Чтение онлайн

И ведь давно уже предчувствовал это все: странные "сумасшествия" Солженицына и академика Сахарова, загадочные фигуры умолчания всех твоих подруг и друзей, живших в те годы, да просто какую-то тайно-зловещую атмосферу книг и фильмов тех лет, веющую неким духом скрытых угроз и ужаса.

Последнее, что сказал тебе - кольцо взял я. Его уже не вернуть.

Теперь - к телефону.

– Будьте любезны, номер телефона Бельского. Благодарю вас.

Снова набрать номер.

– Добрый вечер. Мне необходимо увидеться с Вами. Нет, друг Ваших знакомых. Меня попросили

передать Вам кое-что. Не телефонный разговор. Сегодня. У входа в парк? Белые "Жигули"? Понятно. До свидания.

Несколько мгновений неподвижны.

Потом пойти в другую комнату. Вернуться, и оглянувшись, чтобы никто не увидел, положить принесенную коробку на диван и достать эту вещь... "Майору Орлову, борцу за коммунистический Китай. 1947." Теперь достать обойму и зарядить.

Вот тут ты, может быть, и скажешь последнюю правду, Поль... Если ты ее знаешь.

И, как всегда, эти газетные вырезки рядом...

9 марта 1953 года:

"Сыновья и дочери прощаются со своим горячо любимым отцом. От всего сердца говорят собравшиеся:

– Прощай, отец наш, бесконечно дорогой и всегда любимый! Бессмертное имя твое навсегда станет знаменем борьбы за окончательную победу коммунизма!

Непоколебимая сила и уверенность звучит в словах этой клятвы. Чувство непреклонной решимости осушило глаза, опаленные глубоким горем.

Никогда не забудется этот день - день всенародной скорби!"

И еще было непонятно, кто же запрограммировал их всех, кто загипнотизировал этих несчастных людей... Наташа, странная женщина, и ты еще хочешь сделать их людьми, личностями, свободными и творческими, способными любить?.. Ирина, вот откуда у Вас эта боль во взгляде... Вы, видимо, все это давно уже знали... Да и ты, Элен, тоже... И в самом деле - как работать с американцами, западно-европейцами и не знать всего этого? Они бы давно уже вас просветили, незаметно подарили бы того же Солженицына или еще что-нибудь в этом роде...

А ты хранишь это как самую священную реликвию своей жизни...

Да не она ли, новая инквизиция, внушила всем, будто эта страна великой культуры была до ее власти каким-то нелепым курятником? Еще бы... Чем же иначе оправдаться... И на месте этого "курятника" построили прогрессивный муравейник для загипнотизированных, радостно аплодирующих на съездах, несчастных доверчивых людей, даже не способных представить всю глубину и безнадежность своей обманутости! Если они и сами рады обманываться по своей наивности...

А теперь - положить пистолет в "дипломат", сесть в кресло, закрыть глаза.

Несколько мгновений неподвижны.

Да, "Голос Америки" послушать, хоть напоследок...

– This is the "Voice of America, Washington, D. C. Московское время двенадцать часов. После программы новостей вы услышите главы из книги Александра Солженицына "Бодался теленок с дубом", передачу о системе медицинского страхования "Medic Care" и новости рок-музыки...

А это что за вой и свисты в эфире?

Будто специально запускают в эфир этот шум на волне "Голоса Америки"... "такие,

как твой отец..."

Теперь-то понятно, почему нет и не бывает никаких серьезных публикаций по массовому гипнозу...

Закрытая тема.

Словно какой-то подземный толчок вдруг сотряс пол и стены.

Что это?

Грохот крушения, треска, обвала, будто падают мраморные акрополи и форумы, храмы Олимпа, дворцы небожителей

Суперстена...

Эти бесконечные портреты и фотографии, обломки лиц, руины кумиров, сумерки идолов, обрывки симфоний, осколки романов, великий порыв, великий поход тысяч гениев в никуда, в ионосферу, где отсутствует кислород, в астрономический объективный ад на месте иллюзорного рая, грезившегося там века и века напролет...

Ее обломки, обрывки, осколки падают на пол словно в замедленной киносъемке, ложатся, сминая друг друга, вздымают пыль площадей Афин и Рима, Парижа и Петербурга, въевшуюся в эти портреты...

И нет уже смысла их убирать.

Где же был этот иллюзорный рай для них?

В гигантской вакуумной яме меж адом и настоящим Раем.

О которой умалчивают все. Тайна этого вакуума едва выносима. Закрытая тема...

Мега-вакуум. Пустота, миллион раз умноженная сама на себя. Возведенная в степени, ушедшая в геометрическую прогрессию, вошедшая в интеграл.

Глава 14

Мегасмерть

Только и остался этот твой юношеский альбом: безыскусные стихи, переводные картинки, памятные записи и посвящения твоих подруг:

"Посмотри, подруга, эльф твой

Улетел!

Посмотри, как быстролетны

Времена!

Так смеется злая маска,

К маске скромной обратясь...

Темный рыцарь вкруг девицы

Заплетает вязь".

А это рисунки твоей рукой: вот древний замок в горах, вот олень бьет копытом на скале, вот светятся окна домика зимней ночью... Ты что-то рисовала почти всю жизнь, но людей на твоих рисунках не было никогда. И лишь теперь понятно почему...

Подпись на обложке внутри альбома: Света Мещерская. Ставшая потом Светланой Андреевной Орловой.

Ты часто рассказывала, как мечтала в детстве стать пианисткой. Но мечта не сбылась: голод, бедность, потом война. А твой отец, мой дед, "строил город на Дальнем Востоке", вы жили вдвоем на бабушкины продуктовые карточки, вам просто не на что было купить пианино, "классово чуждым"... А потом - майор Орлов. Но было, видимо, уже поздно.

Остались и твои фотографии, где ты улыбаешься олеандру в твоих руках, или грустишь на морском берегу в летящих брызгах, или смотришь на прибой со скал.

Остались и твои любимые книги: "Красное и черное" Стендаля, "Эдинбургская темница" Вальтера Скотта, "Когда спящий проснется" Герберта Уэллса... Словно ты никогда и не хотела жить никакой реальной жизнью, и - ушла в свой Иллюзион, скрылась в мир своих мечтаний, в мир рыцарской романтики и безбрежной фантазии. Видимо, ты была бы рада заснуть летаргическим сном на двести лет, как герой Уэллса, чтобы проснуться в совсем другом мире, Прекрасном Новом Мире, где все друг друга любят и понимают...