Выбор
Шрифт:
– Эй, красотка, - уважаю!
– это был Варак. Рядом с ним, всхлипывая, стояла Венита, и улыбающийся Россан. Ну, не могла же я с ними не поздороваться! Я быстро спустилась со своей трибуны и, даже не прорываясь сквозь толпу (все расступались передо мной, как приятно-то!), побежала к ним. Какая трогательная сцена получилась: я обнимаю плачущую Вениту, нас обеих сгребает в охапку Россан, и на вытянутые руки нас всех троих над толпой поднимает Варак. Силищи-то немерено!
– О, Небо, никогда я еще не была так рада кого-то видеть, как всех здесь присутствующих!
– я крикнула это, в
И на следующий день это чувство не стало слабее, несмотря на то, что я всю ночь, рыдая, вспоминала Шарафа и ругала саму себя за то, что не смогла уберечь его. Я должна была догадаться! Когда я уже готова была себя возненавидеть за то, что смогла спасти всех, кроме Шарафа, в комнату тихо вошла Лунара. Она убедила меня в том, что в этом нет моей вины, и в том, что я должна радоваться за своего регента, т.к. он сейчас находится в лучшем мире. Как хорошо, когда у тебя есть кто-то способный тебя утешить, побыть с тобой, когда тебе плохо или наоборот весело! Счастье - это когда тебя понимают и любят, теперь я это точно знаю.
Мы проснулись, когда солнце было уже в зените. Ну, что же, значит, пора идти к Гаше и знакомить её еще с одним прожорливым существом в лице моей сестры. На кухню мы, как ни странно, попали обычным путем, а именно через дверь. Пора бы мне уже научиться и правильно выходить из помещения!
– Гаша! Принимай гостей! Угадай чего?
– весело произнесла я, усаживаясь за стол вместе с Лунарой.
– Угадала! "Дай чего пожрать, а!" - передразнила меня Гаша и потрепала по голове. Однако, заметив Лунару, как-то остепенилась и выпрямилась.
– Гашуня, не томи детей! Есть хотим!
– обратилась я к кухарке, сделав, как всегда, жалостливое выражение лица.
– Чего желаете?
– произнесла Гаша, как будто обращалась к Господам знатного рода.
– Ты это кому это так?
– в этот момент до меня дошло, что к Лунаре, и я продолжила - Ну, Гаша, ты что не слышала, что я вчера говорила на площади? Лунара, подтверди!
– Принцесса Делориана посмотрела на Гашу и кивнула головой.
– Вы даже можете называть меня просто, ну, я не знаю, как хотите!
– улыбнулась Лунара.
– Правда? Слушай, я давно хотела тебя спросить, можно ли называть тебя Лунатиком или Нариком, или нет, Лунариком, или…
– Накви!
– прервала меня Лунара.
– А?
– Достаточно. Если хочешь как-то сократить моё имя, называй меня ЛУной, поняла?
– не понимаю, ей не понравилось то, что предлагала я?
– А можно Лункой?
– Нет!
– быстро прервала меня Луна.
– Ну, ладно. Гаша, перед тобой сидит моя сестра Луна. Прошу любить и жаловать! А теперь уже можно поесть, а?
– прямо-таки уже взмолилась я.
– Ну, что же ты думаешь, я не узнаю что ли? Эти огромные глаза, когда её только показали мне, совсем крошечную, улыбающуюся и с большими зелеными глазами! Я же тебя сразу узнала, как только увидела! Девочка ты наша!
– и Гаша снова расплакалась! Я подперла рукой подбородок и, умиляясь, смотрела
– А есть все еще охота!
– мечтательно пялясь в потолок, невзначай произнесла я.
– Да ты ни о чем, кроме еды и не думаешь!
– возмутилась Гаша.
– А особенно, когда есть хочется!
– ответила я.
– Ну, ладно! Прекращай давай переговариваться!
– сказала кухарка, выставляя на стол блюда с копченой на углях курочкой, жареными грибочками, фруктами и маковыми булочками. И в довершение сего ансамбля кувшин с черничным пивом! Да я же его даже не видела уже, не знаю сколько времени.
В общем, хорошенько покушав, наплакавшись вдоволь, наговорившись о потерянном детстве, обсудив Госпожу Аликс, посплетничав о том, о сем, Гаша выпроводила нас с Лунарой с кухни, ссылаясь на то, что ей еще полно всего готовить надо. Вот так всегда! Хотя у нас, в принципе, было еще одно незавершенное дело.
Мы зашли к Ясеню, забрали у него мою скляночку, которая стала ужасно черной и холодной после того, как в неё кое-что поместили. Потом мы завернули в библиотеку и захватили оттуда одну книгу, с которой и направились в Счастливую подкову. Усевшись там за столом около камина (как в старые добрые времена), мы заказали по кружке черничного пива. Мы сидели молча и до конца еще не решили, стоит ли нам делать то, что мы собираемся сделать. В конце концов, нервно улыбнувшись друг другу, мы одновременно отодвинули кружки от себя, и я дважды ударила рукой по столу и произнесла заклинание, которое активировало портал.
Лунара со страхом в глазах посмотрела на меня, т.к. теперь была её очередь продолжать задуманное. Она набрала в грудь побольше воздуха и произнесла одно короткое имя, и в этот же момент на стуле напротив нас оказалась женщина. У неё были светлые волосы до плеч, хитрая улыбка, прямой нос и пронзительно зеленые глаза. Одета она была в какой-то непонятный костюм, состоящий из странно пошитого жакета и юбки непривычной для нашего мира формы. Мы с Лунарой переглянулись, параллельно осмотрев костюмы друг друга. На мне были надеты привычные черные куртка и штаны, сестра же моя, как обычно, предпочла платье голубого цвета для похода в таверну (очень остроумно!).
– Что скажете?
– произнесла женщина и смешно сощурила глаза. Мне вдруг захотелось перекрестить и её и себя и закричать: "Сгинь, нечистая!". Но я удержалась, все-таки моя мать, вроде бы.
– Э - э - э, здравствуйте!
– неуверенно произнесла Лунара.
– И это все. У вас мало времени. Всего лишь несколько минут. Я смотрю, вы нашли друг друга, я так и знала, что так будет.
– Да что ты говоришь! Именно поэтому ты, наверное, и отправила родную дочь к черту на куличики, а вторую оставила на произвол судьбы, при этом заранее познакомив её с Госпожой!
– взорвалась я. Как мне хотелось сейчас высказать ей все, что я о ней думаю, и что успела о ней передумать за всю свою жизнь! Лунара же сидела, не говоря ни слова и смотрела на женщину, видимо пытаясь запомнить черты лица родной матери. Когда она еще её увидит? Надо хаметить, что они были очень похожи.