В сетях паука...
Шрифт:
– Ну, здравствуйте! Опять трупы. О нашей семейке фильмы ужасов можно будет снимать. Одни мертвецы.
– Вот тут ты ошибаешься, ваших тел, к сожалению, не найдут. Горы, знаете ли, снег кругом, вот обломки и занесёт, трудно отыскать будет, а если ещё и в расщелину угодите, совсем исчезнете бесследно.
– Нормально.... Умереть в расцвете лет я, вообще-то, не согласен. Что-то вы перегнули палку, дядя Серж. Страсти-то, какие!
– Вот и я считаю, что тебе жить да жить. Ваш самолёт благополучно пересечёт границу Швейцарии и приземлится в Германии, в аэропорту города Франкфурта-на-Майне. Там вас встретит мой
– Очуметь. Я как агент 007, весь законсперированый.
– В Москве вас встретят. Христиан сообщит мне, каким рейсом груз отправлен, а я дальше по цепочке.
– А как же ты, Серж? Ты останешься совсем один.
– Знаю. Но я воевал, а вы нет. У меня хоть какие-то навыки выживания сохранились, да и вообще, я же русский, а мы народ упрямый и, главное, живучий. Нас, как помнится, триста лет татаро-монголы завоевывали, четыре года фашисты убивали, а мы ничего, выжили.
– А сам нас к немцам отправляешь. Ну, ты даёшь, дядя Серж.
– Немцы и фашисты - не одно и то же, сынок. Историю знать надо.
– Там, в России, твоя женщина, это к ней мы едем? Я помню, дядя Майкл что-то рассказывал, о вашей большой любви.
– Жена. Моя жена, Джон, и мой сын Сашка.
– Какой сын? Серж, насколько мне известно, у тебя не было детей. Опять тайны, как же всё это надоело!
– Это долгая история, Джон. Когда всё закончится, если останусь жив, обязательно расскажу.
– Подожду, я терпеливый. Жаль, что Майкл не знал, он всегда переживал, что у тебя нет наследников.
– Он знал, Джон, и взял с меня слово, что до поры я никому об этом не расскажу. Оказывается, наш старик был провидцем. И, слава Богу, а то мой Сашка мог одним из первых погибнуть. Прости, что говорю так, но он у меня единственный, как сейчас у тебя Чарли.
– Так, значит, в Майами был твой сын, а не сын друга?
– Да.
– И они рано или поздно докопаются до этого, - Чарли оставался в своём репертуаре.
– Могут, - согласно кивнул Сергей, - вот там, вдали, когда вы будете в относительной безопасности, позаботьтесь о нём и о ней.
– Мог бы и не говорить, - обижено засопел Джон.
Весь придуманный Сергеем план прошёл, как по маслу, но одного они не учли, что копы могут вновь заинтересоваться им. Как только прошла информация о гибели самолёта, ему тут же предъявили обвинение и вновь посадили в следственный изолятор. Две недели его допрашивали по четыре часа подряд, но, как ни старались, не смогли обвинить в гибели родственников Майкла. Так как он после их смерти не получил ни гроша, нотариусы с ног сбились, разыскивая хоть каких-нибудь дальних родственников, которые смогут вступить в право наследования. Сергей стойко пережил тяготы тюремной жизни, но то, что несколько человек из рода Фристоунов живы, так и не сказал. Его отпустили поздно вечером. Поймав такси, он добрался до виллы Майкла, скинул грязную, пропахшую потом и тюремной грязью одежду, принял горячую ванну и, наконец-то нормально побрился. Кухарка приготовила ужин и после того, как он поел,
– И кого принесло в такую рань?
– потягиваясь в постели, сонным голосом поинтересовался Сергей.
– Копы, сэр.
– Что, опять? Спроси, есть ли у них ордер?
– Есть, сэр.
– Тогда пропусти, один хрен прорвутся, - Сергей нехотя вылез из постели, накинул халат и прошёл в ванную комнату. На то, чтоб почистить зубы и привести себя в порядок времени не было, сейчас эти псы уже нагрянут. Только он спустился по лестнице, как в дверь позвонили.
– Прошу, господа, проходите, будьте как дома..... Что привело вас на этот раз? Опять кого нибудь убили?
– Вы всё шутите, а я ведь вас предупреждал, что опять встретимся. Адвокату звонить будете, или как?
– А я что, на допросе?
– Нет, вы же знаете, что допросами я не занимаюсь.
– Тогда обойдёмся без адвокатов. Ну, так что привело Вас ко мне?
– Вот ордер на обыск.
– Даже так, а что искать собираетесь, если не секрет. А то, может, я сам Вам отдам, чем весь дом переворачивать.
– Наркотики....
– Что? Это шутка, сержант? Отродясь такой гадостью не занимался, и что это Вам в голову взбрело искать у меня наркотики. Я что, похож на наркодилера?
– Так на лбу у Вас не написано, кто Вы. Может так оно и есть, сейчас проверим.... Или всё-таки сами отдадите?
– Сергей понял, что такими вещами сержант шутить не станет, не в его стиле. Он лихорадочно пытался понять, что всё это значит.
– Что же, раз надо, значит ищите, но предупреждаю, я этого так не оставлю. Мне в последнее время надоело доказывать, что я не верблюд.
– Ваше право.... Но что-то мне подсказывает, что на этот раз, Вы не выкрутитесь. Полагаю, упекут Вас и надолго, - в дверь кто-то настойчиво звонил. Полицейские оттеснили Сергея в глубь коридора, один встал за дверью, а сержант пошёл открывать. Сергей закрыл глаза, про себя соображая куда прыгнуть, если начнётся стрельба.
– Вам кого?
– вежливо поинтересовался сержант.
– Вас, надо полагать. Я агент ФБР Патрик Уилсон.
– И чем обязан? Вы же просто так не являетесь, это наше дело.
– Теперь уже нет. ФБР берёт дело господина Молчанова под свой контроль. Вот соответствующие бумаги. Что Вы на меня так смотрите, Вас что-то не устраивает?
– Всё устраивает. Пошли ребята, - сержант махнул рукой, и всё копы двинулись за ним к выходу.
– Да, сержант, будьте так любезны, откуда поступила информация, о наркотиках?
– агент ФБР терпеливо ждал, пока сержант медленно повернётся, сделает пару глубоких вдохов, прокашляется и нехотя ответит.
– Анонимный звонок. Позвонили в 6-00 утра в участок, сказали, что по этому адресу хранятся наркотики. Звонил мужчина, телефон засечь не успели, проговорил быстро и отключился. Мы обязаны были отреагировать. Тем более, что господин Молчанов у нас в сводках мелькает часто.
– Благодарю за помощь, сержант. С Вами приятно иметь дело.
– Взаимно, - буркнул напоследок сержант, чуть сильнее чем надо хлопнув дверью. Сергей стоял там, куда его оттеснили, и не двигался с места. После подозрения в хранении наркотиков появление агента ФБР окончательно добило его.