Чтение онлайн

Моя комната также была далеко не больничной палатой: у эльфов такого сроду не водилось. Как выяснилось, Галадриэль поселила меня во дворце. Мне досталось тихое и уютное место. Стены сделаны из сросшихся гибких стволов тёмно-зелёного и тёмно-синего цветов. Последние ещё и слегка светились в темноте. Очень гармонично, красиво, ненавязчиво и успокаивающе действовала подобная гамма.

Кровати как таковой не было. Просто деревянная стенка имела огромный скос, который на середине округло углублялся, в результате чего получалось эдакое углубление. А прямо над этим ложем было своеобразное окно, образовавшееся за счёт расступившихся стволиков.

Пожалуй, на Земле бы подобное жилище назвали шедевром экологического

и био строительства. Впрочем, на весь дворец я пока ещё посмотреть не имел возможности.

Стоило также отметить, что магический фон тут был явно выше нормы. Но, что самое главное, это было не жёсткое излучение и не «грязное», как после применения множества заклинаний, о нет! Тут имелась чрезвычайно мягкая энергия каких-то необычных деревьев… кстати, именно они и мерцали в темноте. Их сила, буквально разлитая в воздухе, усваивалась сама собой практически вместе с дыханием! И это без малейших усилий с моей стороны!

Когда на следующий день пришла Галадриэль, я спросил её о таком необычном и приятном эффекте.

— Ты чувствуешь Мэллорны. Это необычно для человека, большинство людей не способны определить, откуда исходит эта сила.

— Эм…

— Нет, — видимо, вопрос она предугадала заранее. Впрочем, с её опытом я вообще могу не говорить: она и так знает, что я скажу в большинстве случаев. Гм… да я и присутствовать-то не должен особо. — Даже одно семечко стоит невероятно дорого, его невероятно трудно получить и мы почти никогда не отдаём его просто так. За всю историю Средиземья семя Мэллорна было вынесено из Лориэна всего восемь раз. Дважды его крали.

— А говорили, что Мэллорны золотые!

— Это действительно так, но только сверху. Снизу, как видишь, они не несут золота. Золото чуждо… впрочем, сейчас ты не осознаешь разумом, а сердцем, я вижу, и так осознаёшь.

Что имела в виду эльфийка, говоря, что золото чуждо? Она очень точно сказала: сердцем и так уже осознаю. Чему золото чуждо? Пожалуй, это-то я и не могу сформулировать. Наверное, в первую очередь оно чуждо Лориэну как магическому месту. Золотой цвет — цвет роскоши, богатства… пижонства, если уж так говорить. Он показывает статус, важность… и Лориэн, как место, пропитанное магией, в подобной глупости не нуждается. Скорее уж это чисто психологически, но всё-таки. Во-вторых… а вот во-вторых я не могу сформулировать. Наверное, фраза «золото чуждо» имеет больше двух, трёх и даже десятка глубинных смыслов. Только вот сейчас я их не в состоянии осознать. Для меня это просто два слова, складывающиеся в незаконченное предложение, пусть они и вызывают множество ассоциаций.

— Вы навещаете меня уже второй раз.

— Поверь, Алекс, живя столь долго, всегда хочется узнать нечто новое. Особенно такое новое, как ты.

— Я не готов раскрывать свои тайны… сейчас.

— Что такое для меня полвека? Или век? Я подожду, а пока, прошу, расскажи мне о том, другом мире, из которого ты пришёл.

— Я не имею ничего против, но можно вас, Леди Галадриэль, взамен попросить потом поведать мне о Средиземье? О его истоках.

Говорили мы долго, до самого заката. Столько потрясающего и невероятного я не узнавал никогда. Эльфийка… ну… её сильно заинтересовало всё, связанное с основами земной цивилизации. В первую очередь цивилизации обычных людей. Свобода — это знание. Тот, кто больше знает, тот имеет больше свободы. Конечно, буквально это к жизни неприменимо, но вообще отражает картину мира. Зная как, можно сделать всё, что угодно. И естественно, что Галадриэль заинтересовалась знаниями, на которых основана целая цивилизация. Под вечер я уснул, а сама эльфийка с моего разрешения провела эту ночь рядом, «разговаривая» с моим Гримуаром. Забавно, когда столь древнее и могущественное существо интересуют знания по физике. Впрочем, что её реально ещё может заинтересовать? Другая цивилизация?

С тем жизненным опытом, который она имеет, Земля кажется всё тем же Средиземьем, только декорации сменены. Ну… пусть более жестокая, несправедливая, возможно даже гадковатая, но тем не менее. А вот как устроен мир — гораздо более интересно.

Следующее утро было особо радостным для меня: наконец-то можно было нормально ходить. Слабость в теле оставалась, но не такая уж и сильная. Вот тогда-то я и решил заняться Аркенстоном. «Честно скомунизженный» камень (до сих пор стыдно за то, как себя вёл), после достаточно длительного изучения, оказался… гм… как бы это сказать… средоточием Горы. Как у Дракона или Василиска, но только Горы. Это интересная и хорошая новость. Теперь информация похуже: в качестве источника энергии он почти бесполезен. Видимо, такие камушки зарождаются внутри гор тысячелетиями. Наверняка тут ещё свою роль сыграло и королевство гномов внутри Горы. В общем, источник был, но очень слабый.

Зато от камня была другая польза: жажда. Жажда обладать камнем оказалась ничем иным, как ментальным полем самого предмета. Более того, у него имелись какие-то элементы, похожие на примитивнейшие кусочки ментальной сферы. Пожалуй, разум в этой штуке вполне мог зародиться лет через… тысячу. Собственно, камушек я вставил в свой Гримуар. Прямо в центр обложки. Постепенно регалия королей Эребора встроится в мою магическую книгу и она приобретёт свойства камня. Пожалуй, это очень полезно, когда артефакт действует, как то же Единое Кольцо. Саурон до сих пор жив только потому что в своё время Исильдура сломило колечко, в последний момент не дав Королю Гондора бросить себя в лаву Орудруина. Пожалуй, если мою книгу попытаются уничтожить, то такой вот последний шанс ей очень не помешает. Кроме того лишний источник силы, пусть и мелкий. Опять же, собственная внешняя ментальная сфера позволяет конкретно мне работать с Библиотекарем почти напрямую. Да и потом некоторые возможности могут появиться…

Пожалуй, тот месяц, что я провёл в Лориэне, мог бы превратиться в год, а то и десяток-другой. В эльфийских владениях время словно переставало ощущаться: дни пролетали очень незаметно, а тень от сени деревьев ещё сильнее размывала разницу между днём и ночью. Именно здесь я начал учить синдарин, один из эльфийских языков, благо что письменная речь вполне себе легко запоминалась благодаря предварительной адаптации и ментальной обработке Библиотекарем.

Собственно, ушёл из Лориэна я лишь по причине необходимости наконец-то воспользоваться тем, что я извлёк из Смауга. Пусть вся туша мне и не досталась, но хотя бы одно сердце чего стоит! Ну а заниматься чем-то подобным в обители эльфов… не стоит в общем.

Направился я в Рохан, благо что в этой стране у меня имелось аж четыре портальных маяка. Пространство последнее время перестало быть стабильным. Как результат: простая аппарация давалась всё хуже. Думаю, это влияние Саурона, начавшего активно восстанавливать Мордор. Магия Средиземья вообще как-то хреново влияла на аппарацию: рядом с магическими местами постоянно возникали аномалии. Эльфийские анклавы, королевства гномов, Изенгард, лес Энтов, добрая половина Мглистых Гор. Только вот всё это словно бы было… «спящим». А теперь «просыпался» Мордор, который словно бы резонировал с остальными аномалиями.

Так или иначе я оказался в Рохане. На восточной границе. Здесь можно было найти уединённое место, где, собственно, я и развил бурную деятельность.

Опыт создания домов у меня был. Найдя крупную реку и островок на ней, начал там строить. Вечная Трансфигурация была большим подспорьем. Как результат — большой двухэтажный дом из камня, плюс не менее крупный подвал. Три комнаты внизу пустые, остальное — одна большая рукотворная пещера. Собственно, в ней я и занялся постепенным пожиранием сердца и Средоточия Смауга.