Чтение онлайн

И Господь сказал:

"Я поступил так, чтобы они болели друг за друга".

Одна эта боль и наполняла теперь собой нашу пустыню.

– Зачем тебе свобода?
– говорил я тебе.
– Ты и так свободна. Ведь кроме нас на земле никого нет. А ты когда-то была лишь частью меня, лишь моим ребром... Помнишь ли ты это?

Ты снова ничего не отвечала. Лишь молча отворачивалась, сжав губы, и смотрела за горизонт.

И тогда казалось - не мираж ли все, что было когда-то у нас с тобою немыслимо много дней и ночей назад, не мираж ли этого призрачного воздуха, то холодного, то раскаленного?

И однажды ты ушла в пустыню.

Вот уже и не слышны в тишине шаги твои.

Я искал тебя, звал тебя, но твой голос не отвечал

мне. Лишь вечный ветер шелестел песком. Лишь Вечное Небо смотрело на меня взглядом без глаз.

Сколько дней я шел по пустыне, сколько лет, этого никто уже не узнает.

И вот - твое бездыханное тело в истлевшей одежде. Волосы уже засыпаны пылью. Окаменевшие руки сжимают прах.

И рядом выложено камнями на песке - "теперь свободна"...

Вот, наконец, и вместе мы...Так что ж я так грустно пою...

Над убитой крылатой невестою я на коленях стою.

Трогаю твои волосы, прикасаюсь к рукам, что когда-то ласкали, смотрю на эти потемневшие губы, что когда-то сказали: "обними меня".

Да была ли наша вечная весна, где наши взгляды тонули друг в друге, и ты, милая, растерянная от нежности, беспомощная от радости, бессильная от сладости в каком-то пронзительном самозабвении открывалась мне, опускалась на землю рядом со мной, падала на землю рядом со мной, обрушивалась на землю рядом со мной, обвивая меня ласковыми руками своими - кому теперь расскажу об этом, если на земле остался теперь один...
– обнимала и целовала меня в тени древних деревьев - да ты ли это была?!
– ты ли это была?!
– ты ли это была, принявшая в себя семя дьявола - ты ли это была, любимая...первая женщина на земле...зачем ты так...зачем ты так... почему не мне лежать сейчас, засыпанному песком и пылью, чтобы ты, нежная, плакала сейчас надо мной, чтобы ты, красивая, вспоминала сейчас нашу вечную весну под синим небом Эдема, где времени еще не было, где были еще цветы, наши нежные милые цветы, где солнце играло в ласковых глазах твоих, где мы засыпали, обнимая и лаская друг друга, и просыпались обнимая и лаская друг друга, где говорил тебе "люби меня, любимая, люби меня, любимая, ты так люби - ты так люби, любимая, чтоб той любви завидовали голуби" - где ты была и пыткой и мечтой, и грешной и святой, как жизнь сама... где ты была одной душой и одним телом со мною, где с летнего неба вечером поздним прямо в ладони падали звезды - листик, тобою сорванный где-то - словно дорога в вечное Лето, и твои слезы радости, и мои слезы радости сливались в реки, и текли из нашего Сада в тот далекий, неизвестный нам мир, где только мертвый океан песков и ветров, где Вечное Небо всегда закрыто серыми облаками, и этот ветер, шелестящий песком ветер летит и летит над временем и пространством, где эти слова мои вдруг проступают кровью на вечных песках рядом со словами твоими, выложенными камнями: "теперь свободна"... вот чему научил тебя тот вкрадчивый голос духа небытия! ты помнишь тот первый день в пустыне - "отныне проклята она за тебя" - ты ли это была - мы еще не знали тогда, что такое время - ты ли была лишь моей, только моей, навсегда моей, где ты была частицей Вечного Тепла, как счастлив я, что ты была... все-таки была... навсегда ушедшая от меня в вечную пустыню.

Человек, не имеющий имени, упал лицом в песок, и долго, долго посыпал голову пылью, и простирал руки к Вечному Небу:

– Отец! Отец наш Небесный! Как же жить мне теперь?!

Отец!

Отец!

Зачем она так?

Жена, которую Ты дал мне?

Отец мой! Возроди ее! Оживи ее! Верни ее!

Ведь Ты Всемилостив...Ведь Ты Всемогущ...Ведь Ты создал нас, чтобы радоваться нам.....

И нам дано обетование: "Семя Жены сотрет главу змия"...

Но... Да будет не моя воля, но Твоя.

Небо над нами и сердце внутри нас. Слезы над нами и кровь внутри нас. Сила над нами и боль внутри нас.

Мощность Огромного Неба сходит в мир.

Открыто Небо.

Невидимые атомы, соединитесь

Силой Вечной Милости. Милая душа, вернись Силой Вечной Нежности. Войди снова в это тело, прекрасная моя, воскресни Силой Вечной Радости.

Ты оживаешь, прекрасная моя, возлюбленная моя, нежная...

– Как же долго я спала... Сколько тысяч лет... Что он сделал со мной, дух небытия... Он обманул меня, дух небытия... Отрекаюсь от него. Не хочу никакой власти над тобою, любимый мой, милый. Великая Царица Вселенной, Вечная Весна, прости меня. Я безумна. Я слепа. Я ведьма. Я неизлечимо больна. Мне место на адском дне. Меня лишь сжечь живьем. Но Ты дашь моему любимому силу и власть, Ты исцелишь меня через него. Я откроюсь ему. Я стану твоей, мой сильный, мой нежный, и растворюсь в тебе, и стану твоей тенью - лишь для этого я создана из твоего ребра...

Ты медленно встаешь на колени и тихо простираешь руки к Небу:

– О Блаженнейшая Блаженных, о Тишайшая Тихих, о Кротчайшая Кротких, Агница Завета и Дева Пренепорочная, превыше херувимов и серафимов вознесенная и одесную Пресвятой Троицы поставленная, Премирная София, не остави, но преобрази нас во Преображение Твое...

Темные тучи на горизонте, слившиеся с плотным темным туманом, медленно рассеиваются, и сквозь них пробиваются первые лучи золотисто-белого сияния, исходящие от удивительно ярко засветившихся среди пасмурной пустыни деревьев, трав и цветов, озер и рек, первые звуки пения птиц и шелеста ручьев уже долетают сюда, в пески, где ты встаешь рядом со мной и смотришь с мягким удивленнием и на меня, и на эти льющиеся к нам живые цвета и звуки...

– Теперь это снова для нас?

– Да, Женщина...

Глава 16

Снега Монсальвата

Медленно, очень медленно, как наплыв боли во сне, снова проступают черты привычного бетонного города на месте древней пустыни, снова прямые углы многоэтажных домов, провода над улицами, гул машин после пустынной тишины, и странное, словно чужое, небо.

Теперь многое будет иначе. Теперь все станет иначе... Мы с тобой, вечная женщина, изменили весь ход истории с самого начала, и сейчас... Сейчас надо снова учиться жить, как бы заново. Учиться ходить, говорить, улыбаться и плакать, любить и прощать...

– Нет, не все, - словно далекий внутренний голос раздается внутри сознания.
– Теперь тебе предстоит нечто еще более сложное - ваш с нею сын Каин, вечный оружейник. Ты способен победить его лишь один, без нее.

– Но где же его найти? На Земле ли он вообще? И в каком веке? И где?

– Он сейчас в ХХ веке. Когда-то он стал твоим земным сыном, а в этой твоей жизни он - твой земной отец генерал Орлов.

Так вот что!.. И моя победа - заставить Каина перестать быть Каином?

– Искупить его. Прощай...

Голос растаял в неосязаемом мысленном эфире.

Теперь вернуться домой, чтобы придти в силу, собрать волю...

Как странно возвращаться сюда снова после древней пустыни... В доме все остается прежним: те же иконы, православные и католические, те же ноты и репродукции, те же книги на своих привычных за многие годы местах.

Вот и "Великий канон перемен Чжоу И", известный больше как "И Цзин". Цикл шестьдесяти четырех символических ситуаций любой человеческой жизни. Только настроиться на ситуацию, отрешиться от себя, от своих чувств, желаний, ожиданий, и тогда придет ответ...

Две сильных черты, две слабых, снова две сильных.

Что это? Шестьдесят первая гексаграмма, Чжун Фу, "Внутренняя Правда". Шестьдесят первая из шестидесяти четырех возможных, значит, почти самый конец этого цикла жизни. Следом за ней - Сяо Го, "Переразвитие малого", а следом Цзи Цзи, "Уже конец". И последней будет Вэй Цзи, "Еще не конец", но до нее надо дожить...

Эти шестьдесят четыре ситуации, шестьдесят четыре кодона ДНК, скрыто описаны и в Библии, от Ноя до Неемии, где вавилонский плен был ситуацией "Уже конец", но исход из него стал "Еще не концом".