Чтение онлайн

Передав оборону хинельской зоны украинским отрядам, наша бригада ушла в рейд по западным районам Курской области. Партизаны назвали этот рейд новогодним.

Мы прошли по южным селениям своего района, побывали в некоторых селах соседних Глушковского и Рыльского районов. Жители охотно шли на собрания. На их лицах мы видели радость и уверенность в том, что скоро возвратится Красная Армия, которая освободит их от немецко-фашистских захватчиков. С помощью населения были схвачены и отданы на суд народа старосты и полицейские, длительное время прятавшиеся от

партизан. Смертные приговоры предателям, совершившим немало злодеяний, местные жители встречали с одобрением.

Новогодний рейд партизан оказался настоящим праздником для населения района. Если в прошлую зиму мы появлялись в здешних селениях небольшими группами и преимущественно по ночам, то сейчас входили в села днем, чаще всего строем, открыто демонстрируя свою мощь. Селяне увидели огромную колонну партизанских подвод, на которых ехали бойцы, неплохо обмундированные и имеющие современное отечественное вооружение. Наша санная колонна — свыше двухсот подвод — тянулась на километр с лишним. В отряде было тогда более шестисот партизан. Особый восторг жителей вызывала конная группа — сотня всадников с автоматами и шашками.

— Раньше мы видели партизан по пятьдесят-шестьдесят человек. Но такой большой силищи мы еще не видели? — восхищались старики, впервые увидевшие наш отряд в полном составе. — Нет, теперь уж каратели вас не осилят! Теперь-то они и нападать на вас поостерегутся.

Старики были правы. Как только отряд появился в районе, находившиеся в Крупце оккупанты заняли круговую оборону. Только что прибывший туда из Глухова отряд СС на автомобилях повышенной проходимости, усиленный батареей минометов и легкими танками, тоже не выступил против нас. Он ограничился высылкой по дороге, на Рыльск и в прилегающие села разведдозоров на танках. Как мы установили, он имел задание охранять от партизан дорогу из Глухова на Рыльск — Курск, по которой оккупанты должны срочно продвигать свой транспорт с военными грузами и подразделения, идущие на фронт.

Рейд приближался к завершению. Командование бригады сообщило о срочном возвращении в Хинель на свою базу для встречи самолетов с грузами и для подготовки к выполнению нового важного задания командования фронта.

А задание было таким: сорвать железнодорожные перевозки и переброску войск противника в январе-феврале на участке Ворожба — Льгов, для чего вывести из строя этот железнодорожный участок путем массированного минирования и взрыва мостов. Одновременно должно вестись постоянное минирование вражеских эшелонов, одиночных паровозов и вагонов, а также станционного хозяйства.

Мы начали подготовку к новым боевым операциям. Для разведки и контроля за территорией своего района был снаряжен батальон Алексеева. Как только партизаны прибыли в село Локоть, к Алексееву обратилось больше двадцати местных жителей с просьбой принять их в отряд. Правда, с оружием пришли только шестеро, но не беда: у нас теперь было чем вооружить новичков. Алексеев распорядился выдать вновь прибывшим винтовки и по шестьдесят патронов каждому.

Пройдя по большинству

крупных сел района, партизаны не встретили ни органов управления оккупантов, ни их полицейских формирований. Только в Крупце находился карательный отряд — две роты венгров и рота немецких солдат.

Автомобильная дорога Глухов — Крупец — Рыльск поддерживалась в проезжем состоянии и круглосуточно охранялась патрулирующими легкими танками и пехотой на грузовиках. В дневное время по дороге проходили вражеские автоколонны в направлении Курска.

Каратели, не пытаясь выступить против партизан, сосредоточились на обороне Крупца.

Разведчики доложили Алексееву: вражеская карательная часть, прибывшая из Хомутовки, полуокружив Калиновский хутор, ведет бой с партизанами. Алексеев отдал приказ командирам рот:

— В хуторе могут быть только хомутовцы. Идем на помощь! Заходим в тыл карателям и с ходу открываем огонь!

Помощь «чапаевцев» батальону Кудрявцева из отряда имени Боженко была своевременной. Как только роты Алексеева открыли огонь, противник потерял свой боевой пыл, начал в беспорядке отступать по заснеженному полю, неся большие потери. Батальон Кудрявцева, используя помощь «чапаевцев», тотчас же перешел в наступление. Каратели были отброшены и убрались восвояси, под защиту Хомутовского гарнизона оккупантов.

На основе разведданных, поступивших через агентурную сеть и от командиров батальонов Алексеева и Кудрявцева, командование бригады провело в середине января 1943 года операцию по разгрому вражеского гарнизона в Хомутовке силами двух хомутовских, нашего и конышевского отрядов.

Численность гарнизона противника в Хомутовке была невелика — немногим более двухсот карателей. Но недалеко от Хомутовки, в селе Амонь, размещался батальон фашистов. Ранее отряд имени Боженко пытался разгромить хомутовский гарнизон, но прочные каменные здания, в которых укрывались немцы, не «брали» выстрелы партизанских пушек, а более мощных орудий не было.

В штабе бригады был разработан подробный план предстоящей операции. Замысел был рассчитан не на нападение на засевших в Хомутовке врагов, а на выманивание их оттуда и уничтожение в открытом поле.

Особое место в плане уделялось дезинформации противника. Для этого подготовили ложный приказ об участии нашей бригады в операции украинских отрядов по захвату и выводу из строя железнодорожной станции Хутор Михайловский. Командиры отрядов получили этот приказ за два дня до начала операции. На приказе была пометка:

«После ознакомления до командира роты включительно возвратить в штаб бригады».

Заранее предупрежденные командиры и комиссары отрядов подготовку своих подразделений к действительной операции вели под видом наступления на Хутор Михайловский.

Кроме этого ложного приказа был преднамеренно распространен слух среди населения об операции на станции Хутор Михайловский. А хомутовские и крупецкие подпольщики позаботились о том, чтобы «ознакомить» врага с ложным партизанским приказом.