Вьюжинка
Шрифт:
Словно в полубреду, сквозь туман он расслышал единственный, положенный по традиции вопрос - на каком основании столь сиятельный вельможа желает расторгнуть освящённый небесным светом и подземным пламенем брак?
– В первую же ночь графиня отказалась исполнять свой супружеский долг…
Расслабившиеся было ледяные когти снова впились - и казалось, прямо в сердце.
– Что ж, причина достаточно весома, - солидно кивнул чуть более других рыжеватый гном, по вискам которого от усталости и божественной благодати стекали капельки пота. Приблизившись, он покачал головой и еле слышно заметил, что большей
– Зря. Из вас обоих вышел бы толк. Но, дело ваше.
И снова холод и жар, терзавшие душу на части и безжалостно выдиравшие из неё самое дорогое и сокровенное, охватили идущего сквозь этот кошмар дерзкого колдуна…
И всё же, всё когда-нибудь кончается. Лен легонько застонал и даже чуть согнулся, словно ему двинули поддых, когда оказалось, что все муки наконец позади, а чуть поклонившиеся на прощание жрецы величественно выпроводили вернувшуюся в ротонду пару.
Впрочем, нет - сильнее адского пламени терзал испытующий и смятенный взгляд спутницы.
– Молчать, повиноваться, и за мной, - Лен попытался сделать шаг вниз по ступеням белого мрамора, и как ни странно, это ему удалось.
Затем ещё один, ещё - и ко входу в королевский дворец Лен добрался уже в относительно приемлемом состоянии. Во всяком случае, настолько, что он почти без заминки миновал все патрули, стражу и прочие препоны. Ссылка на личный приказ самого короля, а пуще всего предъявленный перстень монаршьей воли раскрывал и не такие двери, знаете ли… боги, боги, ну дайте же мне ещё хоть каплю душевных сил!
Наерное, таки дали, потому что уже изнемогающий Лен таки привёл время и ситуацию в именно то положение, которое замыслил когда-то давным-давно. Казалось, целую вечность назад.
– Я смиренно просил бы ваше величество обратить особое внимание на мою спутницу. Графиня Савойская, столь же умна, как и красива…
Дальнейшие слова и действия, право, были бы лишними. Ибо потерявший дар речи король сейчас видел только одно лицо и только одну женщину. Равно как и смятенная полуэльфка, из любопытства поднявшая взгляд на первого дворянина королевства, вдруг покачнулась и непроизвольно сделала шаг навстречу.
Наверное, точно так же неожиданно с ясного неба сверкает вдруг молния, или в полутёмном переулке сверкает клинок наёмного убийцы.
Лен втихомолку перевёл дух. Полюбовался чуть, как эти двое стояли, держа друг друга за руки и глядя друг другу в глаза, и незаметно удалился в боковой проход. Нет, ну бывает же такое, чтобы удалось исполнить прихоть богов! Воистину, судьбы свершаются на небесах.
Ноги сами безошибочно привели своего обладателя в оранжерею. Во всяком случае, именно здесь, обнявшего в полузабытьи ствол декоративного карликового дуба, вечером и нашла чародея странно задумчивая и серьёзная Эльфире. Правда, на плече её живым и красивым цветком восседала маленькая негодница Виай - и старательно кривляла рожицы.
– Я, конечно, запросто могла бы стать королевской фавориткой - но поверь, колдун, у меня и в мыслях не было взлетать так высоко. Зачем?
– странно, нежный и чарующий голос её сейчас терзал сердце словно муки совести.
– А при чём тут фаворитка?
– Лен открыл глаза, отклеился от дерева и даже склонился перед блистательной графиней.
–
………
Наверное, каждому из нас хоть раз в жизни доводилось пропускать вот такие удары. Однако, не кулаком или иным предметом. А незримые, невидимые - но от того ничуть не менее сильные, которые ломают судьбы как сухие стебельки. Эльфире отшатнулась, и ресницы её несколько раз порхнули туда-сюда, прежде чем полуэльфка сумела совладать с собой, а таинственный шелест в оранжерее перекрыл её голос.
– Как же всё верно рассчитал, мерзавец! Я могла бы устоять перед любым мужчиной, - голос её странно дрогнул и потеплел.
– Но король, тем более такой… это сильнее меня.
Лен склонился ещё раз, и пониже, чтобы эта востроглазая полуэльфка не смогла увидать выражения его лица.
– Что ж, я поклялась презирать тебя, и я уже поселила ненависть в своём сердце, - голос знатной дамы взлетел и рассыпался осколками беспощадного стального льда.
– Исчезни из глаз моих.
– Вне всякого сомнения, ваша светлость - но есть тут ещё одно, что вам стоило бы знать, - Лен на всякий случай поклонился ещё раз (пусть привыкает), а затем набросил на голову капюшон, чтобы тот плотнее бросил на лицо тень.
– Мы с Мечеславом уходили от орков через дальний перевал… в общем, обнаружили высоко в горах озеро, которого нет ни на каких картах. Настолько красивое, золотое в лучах рассвета и словно напоенное синью эльфийской бирюзы, что… Короче, по праву первооткрывателя я назвал его Эльфире. Соответствующие сведения и координаты уже переданы мною в королевское географическое общество, и скоро поправки будут внесены во все атласы и карты…
В стеклянную дверь оранжереи опрометью выскочил какой-то подозрительный колдун. Следом вылетела пущенная меткой ручкой изящная туфелька и со стуком врезала тому по затылку. А разгневанный и странно подпрыгивающий женский голос выкрикнул им вдогонку:
– Убирайся, негодяй - а не то я кликну стражу!
Знаете, что в этой сцене больше всего удивило заметивших её гвардейцев? Глаза чародея смеялись!
ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ
Уже разгорелась вечерняя зорька, когда влекомая парой изрядно взмыленных лошадей карета свернула с тракта на куда более ухабистую лесную дорогу. Кучер по своей неизменной привычке оглянулся неприметно, а затем стукнул кнутовищем в стенку. Там открылось окошко, и в нём блеснул вопросительный взгляд.
– Шкипер, там нас Лаен верхом догоняет! Аккурат сподобился… - негромко сообщил возница и подстегнул усталых коней.
В самом деле, едва успела карета проехать по дороге, миновать деревню и остановиться на холме с возвышающимся над округой донжоном-замком, как рядом спрыгнул с жеребца и всадник в потёртом запылённом плаще. Отцепив притороченный к седлу наподобие рыцарского копья посох, он первым делом, даже раньше чем обнял друзей, поинтересовался:
– Принцесса в порядке?
Марек поморщился, когда Лен обнял его, и сообщил, что прошлой ночью пыталась удрать, даже проткнула ему плечо - но повязали беглянку пуще прежнего. А, да ничего страшного - шрамы мужчину украшают.