Чтение онлайн

— Я никогда не раскрываю всех своих секретов.

— Никогда? — Линда попробовала кусок очень жирного торта. Господи, прости!

— Могу сделать для вас исключение.

— Кормите меня каждый день тортом, и я — ваша навсегда, — пошутила Линда.

— Я запомню ваше обещание, — сказал он так серьезно, что она с удивлением посмотрела на него. Он был таким же серьезным, когда вчера говорил, что ей разрешается смеяться над всем. Когда говорил, что хочет все знать о ней. Почему? Может быть, все это —

только слова, или он испытывает какое-то непреодолимое желание, не понятное ей. Как бы то ни было, он говорил с такой убежденностью, что она смутилась.

— Не обращайте внимания на мои слова, когда я занята шоколадом, — сказала она в надежде, что он поймет намек: ей хотелось, чтобы он все обратил в шутку. Она может страстно желать его, но это вовсе не означает, что можно чувствовать себя непринужденно, когда он смотрит на нее как на желанную женщину.

— А, уже отступаете. Значит, я вам нравлюсь только потому, что кормлю вас.

Она решила, что он понял намек, и воздержалась от дальнейших замечаний. Она так и будет вести себя, поклялась она себе и откусила еще торта. Она будет очаровательной и остроумной, и он не узнает, как взволновали ее слова, сказанные таким серьезным тоном.

— Да, но какой прекрасный повод для установления отношений.

— Несомненно. Я запомню это.

Он откусил половину своего торта, продолжая наблюдать за ней. Она чувствовала, что он сдерживал свою страсть, и это лишало ее присутствия духа, она тоже начинала волноваться, пока еще стараясь держать себя в руках. Однако он не пытался соблазнить ее или, во всяком случае, воспользоваться ее слабостью. Может быть, он был настоящим джентльменом, каким показался ей при первой встрече, или, наоборот, жестоким интриганом.

Но кому нужно плести интриги против нее? Ведь это бессмысленно. Скорее всего, на нее повлиял кошмарный сон, который она видела прошлой ночью, и сегодняшний сон. Вот она и стала такой подозрительной.

— Вы все съели, — заметил он, увидев ее пустую тарелку.

Она тоже посмотрела на тарелку — от торта не осталось ни кусочка.

— Да. Все было очень вкусно.

Он улыбнулся:

— Мне очень приятно.

— Спасибо, что отвлекли меня от работы. Иногда, начиная разбирать бабушкины вещи, я просто забываю о времени.

Гифф кивнул:

— Я хочу, чтобы вы кое о чем подумали сегодня.

Она посмотрела на его серьезное лицо.

— Хорошо.

— Многие народы, многие культуры верят, что мы живем не одну жизнь, а несколько. Что в жизни мы выполняем определенное предназначение, и если нам это не удается, мы возвращаемся, чтобы выполнить его.

— Вы говорите о перевоплощении.

— Да, иногда это называют так. Если судьба молодого человека не свершилась до того, как он был убит, он вернется.

Если

он говорил о ней, то это была достаточно безумная мысль. Как она узнает о возвращении Уильяма? Как он узнает о ней? Однако ей не хотелось подвергать сомнению утверждения Гиффа.

— Значит, вы верите в перевоплощение, — спокойно заметила она.

Он кивнул:

— Почти всю жизнь я изучаю это явление. Меня можно назвать экспертом по данному вопросу. И я считаю вполне возможным, что в вашем контакте с офицером судьба сыграла важную роль.

— Я вошла с ним в контакт, будучи подростком. Значит, сейчас ему должно быть не больше тридцати или сорока.

— Возможно. Помимо физического возрождения, существуют и другие возможности. Если хотите, мы сможем рассмотреть и другие объяснения.

Линда нахмурилась:

— Я не вижу пользы в том, чтобы верить в вещи, которые нельзя увидеть или потрогать.

Однако она знала, что существует распространенное мнение, будто душа переселяется в человека до его рождения.

Он встал и помог встать ей, крепко держа ее.

— Подумайте о том, что я сказал. У нас будет много времени, чтобы все обсудить.

Она не предполагала, что Гифф — такой фанатик. Она слышала, что некоторые люди могут быть очень убедительными в своих суждениях, обладают такой притягательной силой, что подчиняют других, почти навязывая им свои мысли и представления. Такую тактику обычно используют религиозные секты. «Пожалуйста, пусть Гифф не будет одним из таких фанатиков», —взмолилась она про себя, а вслух сказала:

— Я не уверена, что мне хочется это обсуждать.

Он внимательно посмотрел на нее своими бездонными глазами.

— Мы обсудим все, когда вы будете готовы, — возразил он, потом наклонился и поцеловал ее, вложив в поцелуй всю силу опьянившей его страсти. Его губы хранили вкус вина и изысканный вкус шоколада. Поцелуй обещал вечную любовь, и Линда прильнула к нему, напуганная сильным чувством томления, охватившим ее. Она знала, что не отпустит его, пока не поймет, что происходит между ними. Она ответила на его поцелуй, чувствуя, что горячая волна желания залила ее тело.

Она уже поняла, что только Гифф может избавить ее от бесполезных мечтаний об Уильяме.

— Вечером, — прошептал он, отрывая губы от ее губ. — В сумерках погуляем по берегу.

Она кивнула, от волнения не в состоянии вымолвить ни слова.

Он взял ее за руку и проводил до створчатых дверей.

— До захода солнца. — Он поцеловал ей руку, потом прижал ее к груди — его сердце билось быстрыми толчками. — Заприте дверь, — добавил Гифф.

— Вам уже кто-нибудь говорил, что вы — очень беспокойный человек?

— Никто. — Он не выпускал ее руку.