Чтение онлайн

Тамарины чары крепко впитались ему в мозги.

— Олег Васильевич, — осторожно, словно ступая по трясине, начал Шпренгер. — Расскажите нам пожалуйста, что произошло?

— Я… я решил съездить в Колдухин, — монотонно заговорил Шарпей, глядя в одну точку. — Кое-какие дела с сектантами, знаете ли.

— Нет, не знаем, но с удовольствием узнаем. Это те, которые химией занимались?

— Да, хи-хи, химией, алхимией, варщики… — с лёгким взвизгом хохотнул Шарпей, но потом сделался серьёзным. —

Но теперь меня замучила совесть. Я хочу во всём признаться. В трёх убийствах, включая убийство девушки, Татьяны, тридцать лет назад. В участии в ОПГ. В том, что я занимаюсь «отмывом» криминальных денег для преступников.

Денис, не веря своим ушам, протянул ему ручку и лист бумаги.

— Потребуется много листов, — саркастически бросил я из своего угла.

— Не гунди, — тихо одёрнул меня Денис. — Большой путь начинается с первого шага.

Инквизитор был доволен. Светлана, вернувшаяся с «рыбалки», тоже. Даже Василиса, заглянувшая в кабинет, выглядела удовлетворённой. Казалось бы, полный триумф. Но Шпренгер оставался мрачным.

— Где его чемоданчик? — спросил он, глядя на меня в упор, как стрелок зенитки на посторонний самолёт в зоне его досягаемости.

— Чемоданчик у меня, — спокойно ответил я. — Но это — моя часть сделки.

— Ну рассказывай, бизнесмен юный, чего ты хочешь от дяди Якова? — не мигая, спросил Шпренгер.

— Вы оформляете всё как необходимую самооборону. Я по делу прохожу как свидетель, не более. Иначе Вы меня за этого чмошника посадите, а мне это ни к чему. Сделка?

— Без проблем, юноша. Гони чемодан, ковбой велосипедный, — прорычал Шпренгер. — И будешь не просто свидетелем. Будешь нашим секретным информатором. Тебя никто никогда не тронет.

— Он у меня дома, — сказал я.

— Я не таксист, по посёлку колесить! — мгновенно сориентировалась и тут же возмутилась Светлана. — Я там только что была! Почему сразу не сказали?!

— Было рано, мы до этой части нашего марлезонского балета ещё не добрались.

— Я сгоняю мигом, — миролюбиво предложил Денис и тут же поднялся со стула.

Он съездил и вернулся буквально через десять минут. Посёлок был небольшим, пробок ввиду заброшенности большей части домов, не было.

Чемоданчик я, конечно же, предусмотрительно выловил из озера и поставил прямо посреди зала.

Шпренгер открыл его, увидел деньги, увидел папки, открыл, проверил. Его лицо наконец-то расслабилось.

— Ну, что сказать, ну, что сказать… Устроены так люди, желают знать, желают знать… Желают знать, кто сядет, — немузыкально пропел старый крокодил Шпренгер и повернулся ко мне.

— Товарищ Купалов, ты будешь оформлен как информатор Дениса Зимоградова. Понятно тебе? Протоколы он составит, приедет и так далее. А мы пока что… А что, Денис Иванович, у

микроавтобуса же рессоры хорошие?

— Вполне, — не совсем понял Денис.

— Вот и отлично, — сказал он, поднимая Шарпея. — Будешь писать свои бесценные мемуары уже в пути. А то мало ли… Кто стрелял, где прятался, кого убил и так далее. Дорога до Москвы длинная, торчать тут смысла я не вижу, да и риск, что дружки нарисуются. Или кто-то хочет терпеть компанию старого гэбиста подольше?

Он обвёл всех присутствующих долгим взглядом, ему никто не ответил.

…

Все закончилось быстро, скомкано, словно из документа вырвали несколько страниц и финал этой истории нам не покажут.

Денис и Шпренгер собрались и уехали, забрав с собой убийцу, компромат и мою головную боль. Меня отпустили. Я вышел на крыльцо опорного пункта.

На улице начался тёплый, мелкий дождик. Пахло южной осенью, озоном и свободой. Я остался один. Но, едва я собрался уходить, из опорника вышла Василиса. Брови её были сдвинуты, глаза горели огнём.

— Водяной, что ты наделал?! — сердито прошептала она, её глаза горели. — Ты взял под контроль мегалит, да?

— Да, так было надо.

— Это должна была быть я! Или, на худой конец, Лихо Одноглазое! Чтобы защитить мир! Ты хоть знаешь, что это за мегалит?!

В этот момент у меня в кармане зазвонил телефон. Незнакомый номер. Я удивился. Я его, вроде бы, никому не давал. Явно попахивало магией. Я нажал на «приём».

— Это Макс Бобр, — раздался в трубке спокойный, уверенный голос. — Ты Водяной?

— Допустим.

— У тебя листы с данными по нашим проводкам, наших компаний. Кое-какие ритуалы показывают, что ты изъял их из общего объёма документов этого ублюдка Шарпея.

— И снова скажу лишь, допустим.

— Немногословный, да?

— Не люблю по телефону болтать.

— Ладно. Мы хотим договориться. Готовы платить. Разумно большую сумму. Ну, или убить тебя, если будешь себя неправильно вести.

Я усмехнулся:

— Ближайшие лет восемьдесят убить меня у вас вряд ли получится. Но я уверен, мы договоримся. Присылайте представителя. Важные дела нужно решать лично.

— Ты адекватный? — это был вопрос, а не оскорбление. Бобры народ резкий и даже злой, но они связаны со стихией воды.

— Да.

— Ладно. Я тоже адекватный…. Вроде бы. Я сам приеду, — ответил голос. — Жди. И про документы — никому ни слова.

Он сбросил вызов.

Я стоял под тёплым дождем. Василиса смотрела на меня с ужасом. А я… я смотрел на озеро Камколь. Я тут всего неделю, но уже вошёл в местную жизнь, ворвался как с ударом ноги.

Влип в проблемы Колдухина. Но теперь это были мои проблемы. На моей земле. Я — Водяной и я Хозяин земли.