Водопад одержимости
Шрифт:
— Видишь? — Сандра жестом указала на него. — Вот почему я называю его бесполезным стажером. Он почти ничего не делает.
Он посмотрел на нее поверх своего телефона. — Я работаю.
— С каких пор?
— Я проводил исследование для статьи.
— Это было месяц назад.
Он покачал головой, его внимание все еще было приковано к телефону. — Вам, ребята, нужно снизить свои ожидания. Мне много задают.
— Сейчас летние каникулы.
— Да, и я заслуживаю перерыва.
Сандра поймала мой взгляд и пожала плечами. — Он удивляет нас время от времени, но в основном просто сидит на
Я медленно опустилась в кресло. — Ладно…
— Возможно, мы производим не самое лучшее впечатление, но что я могу сказать? Мы — газета маленького городка, пытающаяся выжить в пост-газетную эпоху. У нас есть Лу, который был здесь всегда и не позволит газете умереть. А еще есть я, которая несколько лет назад решила, что будет весело устроиться на работу, раз уж мои дети выросли и разъехались. И Леджер, который уже шесть лет получает диплом журналиста в колледже Тиликума?
— Пять с половиной, — ответил он.
— Как видишь, мы отчаянно нуждаемся в таком человеке, как ты.
— А в чем, собственно, будет заключаться моя работа? — спросила я. — Лу не был достаточно конкретен.
— Ну, — сказала Сандра и заколебалась, словно ей нужно было сначала все обдумать. — Я занимаюсь объявлениями: свадьбы, рождения детей, некрологи. Я также занимаюсь редактированием и корректурой, бухгалтерией и прочими административными делами. Лу следит за репутацией газеты и тратит большую часть своего времени на то, чтобы убедить рекламодателей платить нам. Леджер почти ничем не занимается, так что у тебя остается практически все остальное.
Я несколько раз моргнула. — Все остальное?
Она улыбнулась. — Не волнуйся, наши читатели не привередливы. У тебя есть фотоаппарат? У нас точно где-то здесь валяется, хотя камера на твоем телефоне, наверное, лучше.
— Фотоаппарат? Я не фотограф.
Прежде чем Сандра успела ответить, дверь Лу открылась. Он был крупнее, чем показался мне во время интервью. Высокий, с животом, который натягивал пуговицы на рубашке с короткими рукавами. Я не могла понять, была ли его седая щетина намеренной или он просто забыл побриться сегодня утром, и, хотя на голове у него еще оставалось немного волос, они явно поредели.
— Отлично, новенькая пришла. — Его голос был хриплым, как гравий. — Одри, верно?
Я встала, готовая протянуть руку. — Да, привет, приятно…
— Заходи.
Он скрылся в своем кабинете. Я взглянула на Сандру. Она ободряюще улыбнулась, и я последовала за Лу.
В его кабинете приятно пахло бумагой и чернилами, напоминая о школьных проектах папье-маше с использованием рваных газет в качестве материала. На стене в несочетающихся рамках висели самые ранние выпуски «Трибьюн» начала девятнадцатого века, а его стол был завален стопками бумаг и почты. Хотя у него был компьютер, на консоли за его креслом стояла старинная печатная машинка, и казалось, что она подходит к обстановке лучше, чем любая современная техника.
Лу пошарил в беспорядке на своем столе. — Должно быть, я передал Сандре твои документы. Она занимается бухгалтерией и начислением зарплаты.
— О, хорошо. Если вам понадобится что-то еще, дайте мне знать.
Он взял сложенную газету с верха одной из стопок и пододвинул
У меня было около сотни вопросов, но я не знала, с чего начать. — Что мне…
Его телефон зазвонил, и он ответил на звонок так быстро, что мой вопрос остался висеть в воздухе. — Это Лу.
Он сделал паузу, слушая, и начал качать головой. — Нет, нет. Это не сработает.
Я ждала, стараясь не ерзать на своем месте.
— Ты всегда делаешь разворот на полстраницы. Ты оплачиваешь полстраницы уже двадцать пять лет. Зачем менять это сейчас? — Он прикрыл телефон рукой и жестом показал, чтобы я уходила. — Я должен ответить. Приступай.
К чему приступать?
Он убрал руку и продолжил говорить. — Я знаю, что число подписчиков снизилось, но сейчас такие времена. Это все еще отличный способ связаться с вашими постоянными клиентами.
Я встала, взяла газету и тихо вышла из его кабинета.
Сандра улыбнулась. — Все прояснилось?
— Не совсем. — Я вернулась к своему столу и села в кресло. — Ему позвонили.
— Ничего страшного. В первый день всегда приходится учиться. Ничего не поделаешь. Я помогу тебе.
— Спасибо. — Сандра мне уже нравилась, и это радовало, потому что остальная ситуация меня немного смущала. — Он вручил мне газету за прошлую неделю, как будто это должно было все объяснить. Но, признаюсь честно, я понятия не имею, что я должна делать.
— Это метафора жизни, — сказал Леджер, кивнув с умным видом. — Никто из нас не знает.
Сандра рассмеялась.
— Достаточно точно, Леджер. Может быть, ты не совсем бесполезен.
— Я же говорил, — сказал он, хотя по-прежнему не отрывал глаз от своего телефона.
— Не волнуйся, — сказала она. — Я помогу тебе начать. На официальной странице города в Facebook есть календарь городских событий, который поможет тебе. Там можно найти даты местных мероприятий. А я разошлю несколько писем, в которых представлю тебя людям, которых ты должна знать. Триша из отдела парков и развлечений, Каролин из мэрии, Эд из городского совета. Но здесь редко случаются какие-либо новости.
Я открыла газету и пролистала страницы. Я не хотела судить — и уж точно не была экспертом по газетам маленьких городков, — но все было довольно однотипно. Местный раздел находился в конце, хотя, казалось бы, должен быть на первой странице. И не было ничего особенно интересного. Только основные новости, которые можно встретить где угодно, несколько колонок, явно перепечатанных из других источников, и крошечный календарь событий.
Сложив газету, я испустила долгий вздох. Во что я ввязалась? Я не знала, чего от меня ждут, с чего начать и что я могу сделать, если вообще могу, чтобы помочь умирающей газете. Глядя на ее печальные страницы, я задавалась вопросом, не закроется ли она в ближайшее время. Или, придя однажды утром на работу, я обнаружу, что дверь заперта, а мои надежды встать на ноги разорваны в клочья, как все те обрывки газет, которые мы использовали для наших художественных проектов.