Чтение онлайн

Когда Линда была ребенком, ей казалось, что бабушка получает от этих чаепитий такое же удовольствие, как и она. Вероятно, так оно и было. Почему этот дом казался ей каким-то особенным? Да потому, думала Линда, что здесь она чувствовала себя важной личностью, которой щедро дарили любовь и внимание. Это было так непохоже на ее жизнь в Нью-Йорке, с родителями, которых больше интересовала собственная карьера, чем семейная жизнь. Спасибо бабушке, в ее доме она обретала такое нужное ей душевное равновесие. Линда и сейчас не была близка с матерью. Отец умер несколько лет назад, до последних дней упорным

трудом добиваясь успеха.

Если у нее будет дочь, думала Линда, проводя рукой по отделанным кружевами салфеткам, она будет устраивать для нее чаепития. Она постелет на стол красивую льняную скатерть и украсит стол свежими цветами. Она по-прежнему будет преподавать и заниматься исследованиями, но никогда не позволит своему ребенку почувствовать, что в списке неотложных дел он оказался на последнем месте. Она воспитает в своем ребенке чувство прошлого, научит его понимать историю развития личности и семьи в их необычной реальности, так же как бабушка научила ее мечтать и следовать своей судьбе.

Пусть она дала себе слово разобраться в доме и избавиться от некоторых вещей. Но как можно расстаться с этими салфетками и скатертями? Каждая салфетка вышита бабушкой или прабабушкой. Эти вещи связывают ее с прошлым, с семьей. Она положила в комод таблетки от моли и задвинула ящик.

Зевнув, Линда потянулась и с трудом поднялась. Нога затекла, спина болела — то ли потому, что она долго сидела согнувшись, то ли потому, что спала на мягком матрасе. Ночью ей удалось крепко поспать несколько часов, сказалась предыдущая бессонная ночь, долгий обед с Гиффордом Найтом, да и выпитое вино подействовало. Но утром она проснулась оттого, что увидела другой сон — на этот раз не кошмарный.

При воспоминании об этом сне краска стыда залила ее щеки. Все виделось смутно, словно в тумане. Его лицо, как всегда, оставалось в тени, но в Гиффе она узнала своего умершего офицера, шедшего к ней в ночи. Реальность смешалось с воображением, подумала она, представляя их вдвоем на освещенном луной берегу. В одной тонкой прозрачной рубашке она сбежала по ступеням и упала в его объятия, босые ноги едва касались влажного песка. Он был в форме офицера британских войск, шерстяной китель пропах порохом и потом, но для нее это был самый сладкий аромат на свете. Значит, он цел и невредим, он вернулся к ней, переплыв Ла-Манш. Его не поразила шальная пуля, не унес злой дух. Он держал ее в объятиях, их сердца бились рядом, потом он целовал ее как человек, истосковавшийся по родственной душе.

Он поцеловал ее, как Гифф,сказал тихий голос, но сейчас ей не хотелось думать о реальном человеке. Уильям Говард был идеальным возлюбленным ее грез. Она закрыла глаза, радуясь, что ее мечты не обманули ее. Она знала Гиффорда Найта только один день и прожила четырнадцать лет, мечтая об Уильяме. Неудивительно, что сейчас она увидела его во сне. Однако Гифф взволновал ее, как никакой другой реальный мужчина, эти два человека смешались в ее сознании, хотя умом она понимала, что должна разделять их.

Она с силой рванула пуговицы на кителе Уильяма, расстегнула пояс. Волны лизали ее ноги, касались его высоких ботинок. Он спустил ей рубашку с плеч, и та упала на песок. Его крепкая грудь,

такая теплая под ее пальцами, была рядом с ее грудью. Она прильнула к нему, поднимаясь ввысь от наслаждения и любви. Тогда он опустил ее на песок, не переставая целовать ее губы и шею. Прибой накрывал их, охлаждая ее разгоряченное тело, но она не замечала этого. Он был живой, и она принадлежала ему, навсегда. Наконец они смогут слиться душой и телом. Наконец, после стольких лет. Она прошептала его имя, и он лег между ее ног, горячий и сильный.

Уильям!

Задыхаясь, Линда открыла глаза. Вероятно, вновь переживая свой сон, она произнесла его имя вслух. Моргая и всматриваясь в сияние дня, она с трудом возвращалась к действительности.

И тут она услышала, что кто-то звонил в дверь.

Она поняла, что сон внезапно оборвался — так было всегда. Не было желанного конца, не было невероятного облегчения. Только сожаление о том, что она никогда не узнает, что это значит — заниматься любовью с Ульямом Говардом. Она облокотилась на дубовый комод, ноги дрожали, тело гудело от сексуального возбуждения.

Она прижала руки к пылающим щекам. Пришедший увидит, что они горят. Звонок раздался снова, более настойчивый.

Прихрамывая на дрожащих ногах, она медленно спустилась вниз и подошла к створчатым дверям. Она была одета по-домашнему, предпочитая удобную, а не модную одежду. По крайней мере шорты и трикотажная кофточка хорошо сочетались между собой. Что еще можно сказать об одежде, в которой убираются в доме?

Ей не нужно было всматриваться сквозь кружевные занавески, чтобы узнать звонившего. Это был Гифф, его фигура отбрасывала длинную тень на залитую солнцем веранду. У Линды застучало сердце, она вспомнила, как он целовал ее вчера вечером, вспомнила тепло его тела. Может быть, ей все еще снится сон? Или перед ней стоял реальный мужчина, вызвавший в ней эту волну возбуждения? В своем воображении она явно путала двух мужчин. Но сейчас не время заниматься психоанализом. Линда пригладила волосы, надеясь, что щеки приобрели обычный цвет.

— Привет. — Она открыла дверь и посторонилась, давая ему войти.

— Доброе утро, Линда. — Его голос захлестнул ее, как волны во сне, — ласково и умиротворяюще. — Надеюсь, вы хорошо спали.

Он выглядел прекрасно — в тщательно отутюженных брюках цвета хаки и светло-голубой трикотажной рубашке с открытым воротом, плотно облегавшей мускулистую грудь, будто вторая кожа. Темные волосы растрепались на ветру, загорелое лицо и, как всегда, пристальный взгляд карих глаз. Она слышала его учащенное дыхание, ноздри у него слегка вздрагивали. Ей вдруг показалось, что он знал, о чем она думала… даже знал, какой она видела сон.

Она снова вспыхнула, словно стояла у открытой дверцы печи. Сердце бешено заколотилось.

— Да, хорошо. Я как раз… разбирала вещи. Извините, что так долго не открывала дверь.

— Не извиняйтесь. Я пришел неожиданно.

— Да, конечно. Тем не менее, я рада, что вы пришли. Она оглядела кухню, но утренний кофе был уже выпит, а охлажденный чай она еще не успела приготовить.

— Могу предложить что-нибудь выпить, хотя не уверена…

— Я принес кое-что к ленчу.