Чтение онлайн

Наконец они добираются до Лине с папой, который тоже встал, ища взглядом в толпе жену. Почти весь вагон пришел в движение. Какой-то мужчина с маленькой девочкой на руках спрашивает мать Дано, что происходит. Судя по акценту, он из Северной Африки. И когда мама отвечает ему, что, кажется, все покидают поезд, он оборачивается и, крикнув что-то стоящим позади него людям, торопливо устремляется вперед, прижимая к себе ребенка.

Мать с отцом вместе собирают то немногое, что у них осталось: два больших рюкзака и один поменьше, который отец носит на животе. В нем самые ценные вещи, за исключением паспортов и денег, которые лежат

в крепком пластиковом пакете в переднем кармане отцовских джинсов.

– Мы подождем, – говорит мама Дано. – Пусть сначала сойдут другие. Они не закроют двери, пока все не выйдут. И посмотрим, куда пойдут остальные. Не верится, что нам так просто дадут разгуливать по путям.

Отец кивает и остается на месте с Лине на руках.

– Дано, мобильный у тебя? Потерпишь еще немного с туалетом?

Дано улыбается, достает телефон и кивает маме.

– Где наше зарядное устройство? – обеспокоенно спрашивает она, и отец хлопает по рюкзаку у него на животе.

Билал тихонько хнычет на руках у мамы. Она качает его, шепчет, что все хорошо, что они почти приехали и что весь этот кошмар скоро останется позади.

– Осталось всего шестнадцать километров… – Мама с трудом подавляет кашель. – Всего шестнадцать из пяти тысяч двухсот.

Слава богу, что я успела утром зарядить телефон, думает Айрис, сидя в приемном отделении Южной больницы. Иначе ей бы ни за что не удалось просидеть здесь вместе с Сигрид и пяти минут без того, чтобы дочь не начала канючить, что ей скучно.

Ее руку уже осмотрел молодой, но какой-то нервный врач. Почему-то на нем была маска. Сигрид вопросительно уставилась на него, но доктор ничего ей не сказал.

У Айрис подозрение на перелом лучевой кости, и теперь они ждут своей очереди, чтобы сделать рентген, который должен подтвердить диагноз. Если врач окажется прав, то ей наложат гипс, и после этого они смогут отправиться домой.

– Мамочка. – Сигрид внезапно поворачивается к ней. – Мамочка, почему вокруг так много больных?

Айрис дала дочери свой телефон не только для того, чтобы она играла, но и чтобы не задавала лишних вопросов. Однако номер не прошел. Сигрид уже слишком большая и порой соображает быстрее, чем сама Айрис.

– Мы же в больнице. Поэтому здесь столько больных.

Сигрид некоторое время сидит, раздумывая.

– И все-таки их слишком много, – наконец изрекает она.

Все в порядке, это нормально, вертится на языке у Айрис. Больницы всегда такие переполненные. Но вслух она этого не говорит, потому что не хочет лгать своему ребенку.

Дело в том, что она действительно еще никогда не встречала такого переполненного отделения травматологии, как сегодня. Ну, разве что по телевизору, в каком-нибудь сериале. Но на этот раз не было ни открытых ран, ни жутких криков, ни сложных переломов. Просто в приемном покое собралось очень много внезапно заболевших людей, которые хотели, чтобы все узнали, что они заболели. Отовсюду доносились громкие вздохи, стоны, кашель, хрипы и сморкания.

И никто не вызывал никого в кабинет, не улыбался, не провожал к выходу и не указывал на соседнюю аптеку, не выдавал свежий рецепт, только что распечатанный на компьютере. Врачи напоминали взмыленных лошадей, у всех были одинаковые

пустые взгляды. И все как один обходили пациентов стороной.

– У тебя болит рука, мамочка?

Айрис кивает:

– Да, очень сильно. Надеюсь, скоро нам сделают рентген.

– Тебе наложат гипс? Как Улле?

Она снова кивает:

– Думаю, да. Он нужен, чтобы зафиксировать сломанную кость и дать ей правильно срастись.

Сигрид задумчиво смотрит на руку матери, висящую на временной повязке.

Затем проверяет мобильник и протягивает его Айрис:

– Можешь снова позвонить папе?

Айрис пытается улыбнуться как можно более непринужденно.

– Он позвонит нам, когда у него будет время. Я отправила ему эсэмэску, что мы здесь.

На самом деле она отправила ему четыре эсэмэски. И трижды звонила, пока Сигрид не видела.

– Почему он тогда не отвечает?

– Наверно, ушел куда-то, а телефон забыл дома. Он иногда работает в кафе; должно быть, он и сейчас там.

– Но…

Сигрид понуро сидит на стуле. Айрис отчаянно хочется сказать ей что-нибудь ободряющее, чтобы хоть как-то утешить дочку. Но она слишком устала. Они здесь уже три часа, скоро вечер, и Айрис чувствует, как ее саму раздирает беспокойство.

Она вся взмокла от пота, пока добралась до детсада. Пешком в горку до самого Седера и потом еще пара кварталов до церкви Святой Софии было то, что надо в ее состоянии. Какой-то мальчишка, случайно оказавшийся на месте аварии и с любопытством взиравший на все происходящее, помог ей сделать временную повязку из кардигана, но это мало облегчило боль. Но Айрис больше не кричала и не жаловалась – она чувствовала, что сейчас не время. Всего несколько секунд назад откуда ни возьмись появилась скорая. Не обращая внимания на легковую машину, врачи сразу же направились к фургону. Водитель был мертв, это она поняла сразу. Было ужасно видеть, как они быстро прошли мимо искореженных обломков легковушки и бросились к водителю фургона.

И так как никому больше не было до нее дела, она ушла.

– Айрис?

Медбрат равнодушно оглядывает переполненную приемную. Айрис осторожно поднимает здоровую руку и улыбается, но тот никак не реагирует на приветствие.

Она берет Сигрид за руку:

– Пойдем, нам нужно сделать рентген.

Они идут по бесконечным коридорам больницы. Теперь Айрис понимает, что то, что она видела в приемной, просто цветочки, все коридоры забиты пациентами, просто яблоку упасть негде. Неподалеку от лифтов какой-то пожилой мужчина заходится в кашле. Кажется, его лихорадит. Рядом с ним сидит женщина. Она молча наблюдает за страданиями своего соседа и беспомощно озирается вокруг. Увидев медбрата в сопровождении Айрис и Сигрид, она оживает:

– Эй, вы! Да, я к вам обращаюсь! Ему нужна помощь! Мы ждем уже два часа, а его кашель становится только хуже. Должен был подойти врач, но никто не появился. Чем вы там занимаетесь?

Медбрат пытается ее успокоить, но она слишком расстроена, чтобы его слушать.

– Почему нам никто не помогает? У него высокая температура. А кашель… Господи, какой жуткий кашель. Я тут просто с ума схожу! Кто-то же должен ему помочь!

– Вы… подождите, – неуверенно просит медбрат, но запинается и оглядывается в поисках других врачей. – Я не знаю, где все, я работаю на рентгене. – И с этими словами он нажимает кнопку вызова лифта.