Чтение онлайн

— Мы поедем вместе.

— Конечно, вместе!

Драко говорил и говорил, стараясь успокоить маму, а она кивала и улыбалась, но ему почему-то казалось, что она его совсем не слушает.

Затем юноша поел и опять уснул, а когда проснулся снова, то вспомнил об Ипполите Гиппокридесе и осторожно спросил о нем маму. Она закивала и сказала, что начальник департамента мракоборцев просил оповестить его, когда Драко почувствует себя достаточно здоровым для того, чтобы принимать посетителей.

Юноша решил, что вполне готов к серьезному разговору, и сообщил об этом маме. Она отправила письмо в министерство.

Менее чем через час в палату вошел невысокий крепко сбитый человек

с восточными чертами лица. Приветствовав юношу, он сел в кресло у его кровати и негромко, но очень уверенно сказал:

— Мистер Малфой, сумма, назначенная министерством магии за поимку Грейбека, перечислена на ваш счет в банке «Гринготтс». Также вам переведены деньги людей, завещавших свое состояние тому, кто обезвредит этого оборотня. Насколько мы можем судить, живые люди и действующие организации, обещавшие награду победителю Фенрира, также сдержали свое слово, так что ваши финансовые проблемы остались в прошлом. Кроме того, министр магии сегодня подписал указ о награждении вас орденом Мерлина первой степени. Торжественная церемония вручения пройдет в министерстве, как только вас выпишут из больницы.

— Деньги – это хорошо, — Драко попытался стиснуть руки в кулаки, чтобы сдержать бешенство, вспомнил, что все еще не может двигаться, и лишь отчаянным усилием воли сумел скрыть свои чувства. — Но неужели вы думаете, что блестящая цацка как-то возместит мне все это? – он окинул взглядом свое неподвижное тело.

— Ни цацки, ни ордена не способны ничего возместить, мистер Малфой, — серьезно ответил Гиппокридес, — но конкретно орден Мерлина первой степени может сильно упростить жизнь Пожирателю Смерти, его родным и товарищам по несчастью, а также доказать всем остальным, что война с Волдемортом давно закончена…

— А наше министерство – самое мудрое и доброе в мире! – зло подхватил юноша. – Очень трогательно! Как приятно министерству прославиться за чужой счет, да еще ничем при этом не рискуя!

— Да, вы правы, мистер Малфой. Шумиха, связанная с вашим награждением, весьма полезна нынешней власти. Но — очень прошу мне поверить! – я бы сделал все от меня зависящее, чтобы вы получили орден Мерлина, даже если бы это было невыгодно министерству. Я считаю, что необходимо должным образом отмечать заслуги тех, кто сделал для страны что-то хорошее.

— Интересно получается! Раньше я никогда не убивал людей – в войне не участвовал, а зомби в Туннелях были уже давно мертвы. А как только я стал убийцей – министерство немедленно сочло, что я совершил что-то хорошее! Странно, правда?

— Да, очень странно. Но жизнь никогда не бывает простой, мистер Малфой. Можете считать свой орден компенсацией тех моральных потерь, которые вы понесли, став убийцей. Согласен, это очень скромная компенсация, но…

— Это ничтожная компенсация, сэр, но в ваших силах изменить условия сделки так, чтобы она стала более честной! Вы сказали, что сделали бы все от вас зависящее, чтобы отметить чьи-то заслуги перед обществом, даже если бы это было не столь выгодны министерству, как мое награждение. И у вас есть возможность помочь мне, сэр! Вы думаете, мне приятно будет принимать орден из рук министра и улыбаться фотографам, в то время как мой отец сидит в тюрьме?! Хороша семейка, ничего не скажешь! Сын позирует рядом с министром, а отец мотает срок в Азкабане!

— Люциус Малфой – Пожиратель Смерти с многолетним стажем!

— Отец присоединился к Волдеморту в шестнадцать лет! Позже он понял, как ошибался, — юноша вдохновенно врал, заставляя себя верить своим словам, — но, сами понимаете, из Организации нельзя было уволиться. А на контакт с мракоборцами отец не выходил, потому что боялся за родных:

ведь в министерстве работало немало осведомителей Волдеморта!

— Я не очень верю вашей эмоциональной речи, мистер Малфой, — Гиппокридес хмыкнул, — но вашу просьбу постараюсь выполнить. Результат не гарантирую — господин министр не очень любит помилования, – но сделаю все, что смогу, хотя даже в самом лучшем случае приказ о помиловании вступит в силу лишь пару месяцев спустя… Кстати говоря, на свободе Люциусу Малфою будет чем заняться: в июне–июле начнется приватизация предприятий, конфискованных у Пожирателей Смерти. Опытный бизнесмен, располагающий суммами, которые вы получили за поимку Грейбека, сможет многого добиться.

— А почему вы так заинтересованы в том, чтобы мой отец восстановил свое положение в обществе?

— Потому что он очень хороший бизнесмен, а нынешняя власть обязана быстро реформировать экономику, иначе долго не протянет. Если ваш отец сможет помочь нам – это пойдет на пользу ему и его семье. По–моему, сделка честная и взаимовыгодная.

— Нет, сделка все равно нечестная, ведь помилование моего отца отвечает интересам министерства! И, кстати, не только мой отец ненавидел Волдеморта – многие Пожиратели Смерти, которые сейчас мотают сроки в Азкабане и во Флер-де–Лис, так же относились к Темному Лорду…

— Гарантировать опять же ничего не могу, но не исключаю, что министра удастся уговорить за месяц–полтора до начала приватизации амнистировать тех бизнесменов, которые финансировали Волдеморта, но не участвовали в истязаниях маглов и битвах.

— А младшее поколение? Грегори Гойл, Маркус Флинт, Теодор Нотт?

— Мистер Малфой, думаю, еще через пару минут вы потребуете назначить себя министром магии! – хмыкнул Гиппокридес. – Ваши сверстники получили возможность жить и работать на свободе, но предпочли путь насилия и жестокости. На судьбы этих людей вы повлиять не сможете, поэтому не тратьте зря мое и ваше время. Давайте лучше поговорим о вашем будущем. Я говорил с Тони Гольдфарбом – он с радостью примет вас на должность учителя французского языка, когда вы сдадите все необходимые экзамены. Скажу откровенно, я не уверен, что, выписавшись из больницы, вы согласитесь занять пост преподавателя: за последующие месяцы многое может измениться. И вы имеете полное право передумать: вы человек свободный и вправе сами решать свою судьбу. Но я и все мои коллеги будем очень рады, если вы решите вернуться в министерство, мистер Малфой!

— Я.. не знаю, — Драко только что услышал слишком много новостей и пока не мог их толком осмыслить, — я должен подумать…

— Время для размышлений у вас есть, мистер Малфой. Не торопитесь. И, по–моему, вам будет очень полезно потратить часть своего времени на встречи с друзьями и коллегами. Как только стало известно, что вы очнулись, то меня, Артура и главного целителя больницы забросали письмами желающие вас навестить! Вот список… — повинуясь взмаху палочки Гиппокридеса, толстенный пергамент, скрученный в рулон, взмыл в воздух и немного размотался, — произносите вслух имена тех, кого хотите видеть, и назначайте время визита! Все сказанное вами будет написано на пергаменте.

Юноша не хотел видеть никого из подлых министерских шавок и уже открыл рот, намереваясь заявить, что слишком слаб для того, чтобы принимать гостей. Но затем Драко вспомнил о вкусном огне, который можно качать из ожогов, — и понял, что некоторые гости ему сейчас необходимы как воздух.

— Если парни из «Ножек нимфы» захотят зайти – пусть приходят, когда смогут, — заявил юноша, стараясь скрыть возбуждение. – Мне здесь все равно заняться нечем… И те, кто был в Туннелях и еще помнят обо мне…