Волколак
Шрифт:
«Он усилием воли погасил свой иммунитет. И умер. Но обряд прошёл нормально. Оказалось, там действует тайная секта. Они научились выпивать чужие силы, продляя свою жизнь. Почти тысяча адептов. Незабудка со своими детьми убила их всех. Но на связь она вызвала не за этим. Когда Серг вопрошал Вечность, Вечность передала сообщение нам. Этот обряд, которым мы наполнили накопитель. Оказывается, он забирает силы у общего эгрегора планеты. А он перед Армагеддоном два с половиной века отдавал больше, чем брал, и до сих пор не восстановился полностью»
Волк молча повернулся и, шатаясь, побрёл в джунгли. Некоторое
– Как думаешь, нужны теперь будут волколакам большие накопители?
– Нужны. Только наполнять их будут по-другому.
– Ты хоть представляешь, сколько нужно жертв для такого накопителя?
– Волколаки не будут приносить жертвы.
– Значит, будут делиться своими собственными силами. У волколаков, конечно, сил много. Сотня волколаков лет за десять сумеет наполнить такой накопитель.
– А если тысяча?
– Всё равно лет за десять. Больше четырёх волколаков одновременно работать с накопителем не смогут.
– Всё равно такие накопители будут нужны. Древние посылали спутники с помощью огненных ракет, а такие ракеты очень большой вред духам наносили. Там, где их часто посылали в небо, начинала умирать жизнь. И просто полёты тоже нужны. Вот этот случай с Сергом. Евдотья ведь сказала, будь у других волхвов возможность быстро до них добраться, Сергу не пришлось бы участвовать в обряде. А будь у них наполненный накопитель, смогли бы долететь быстро.
– А что это за обряд такой страшный, что даже волколака убить может?
– Не знаю.
Помолчали.
– Волколаки эгрегорами духов называют, верно?
– Не только. И духов, и дом духов.
– А этот эгрегор, от куда они силу брали, это что такое на самом деле?
– Долина Богов.
Нбоа поцокал языком,
– Я это сразу понял. Но не знал, что боги против такого обряда. Чувствовал, что злое дело сделали, но разумом доказать не мог.
Задумался. Волколакам нужны накопители. Наполненные накопители. А ведь он скоро сам станет волколаком. А значит, это будет и его проблема. Ещё совсем недавно он не нашёл бы другого решения, кроме принесения жертв или добровольной отдачи части своих собственных сил. Но теперь, после того, как он сделал амулет-зажигалку, решение лежало совсем рядом. Простое, красивое. Стоит ли говорить про него волколакам? Не стоит, сначала надо самому проверить.
– Ладно, пойду, ещё раз схожу к своему камню призыва, не ходи за мной.
Он захватил с собой амулет-зажигалку, завёрнутому в шёлк, и отправился к своему камню. На этом камне особенно легко думалось, а ему предстояло подумать очень хорошо. Но, когда вышел из джунглей на пляж, увидел, что камень занят. Волк и Евдотья сидели на камне, сбруя Волка лежала невдалеке на песке, а в воздухе левитировали два гребня. Волколаки расчёсывали друг друга. Нбоа тихонько попятился и скрылся за кустами. Его всегда удивляли устойчивые семейные пары волколаков. Ведь у них нет интимной жизни, волколаки не размножаются, опасаясь перенаселения, это он знал. Но устойчивых пар без интима
Выйдя к одному из своих любимых мест медитаций, уселся, положил перед собой зажигательный амулет и принялся обдумывать свою идею наполнения накопителей. И думал до самого вечера, когда его нашёл Волк. Сбруя Волка была на нём, как будто он её и не снимал,
«Не передумал проходить ритуал?»
– Не передумал. Это мне нужно.
«Тогда пошли».
500 лет спустя. Песня победы
Поджарый Волк, опутанный ремнями, висел перед экраном.
– Есть касание, – бесстрастно сообщил КИ. – Отключение двигателей. Мы на грунте.
«Дай панораму» – приказал Волк.
На экране раскрылся лунный пейзаж. Волк засмеялся лающим кашлем. И приказал: «Одеть скафандр». КИ выпустил манипуляторы, начав одевать Волка.
– Волк, а где же Аполлон? – на Земле тоже принимали картинку.
«Смотри на тридцать восьмой градус»
– Там какой-то ящик.
«Радиопередатчик – ретранслятор. Американцы не высаживались на Луну. Это был обман. Просто сбросили передатчик на поверхность»
– Волк! Значит, ты первый!
«Да», – мыслесканер передал в эфир мощную волну самодовольства. – «Я первый оставлю след на Луне. После автоматов».
Крышка скафандра захлопнулась, зашипела герметизационной прокладкой. Изогнув лапу, Волк довольно взглянул на её подошву. Протектор лапы был выполнен в виде волчьего следа. Чисто декоративная здесь деталь, но первые следы на Луне будут волчьи.
Вошёл в шлюз. Вспомнилось, как когда-то, ещё до Армагеддона, годами сидел в клетке. Тогда его называли предателем Родины. Смертником. И представить не мог тогда, что наступит такой вот момент, когда из тысяч кандидатов миллиарды людей, волков и мутантов объединённой цивилизации выберут его, как самого достойного представителя.
Открылся внешний шлюз-пандус, опёрся о поверхность. Поверхность Луны покрывал очень мелкий гравий, или крупный песок, блестя острыми гранями, словно битое стекло. Жаль, чётких отпечатков лап, похоже, не будет.
Подошёл к краю пандуса. Вспомнил слова Армстронга «Маленький шаг для человека и громадный шаг для человечества». И решил не заниматься плагиатом. Точнее, заняться, но не у Армстронга, а у Гагарина, его знаменитое «поехали»
«Пошли» – передал он в мыслесканер и ступил на гравий. Оглянулся. Следы были всё же чёткие, словно во влажном песке. Волчьи следы. Взглянул на круг Земли над близким холмиком. Победно завыл. Спустя несколько секунд завыл и эфир – миллиарды жителей планеты вторили победной песне.
Поднялся на вершину холмика, сейчас телекамеры посадочного модуля показывают его, и наверняка в кадре будет и Земля. Под завывание в наушниках языком щёлкнул тумблером внутри шлема. От лапы отстегнулся флагшток, сработали пиропатроны, и опора глубоко ушла в грунт. А над головой развернулся герб Объединённого Мира. На зелёном поле круг из двенадцати лунных камней, а в круге схематичные изображения человека, мутанта и волка.
Песня победы разливалась в космосе, и Волк вторил ей.