоже оставила дома. Вернее, она даже и не вспомнила о ней, когда собирала сумки. Удивленный Шон только пожал плечами. Он положил вещи Милли в багажник своей машины, усадил ее на переднее сиденье и сел за руль.

По дороге он часто поглядывал на нее. Лицо его спутницы было безжизненным и бледным, руки безвольно лежали на коленях. Видно было, что на душе у Милли тяжело. Шон даже боялся оставлять ее в таком состоянии. Только когда увидел, с какой теплотой Милли встретила Линия, немного успокоился. Улучив момент, Шон шепнул хозяйке дома, что Милли необходимо прийти в себя после жуткой семейной ссоры. Та понимающе кивнула.

Проводив Шона, Лидия вернулась в дом и застала Милли сидящей на стуле в гостиной с совершенно отсутствующим видом. Она присела перед ней на корточки и заглянула в лицо.

— Что стряслось? Почему ты выглядишь такой несчастной?

От ее ласкового голоса что-то оттаяло в груди Милли, и она, всхлипнув, бросилась Лидии на шею. Между рыданиями у нее вырывались бессвязные слова, из которых ничего невозможно

было понять. Лидия покачала головой, утерла горючие слезы, ручьями бегущие по щекам Милли. Подняла ее со стула и повела в кухню, где усадила за широкий стол и заставила выпить холодной воды.

Когда приступ горя затих, страдалица рассказала Лидии всю историю своего короткого замужества, от первой встречи с будущим мужем до вчерашнего вечера, перевернувшего ее жизнь. Она не скрыла и утренней сцены с участием Шона. Лидия только ахала. Ей и в голову не могло прийти, настолько необычным был брак ее кузена. Она было обиделась за него, потрясенная обманом Милли, но быстро поняла, что бедняжка пострадала больше всех.

— Ну и как ты намерена поступить? — Лидия хотела знать, надеется ли Милли на примирение с мужем.

— Мне придется уехать. Я не могу сделать это сегодня, нужно уволиться с работы и подписать необходимые для развода бумаги. Прошу тебя, сообщи Кену, что он может прислать документы по твоему адресу в ближайшие дни или, если не получится так скоро, отправить их на адрес папиной гостиницы. Адрес и телефон я тебе оставлю. Вряд ли он захочет меня видеть. — Она судорожно вздохнула, но удержалась от слез и продолжила: — Могу я пока пожить у тебя? Только скажи откровенно, если я тебе неприятна…

— Не мне вас судить, — перебила Лидия. — Поживи у меня сколько нужно. Я сейчас одна, мне только веселее будет. Сэм еще спит, но он уезжает днем. Может, его разбудить, чтобы ты с ним простилась?

— Не надо. Лучше потом ему расскажешь, как все было, ладно? Я понимаю, что это — трусость, но мне и так плохо.

Лидия не стала возражать — действительно бедняжке не до новых расспросов. Она почти насильно накормила Милли завтраком, потом проследила за ее сборами на работу. Умывшаяся и причесавшаяся Милли перестала выглядеть несчастной и потерянной. Конечно, лицо ее не светилось обычной жизнерадостностью, но может же у человека быть плохое настроение? В таком случае любому не до улыбок, даже не нужна никакая личная драма.

Милли пешком отправилась на работу. Хорошо, что до библиотеки было не слишком далеко. В этом смысле маленькие городки очень хороши, в них все рядом. Рассуждая таким образом, Милли шла по улицам Оквуда и поневоле жалела, что уезжает отсюда. В большом шумном городе ей долго придется привыкать к напряженному ритму жизни, к огромным расстояниям, новым соседям и новой работе. Она решила, что вернется к отцу только ненадолго, определится с разводом, с выбором будущей профессии и уедет теперь уже навсегда.

Нужно думать о завтрашнем дне, а не раскисать. Взять себя в руки и перестать поминутно вспоминать Кена. Их пути расходятся отныне в разные стороны. Пусть он добьется всех намеченных целей. Она желает ему удачи и счастья с той, которой он так долго восхищается.

Душевных сил хватило Милли на то, чтобы пойти в здание библиотеки с гордо поднятой головой, приветствуя всех знакомых, встречавшихся на пути, и дойти до рабочего места. Там она рухнула в кресло и вновь впала в отчаяние, вспомнив, как кричал утром Кен на нее и Шона. Боже, что за роковое стечение обстоятельств! Видно, судьба против нее.