Всадник ищет Амонну
Шрифт:
— Вот! Привела!
Матушка подвела к властелину Весту. Он тут же сменил выражение лица, указал ей на писание, и они удалились. Приглушенный, ласковый голос и бархатный смех заставили меня тряхнуть головой. Ведь меня он хватал!
Толстый переплет стукнулся о деревянную поверхность. Настоятельница снова запрокинула голову к небу и замерла.
Веста помедлила и громко выдохнула — она не смогла прочесть Писания.
По взмокшей спине прошла холодная дрожь. В столицу с Властелином я отправлюсь одна.
Глава 2
Привычный
В обычный день измученные и тихие монахини перемещались по стертым половицам, словно тени. Шуметь было нельзя, все боялись гнева настоятельницы.
А сегодня в коридорах группами передвигались стражи. Они громко топали сапогами, звенели доспехами и оружием и выглядели так, будто были готовы защищать Властелина ценой собственной жизни. Суровые лица в шлемах давили тяжелыми взглядами, но мне никакого чувства безопасности они не внушали. Потому что я прекрасно понимала — напасть на нас могут только те, против кого у людей нет шансов.
Говорят, что Стену возвел сам Властелин, чтобы уберечь людей от кровожадных монстров. Она сделана из камня и высотой достает до самых высоких деревьев. Но как она может защищать, когда тонкого пламени свечи хватило, чтобы сюда проник демон? Что, если он вернется, и не один, а с армией таких же, как он?
Мне нужно было поговорить с Вестой. Срочно. Это моя последняя ночь в монастыре, и в столицу с Властелином мне нельзя. Значит, придется бежать, и без ее помощи мне не обойтись.
Но настоятельница снова сорвалась на визг, созывая послушниц в трапезную, которую от остальных сырых и темных покоев монастыря отличало только название. И уже там нас с подругой и вовсе рассадили по разные стороны.
Время ужина шло. Я смотрела на угощения, названий которых не знала, вдыхала незнакомые вкусные запахи, от которых рот наполнялся слюной, и понимала, что от волнения не могу проглотить и кусочка еды.
Осмотрелась по сторонам. Никто из послушниц Писания не прочел — только я. И теперь они перешептываются о том, что будет дальше. Замужество, дети, семья…
Вздохнула, собираясь с мыслями.
А что будет со мной? Служение в Белом Доме столицы и неминуемое разоблачение? Там не будет Весты, которая делает красящие пасты для волос и плетет тугие косы.
Отломила кусочек от сдобы, что лежала перед глазами.
Всевышний, как вкусно! Я никогда такого не ела. Взяла еще немного, и еще, затем слизала с пальцев сахар.
От еды вдруг отвлекли вздохи послушниц. Все внезапно отпрянули от столов, что ломились от самой вкусной еды на свете, и начали испуганно переговариваться.
— Огонь!
— А как же запрет?
— Как тепло!
Наперебой защебетали перепуганные монахини.
Высокий камин со сколотыми краями жадно поглощал белую древесину, тихо потрескивая. Тепло растекалось по залу торопливыми вихрами. Первым делом я почувствовала его на ногах, потом закололо щеки. Все вдруг замолчали, боясь лишиться самого настоящего чуда, и все же недоумевали, что происходит. Ведь есть запрет!
Властелин появился из ниоткуда и заслонил собой очаг. Его фигура была одним черным пятном, за
Я обратила внимание на его фигуру. Он был крепок и хорошо сложен. Отведенные за спину руки были большими и мускулистыми, туловище пропорциональным, ноги тоже. Я уже подумала, что он занимается физической работой, но тут же себя остановила, потому что он скорее выглядел, как воин.
— Сегодня я отменяю запрет на разжигание огня, — гордо произнёс он и руками указал на расставленных по залу стражей. — Нам с вами нечего бояться.
По трапезной снова пробежал встревоженный шепот. Монахиням это не нравилось, и я с ними была солидарна. Сколько же демонов смогут проникнуть в монастырь, если крохотного огарка хватило на целого демона?
Я старалась о нем не думать, но вчерашняя ночь никак не выходила из головы. Почему он меня не тронул? Почему говорил и церемонился? Мог расправиться со мной в два счета, как с теми сестрами… Хотя, может, он просто разведчик?
— В ваших комнатах тоже будут растоплены очаги, — продолжал Властелин, — это мой вам подарок!
А вот это уже ни в какие ворота, нужно его остановить! Никто не приставит стражей к спящим послушницам, да нас тут всех перебьют!
— Постойте, — я вскочила с места и ахнула.
Я не успела договорить — кожу на бедре рассекло кривым гвоздем, что торчал из— под стола. Отпрянула и увидела медленно расползающееся по платью пятно крови. Только этого не хватало!
— Встать! — заорала настоятельница, морща недовольное лицо. — Трапеза окончена, все по комнатам!
Вот так испарилась моя возможность остановить Властелина. Пока я копошилась у стола его и след простыл. От страха лицо обдало жаром. Я пожевала губу и принялась обдумывала варианты как перехватить Весту и залечить рану. Подруга откуда— то знала, какими свойствами обладают различные неприметные глазу травы и умела делать лечебные мази. Но применять свои знания и помогать монахиням ей запрещалось, ведь на все была воля Всевышнего.
Окинув толпу девушек зорким и недовольным взглядом, настоятельница нашла меня и взмахом руки в коричневом рукаве поманила к себе.
— Властелин тебя услышал, — она схватила меня за предплечье и вывела из зала. — Такой стыд! Я бы выпорола тебя, но не успею. Надеюсь, что это сделает он, — шипела настоятельница, пока тащила меня по темному коридору.
— Я хотела предупредить! — оправдывалась я. — Хотела напомнить про демонов.
— Закрой свой рот, — замахнулась настоятельница, как только мы остановились у чистой и свежеокрашенной двери. — Не смей никогда говорить Властелину о демонах, слышишь? Никогда! Это его злит, а покровителей злить нельзя!
Она осторожно постучала и, услышав приглашение войти, протолкнула меня в проем, тут же захлопывая за мной дверь.
— Проходи и садись. — Властелин сидел в кресле у небольшого очага и держал в руке красивый наполненный бокал. Повинуясь, я села напротив. — Удобно? — поинтересовался он.
— Да, — честно ответила я, ведь никогда в таком кресле не сидела и даже не знала, что в монастыре такие есть! Мягкие и удобные.
— Ты боишься демонов, Аврора? — спросил он, глядя мне в глаза.