"Всего одна ночь..."
Шрифт:
– Просто посмотри.
Повернув голову, я посмотрела на небо. Оно было просто темным с тысячами звезд.
– А на что я должна смотреть?
– Просто посмотри, - еще раз повторил он, и я услышала улыбку в его голосе, - поверь мне.
Я с сомнением уставилась на него, пока он говорил. Следующие двадцать минут мы провели, глядя на звезды, как идиоты. Я понятия не имела, чего он хочет от меня, но поскольку я не была экспертом, то решила просто согласиться с ним. Пока мне не надоест.
Наконец, после того, что казалось вечностью, он
– Наблюдение за звездами - это очень простой способ успокоиться.
Глядя на какое-то созвездие, я пробормотала:
– Если ты думаешь, что скука связана со спокойствием, то да, я совершенно спокойна.
– Он тихо усмехнулся.
– Посмотри на меня.
– После того, как я повернула голову, чтобы сделать это, его глаза отразили серебро, как звезды наверху, и он криво усмехнулся.
– Когда ты смотрела на звезды, о чем ты думала?
– Ни о чем, - резко ответила я, нахмурившись.
– У меня в голове все помутилось. Думать было не о чем.
– Неверный ответ, - его ухмылка не дрогнула, - попробуй угадать, о чем думал я.
Я решила говорить честно.
– Вероятно, о чем-то пошлом, включая меня, тебя и никакой одежды.
– Пожалуйста, попытайтесь высунуть голову из сточной канавы.
Сморщив нос, я сказал:
– Ты, наверное, думал о чем-то глубоком. Жизнь. Смерть. Любовь. Бывшая подруга. Думал о своих грехах, поступках или что-то в этом роде.
Еще один смешок.
– На этот раз ты не ошиблась.
– Да, - сухо пробормотала я.
Он снова повернулся к небу, но я этого не сделала и продолжала смотреть на него. Его профиль завораживал, а подбородок был таким же точеным, как у Криса Хемсворта. Он был действительно хорош собой, почти до боли красив. Если бы я была менее тщеславным человеком, я бы задалась вопросом, что он делал здесь, с простой мной. Но я знала себе цену и свою внешность - по достоинству. Я была хорошенькая. Он, вероятно, рассматривал меня как какую-то закуску, которую он еще не откусил, чтобы заполнить свой пустой желудок.
Вау. Так поэтично. Стоит ли мне сейчас поделиться с ним своими мыслями? Он, наверное, подумает, что я всерьез воспринимаю его философский урок... Нет.
– О чем ты сейчас думаешь?- спросил он, оглядываясь на меня.
Я полностью повернулась к нему лицом.
– Меня интересует твое прошлое.
– Он ухмыльнулся.
– В нем нет ничего удивительного. У меня была обычная жизнь.
Это было разочарование.
– А я-то надеялась, что у тебя в шкафу найдутся скелеты.
Усмехнувшись, он ответил:
– Я действительно верю, что ты это серьезно.
– Когда он увидел, что я не моргаю, он вздохнул.
– Честно говоря, в моем прошлом не было никаких демонов. Вырос в хорошем районе, есть родители, которые любят меня, учился в университете, теперь оскароносный режиссер и мультимиллионер. Но, об этом ты и так уже знаешь.
Нахмурившись, я сказала:
– Тогда почему ты беспокоишься о том, чтобы изменить меня?
– У меня всегда была слабость
– Я стал режиссером, потому что мне нравилось контролировать определенную среду, говорить людям, как они должны делать, что они должны делать. Фильм, прежде чем его снимают, разбивается на множество частей, которые мне нужно исправить и снова сделать его целым. Я люблю это. Я дышу этим. Я этим живу.
Он протянул руку, и я почувствовала, как моя щека обхватила его грубую кожу.
– Я уже говорил тебе, что держусь подальше от таких женщин, как ты. Я не шутил; твой тип упрямой, твердолобой женщины обычно не то, что мне нужно. Такие женщины, как ты, обычно собранны, круты, знают, чего хотят.
– Теперь я чувствую себя такой особенной, -сухо сказала я, глядя на него прищуренными глазами.
– Тогда почему я? Почему ты решил остановиться именно на мне?
– Потому что ты можешь быть всем этим, но ты более сломлена, чем показываешь, более сломлена, чем могут заметить обычные люди. Я эксперт по сломанным вещам, а ты, - он странно посмотрел на меня, - ты мой вызов, чтобы доказать себе, что я могу исправить все.
– Ты говоришь, что твое прошлое абсолютно чистое, но я чувствую обман, - сказала я, приподнимаясь на локте. Его рука упала с моего лица.
– Возможно я ошибусь, но мне кажется, что это... Какая-то бывшая подружка, которая была под кайфом и ты не смог ее вытащить? Я права?
Он передразнил мою позу.
– Нет, - сказал он неожиданно ровным голосом, - Это мой друг, который покончил с собой, потому что у него был рак.
– Трогательно, - это слово было произнесено, таким же сухим тоном, как и пустынный берег вокруг нас.
Он пристально смотрел на меня несколько мгновений, прежде чем снова обрел дар речи.
– Ты не социопат, - сказал он с непроницаемым взглядом, - Ты просто бесчувственная суч!ка.
Я одарила его еще одним смертельным взглядом.
– Бесчувственная суч!ка?
Он покачал головой и сел.
– Твоя первая реакция на мой рассказ – кстати, ложь – явно саркастическая. Ты же меня не жалеешь. Ты не говоришь того, что сказало бы большинство людей, особенно женщин. Что дает мне два варианта: либо ты страдаешь от какого-то расстройства личности, которое не позволяет тебе понять эмоциональные сигналы, либо ты бесчувственная су!ка. Поскольку я не верю, что первое-это истина, то остается лишь второй вариант!
– Итак, получается, что у тебя не было друга, который умер, - подвела я итог, - ты просто хотел проанализировать меня?!
Он коротко ухмыльнулся мне.
– Ну, получается, что так.
– Знаешь, если бы я не была бесчувственной, как ты говоришь, суч!кой, я бы ударила тебя, - сказала я ему, тоже садясь и бросая на него суровый взгляд.
– Но хоть я и горжусь тем, что действую в соответствии со своими инстинктами, я не собираюсь этого делать. Потому что в конечном итоге ты прав. Я просто стерва какая-то.