Чтение онлайн

Однако, когда утром Настя готовила завтрак на двоих, счастье постепенно уступило место страху. «Эдак я размякну и очень быстро сдам позиции, — размышляла она. — Сначала я выболтаю Игорю все, что лежит у меня на сердце, потом расскажу про свои трудности, он посчитает своим долгом начать мне помогать и помимо воли окажется в плену моих обстоятельств. Так не только я попаду от него в зависимость, но и он тоже. Это никогда не приносило отношениям пользу. И сделать ничего невозможно». Больше всего на свете она боялась повторения того, что

произошло с ее браком. Когда Отто проделал свой великолепный фокус с исчезновением, она могла бы просто развестись с ним. Если бы не одно «но»: у нее самой не было ничего, даже собственной квартиры.

Когда-то у нее была семья, родительский дом… А потом судьба одним мановением руки лишила ее всего этого. Оп-ля! И Настя внезапно очнулась в мире, который оказался безумно враждебным к одиночкам. Полагаться в этом мире можно было только на себя. И уж ни в коем случае не на мужчин — Отто доказал ей это в полной мере.

Так что когда Шелестов, наконец, вышел из ванной, его ждала не нежная и страстная Настя, успевшая окончательно покорить его сердце этой ночью, а довольно спокойная и даже жесткая молодая женщина, которая, казалось, легко отбросила все сантименты.

— Что ты теперь скажешь Колесникову про наши отношения? — спросила она, раскладывая по тарелкам омлет.

— Скажу, что они у нас близкие, — ответил тот с оптимизмом. — Надеюсь, ты не собираешься делать из этого страшную тайну?

— Босс знает, что я замужем.

Шелестов откусил огромный кусок хлеба и пожал плечами:

— Я тоже знаю, что ты замужем. И что с того? На дворе не девятнадцатый век.

Сейчас, сидя на своем рабочем месте в приемной, Настя вспомнила, сколько усилий в то утро приложил Шелестов для того, чтобы растормошить ее, снова почувствовать отклик ее губ… Сердце ее болезненно сжалось. Он замечательный, а она — глупая курица. Поддалась сиюминутному желанию… Она и Катьку предала!

Ее душевные терзания прервал Колесников. Он вышел из своего кабинета с портфелем в руке, заметно уставший. Ничего удивительного: день выдался сложным, было много переговоров, к тому же возникла пара нештатных ситуаций, которые привели в замешательство младший персонал и заставили босса засучить рукава.

— Настя, вы мне нужны, — сказал Колесников, останавливаясь возле ее стола. — Надеюсь, у вас нет никаких планов на вечер.

— Но…

— Я прошу у вас полчаса, — быстро добавил он. — Ну, плюс еще дорога. Я покормлю вас ужином.

Это обещание примирило помощницу с просьбой босса. Она забралась в его огромную черную машину и немедленно подумала о том, что Шелестову было бы неприятно, что она куда-то отправляется с его другом после работы. «Вот, начинается, — раздраженно подумала Настя. — Что за мерзкая женская способность: чувствовать себя принадлежащей мужчине? Одна романтическая ночь — и все, пиши пропало. Как будто я продалась в рабство! Начинаются угрызения совести, душевные терзания, оглядка по сторонам. Я

ведь свободная личность! Ну, почти свободная, если иметь в виду Отто».

Настя постаралась выбросить Шелестова из головы. Хотя бы на время. Все равно она никогда не будет с ним счастлива. Она вообще вряд ли сможет быть счастливой, если говорить о любви. Ведь для этого придется полностью довериться мужчине. А без доверия — какое же это счастье?

Колесников привез ее в небольшой помпезный ресторан, где отсутствовала всякая интимность — здесь было много света, стекла, белоснежных поверхностей и целый выводок официантов — одинаковых, словно набор солдатиков.

— Ну? — жадно спросил он, когда Настя устроилась напротив него на стуле с высоченной спинкой. Стул был похож на королевский трон. Колесников сидел на таком же и выглядел бы величественно, не будь он так взволнован. — Рассказывайте.

— Что рассказывать? — удивилась Настя, застыв с раскрытым меню в руках.

Она судорожно пыталась вспомнить, что такое ей было поручено, в чем необходимо немедленно отчитаться.

— Как продвигается ваше расследование. Я же вижу, как вы шастаете по коридорам. Вам наверняка уже удалось хоть что-то узнать.

В этот момент подошел официант, и боссу пришлось ненадолго прерваться. Однако, сделав заказ, он тут же принялся за старое.

— Если у вас есть хоть какие-то версии, выкладывайте.

— У меня есть версия, — ответила Настя и с опаской посмотрела на своего собеседника.

— Я так и знал! — радостно заметил тот. — Только не тяните кота за хвост.

Настя не стала тянуть и, набрав в грудь побольше воздуха, выпалила:

— Мне кажется, все дело в вашей жене.

Колесников немедленно выпрямился, раздул ноздри и выпучил глаза, как будто его только что хватили чем-то тяжелым по голове. Некоторое время он молчал, переваривая услышанное. Или, возможно, гневная отповедь зрела у него внутри.

— Что значит: дело в моей жене? — наконец выдавил он из себя. Было заметно, что он весь клокочет, но сдерживается.

— Судя по всему, ваша жена вас очень сильно любит, — осторожно ответила Настя, следя за боссом с таким же напряжением, как если бы вместо него на стуле сидела злая собака, готовая, чуть что не так, тяпнуть ее за руку.

— Отлично! — саркастически заметил тот. — Невероятная проницательность.

— И еще ваша жена боится, что вас могут увести.

— Я что, серенький козлик, привязанный к колышку веревкой? Кто меня может увести?

— Женщины, — развела руками Настя. — И ваша жена предпринимает кое-какие усилия для того, чтобы этого не случилось.

— Давайте сначала поедим, — неожиданно прервал ее повествование Колесников, темнея челом. — Иначе, боюсь, ваши россказни напрочь лишат меня аппетита. Поговорим о чем-нибудь прекрасном. Например, об искусстве. Вы должны хорошо разбираться в музыке. Расскажите мне что-нибудь вдохновляющее.