Чтение онлайн

Некромант, хотя лучше называть его Сауроном, ударил первым. Просто рассыпался чёрным облаком то ли песка, то ли пепла. А затем полетел на Гэндальфа. Вокруг мага возник белый купол. Отступать некуда, уворачиваться — тоже. Оставалось только помериться силой напрямую.

Чёрное облако было со всех сторон, купол то сжимался, то расширялся, а всё, что за его кромкой — рушилось. Впрочем, это был не купол, а сфера.

Смотря, как мост сыплется песком за пределами защиты, Митрандир в очередной раз обругал себя за то, что не взял своего друга с собой.

Очередной удар Саурона был слишком силён. Силён настолько, что купол просто не выдержал

и мгновенно сжался в точку, погаснув, однако птица-патронус заменила его, ярко вспыхнув и образовав похожую защиту. Собрав силы, Гэндальф поддержал новую сферу, но уже было ясно, кто победит: противостояние — это лишь вопрос времени.

* * *

— Эй! Харе! — заорал я, когда меня в очередной раз ударили. — Если кто не понял, то сражайся бы я, и вы бы были мертвы!

— Зачем ты пришёл? — опустил меч Торин.

— Я скоро вырублюсь и не смогу помочь в будущей битве. Ты сам поймёшь, с кем, когда они придут, Торин. Это будет враг, против которого объединишься и ты, и твой кузен с его гномами, и эльфы, и люди. Ты мне можешь не верить! Я не настаиваю, я пришёл по другому поводу.

— Хватит молоть языком!!!

— Вот! — ставлю на камень неподалёку малюсенький фиал. — Это невероятно редкая вещь, но если кто-то ещё жив, то она может излечить его. Хотя, пожалуй, вернуть с того света тоже способна, если после смерти прошло мало времени. Я видел, как ты падёшь в грядущей битве, Торин. Надеюсь, мой маленький подарок тебя спасёт. Сейчас у тебя в голове туман, но вскоре он рассеется. А вот тут зелье послабее, зато его много, — ставлю высшее исцеляющее рядом. — А теперь прощай, — исчезаю.

Зачем я так вожусь с гномами? Гм… я успел к ним сильно привязаться, вот и всё. Если твой друг под ментальным контролем пытается тебя убить, то он что, перестаёт быть другом? Бред ведь. Ну и, конечно, иметь обязанного мне несколько раз короля Эребора тоже неплохо…

Торин на следующий же день послал всех с их предложениями к чертям, я потихоньку скоммуниздил Аркенстон (всё во имя Революции!), после чего тихо слинял. Впрочем, успел устроить предварительно целое представление, так что никто особо ничего не заподозрил. Что за представление? О! Когда припёрлись гномы, я имел наглость заявить, что если «феи и карлики желают подраться, то я разделю вашу песочницу пополам, пока не придут враги посерьёзнее…» после чего просто создал мощнейший барьер прямо между армиями. Всё было заранее обговорено с Гэндальфом и Трандуилом, так что они не обиделись. Удержав всех от излишнего кровопролития до прибытия орков, вышедших прямо из проходов, прокопанных гигантскими червями, я попросту свалил, предварительно грохнувшись на землю, а заодно красиво выдав фонтан крови… точнее, фонтанчик. Дальше трансгрессия, благо что нужная фигура была начерчена…

Появившись недалеко от Лориэна, я уже чувствовал, как идут последние минуты моей мощи от драконьей крови. Скоро уже сила из жил уйдёт, а затем я сам тоже упаду. До ближайших эльфов я допёр буквально чудом, грохнувшись перед ними в обморок.

Глава 8

— Ты очнулся, Алекс? — раздался мелодичный голос.

— Леди Галадриэль… спасибо и извините, что доставил лишних проблем, — эльфийка лишь улыбнулась уголками губ. Блин! Да как у неё получается так: улыбается, и сразу сил больше становится… Оу… да она, кажись, порции энергии в зависимости от эмоций в пространство

выплёскивает!

— Ты не должен извиняться, Алекс, ведь ты сделал для нас всех куда больше. Митрандир просил поблагодарить тебя за Смауга.

— Там не так много моей заслуги. Я бы вряд ли сумел победить его так просто, если бы у меня не было чёрной стрелы гномов. Невероятный артефакт. Эм… — только сейчас я заметил, что вроде как лежу голый по пояс. Исключение — мантия-невидимка. Она всё также пристёгнута на шее и сейчас я разлёгся прямо на ней. К поясу же пристёгнут Гримуар, который сейчас лежит на коленях у Галадриэль, связанный со мной лишь цепью.

— Прекрасная книга, интересная. Здесь сокрыто множество тайн.

— Гм… прошу меня простить, Леди, но не все из этих тайн я могу поведать. Даже кому-то вроде вас я не готов открыть большинство секретов моего Гримуара.

— Я могу тебя понять, Алекс. Прости, но во мне самой до сих пор присутствует некая слабость после произошедшего. Я оставлю тебя.

— Искренне сожалею, ваше общество мне было очень приятно, — действительно было несколько жалко. Галадриэль была… интересна. А ещё с ней было относительно просто. Не нужно было юлить (она всё равно всё видит) и как-то обтекаемо говорить что-то, стоило лишь не выходить за рамки приличий. Да и красива она, этого не отнять.

Взяв Гримуар в руки, читаю появившуюся надпись:

«Она писала во мне на эльфийском. Я попросил. Я отвечал на её вопросы, взамен за каждый ответ она написала простой и сложный алфавит, а также переводы ста двенадцати слов.»

Прислоняю палец к странице и из-под подушечки бегут буквы:

«Надо будет почаще тебя ей давать.»

«Хорошая мысль.»

«Ну а теперь без шуток: что её интересовало?»

«Ничего серьёзного. Я не раскрыл ничего сверх того, что знает Гэндальф. Кроме, разве что, некоторых мелочей.»

«Хорошо.»

Закончив общение с дневником, я попробовал встать. Чувствуя сильную слабость, сделал несколько шагов, после чего тяжело опёрся на спинку кровати. Похоже, в гостях я надолго.

Вскоре принесли еду. Всякую эльфийскую траву (в смысле растительную пищу, а не то, что некоторые подумали), но всё равно весьма вкусно.

Надо сказать, что Лориэн вообще был очень приятным местом. Высокие деревья создавали часто полутень, оставляя, тем не менее, дорогу множеству непрямых лучей света. Если Ривенделл можно было бы окрестить вотчиной светлых эльфов, а владения Трандуила — лесных, то здесь, пожалуй, было что-то смешанное. Здешние обитатели жили вовсе не в огромной полости, будь она внутри дерева или под землёй. В отличие от лесных эльфов, здешние предпочитали не запираться в огромном, но всё равно таком маленьком мире, этим они мне напоминали Ривенделл, однако в отличие от Ривенделла здесь не было чистого и ясного неба над головой: его заменяла сень вековых, часто тысячелетних деревьев.

Из-за этого в Лориэне постоянно была тень, но здесь не было мрачно или даже холодно. Пожалуй, это место навевает у меня ассоциацию с тёплой летней ночью, таинственным временем, когда небо чистое, без единого облачка, благодаря чему наверху прекрасно можно увидеть десятки, сотни звёзд. Забавно, но уже этой ночью я смог убедиться, что в отличие от солнца, сень Лориэна каким-то образом пропускает свет звёзд, что вместе с текущими по всему этому чудесному месту ручьями и слабо мерцающими деревьями делает Лориэн по-настоящему волшебным и прекрасным местом. Пожалуй, я даже не замечу проведённого здесь времени.