Чтение онлайн

На первый взгляд ничем не примечательное лицо. Но это только на первый взгляд. Лицо излучало какую-то внутреннюю уверенность и силу. Как будто светилось изнутри, даже будучи изможденным и усталым. Жесткие морщинки возле глаз и около рта выдавали в нем человека привыкшего командовать и самому не подчинятся приказам. Волосы чуть с проседью, четко очерченные бритвой виски, стрижка короткая. Все в нем выдавало, если присмотреться, человека военного. Но это только если присмотреться. Наверное, все оперативные работники ФСБ имеют такую незапоминающуюся внешность. Посмотрел,

тут же забыл, как и не было…

— А вы особо не таились, лейтенант, — проговорил он, щуря глаза хотя и не было яркого света. Тоже отличительная черта комитетчиков. Вас как будто просматривают сквозь лупу. — Чурки вас не заметили в окна над станцией, а я то приметил… Хорошо сработали. Сколько вас пришло?

— Двое, товарищ подполковник… И собака.

— Где служишь?

— Береговая охрана. Анапа.

— Ясно. Меня почему ищешь? — он в упор посмотрел на меня.

— Меня капитан Сорин просил вас разыскать. От майора Васильева…

— Михалыча? — он заметно оживился. — Как там бункер?

— Какой вас интересует, товарищ подполковник?

— Ладно, проехали… Вижу, что знаешь. Только несколько человек знали про второй бункер… Михалыч жив?

— Когда пришли — был жив. Когда уходили — не знаю. Он в бункер отказывался спускаться, — честно ответил я.

— Понятно. — Киселев немного помолчал. — Хороший человек был… Ладно, выкладывай, что там у вас.

— Записка.

Я вложил в протянутую руку клочок бумаги, скрепленный по линии склейки печатью УФСБ. Киселев ненадолго углубился в чтение, с трудом разбирая написанное из-за недостатка хорошего освещения, шевеля губами. Потом посмотрел на меня глазами, подернутыми тоской.

— Все никак не могу отучить себя от чтения с проговариванием слов… Любой шпион прочитает по губам, — он тяжело вздохнул. — Спасибо лейтенант.

— Товарищ, подполковник. Мне помощь ваша нужна.

— Выкладывай. Тому кто принес мне весточку от друга, я чем могу- помогу.

— Мне домой нужно добраться….

— Жена? — догадливо спросил он.

— И сын… Нужно мне домой, я обещал… — я опустил голову.

— Не объясняй лейтенант. Не нужно. Я сказал, что смогу — сделаю. Только дай мне в себя прийти.

— Я понял. Разрешите идти?

— Иди… Алексей. Еще раз спасибо тебе.

Я отошел к костру, куда уже подтянулись метрополитеновцы. Тихо переговариваясь между собой, молодежь и Павел Егорович, чиркали что-то на листках бумаги. Сначала ожесточенно жестикулировали Антон и Сашка, потом медленно с расстановкой говорил Игорь. И только после веского жеста Егоровича они рисовали очередной штрих. Чиновники от станции сидели насупившись и жались к огню. Бывший начальник станции выглядел потерянным, оторванным от жизни человеком. В принципе, тут все ясно — человек привык к своей должности, делал вид, что работает, хотя на самом деле работали за него другие люди, маленькие механизмы и винтики огромной машины под общим названием МЕТРО.

— Короче, Леха, посты мы расставили. Старшими пока вояки и МЧСовцы пошли. Потом будем отпускать тех, кто в армии служил. — Кравцов закурил и закрыл глаза. —

Проблема теперь одна — еда и вода. Если со второй как-нибудь справимся, есть тут очистители грунтовых вод, то вторую нужно решать как можно скорее. Дети и женщины долго не выдержат. Весь НЗ со склада растащили, думали ведь ненадолго все это. А если наверху, как ты говоришь, руины и радиация, то ждать нам нечего.

— Блин… — я задумался. — Два костюма у нас есть, но этого мало. Вдвоем много не принести. Тем более, что нужно бы и оружия захватить. Тут вроде СВУ рядом, должна быть там оружейка. Нужно идти сначала вдвоем туда за ОЗК…

— Я с тобой тогда. Снайпер твой отдыхает пускай. Вдвоем с собакой нормально дойдем. Комплектов десять принести для начала, потом уже большие вылазки будем делать.

Герда, лежащая рядышком с костром, повела ухом. Я потрепал ее по голове и, притянув к себе, зарылся лицом в жесткие черно-рыжие волосы. Непонятно почему, но от собак всегда исходит такое умиротворяющее спокойствие, которое вселяет уверенность и надежду. И запах, запах своей собаки ни с чем не сравним. Тут нет места так называемому «запаху псины». Тут другой, чуточку сладковатый, чуточку резковатый запах.

— Согласен. Только… — я выразительно посмотрел на кучкующихся пассажиров станции. Среди них явно выделялся тот парень, что хотел померяться со мной силой возле пленника.

— Не волнуйся. Петя! — напротив поднялся и подошел ближе молодой парень лет двадцати. Короткая стрижка, чуть белесые волосы. И такие же жесткие и умудренные жизнью глаза опера. Кравцов кивнул в сторону неуемного парня. — Вот за этим — во все глаза следи, понял? Иначе он тут нам все перебаламутит.

— Понял, — согласно кивнул Петя и отошел дальше в сторону, чтобы и у костра сидеть и толпу держать в пределах видимости.

— Стажер наш. Парень свой, уже на задержании был несколько раз. Сделает все как надо. — Кравцов говорил четкими, отрывистыми фразами, несущими максимум информативности.

— Все тогда, — я встал. — Иду к подполу скажу и — выдвигаемся. Пусть пока твои орлы подыщут надежных ребят для выхода на поверхность после нас.

— Сделаем.

Подполковник и старшие офицеры отыскались в каморке начальника станции. Велся тихий неторопливый разговор, витали клубы дыма. Тут же стояли одна пустая, другая наполовину опустошенная бутылки водки. Услышав стук двери он поднял глаза:

— А-а! Алексей! Прошу к нам за стол. Давай присаживайся. Миша, ну-ка, налей начальнику полстаканчика.

В его тоне не было ни капли насмешки. Видимо он и вправду признавал мое право командовать. Тихо плеснула жидкость в стакан.

— А мы тут, понимаешь, думаем, как наладить какой-никакой порядок на станции…

— Владимир Иванович, я вас предупредить пришел, — я отставил чуть пригубленный стакан, вынул сигарету и закурил. — На станции народу около четырехсот человек, еды на один день, да и то если экономно. А тут дети и женщины. В общем, на поверхность мы идем. Сначала в Суворовское за химзащитой, потом уже отряд отправим за продовольствием и оружием.