Чтение онлайн

Тогда я думала, что окончательно оттолкнула её от себя. Надеялась на это, резала по больному.

— Умирать буду, но тебя на помощь не позову! Уходи, я сказала!

Но даже после этих ужасных слов эта девчонка продолжала стоять рядом, выслушивая мои крики. Я чувствовала себя отвратно, но выражение её лица того стоило. Она сжала руки в кулаки, опустила голову и шмыгала носом, сглатывая слёзы.

Если после одного плохого поступка начинаешь чувствовать удовлетворение — это конец. Вряд ли ты сможешь прекратить, даже невзирая на крики совести. Оно как гипноз — опутывает сознание

паутиной. «Не садись в машину, она неисправна» — не слушаешь, садишься в неё и разгоняешься. Мчишься, стрелки спидометра взлетают, и только потом замечаешь, что тормоза отказали. И сколько ни рули — разобьёшься. У меня так же. Стыдно, но слова сами вылетают. Ведь знаю, что ей больно, а остановиться не могу. Интересно, скоро ли я разобьюсь?

После разговора с сестрой я плюнула на всё. Если позорю родителей, пытаясь стать лучше и не делая ничего, не всё ли равно? Могу расслабиться, я же не Бон А, мне не нужно быть идеальной. Я впервые решила прогулять вечернюю школу, вот и зашла в игровой клуб от нечего делать. Внутри было много народу, все разного возраста: студенты, а также, судя по количеству вариаций формы, ученики разных школ. Оказалось, я не одна лоботрясничаю. Ко мне подошла высокая девушка и протянула стакан.

— Привет, цветочек. Ты новенькая? — прогнусавила она и улыбнулась. На личико симпатичная, а голос отвратный. Я натянула дежурную улыбку.

— Здравствуйте. Это какой-то игровой турнир? Тут так много народу…

— Ха-ха, не-ет. Мы просто собрались, чтобы расслабиться. По форме вижу, что ты ещё школьница, значит, сама понимаешь, как рутина затягивает. Не хочешь присоединиться?

— Хочу. А что это в стакане?

— Ничего особенного, просто пиво. Давай, пошли со мной.

Девушка взяла меня за руку и подвела к какому-то парню, вальяжно развалившемуся на диване.

— Хэй, Кан Сон, смотри-ка, кто к нам заглянул. Она хорошенькая, правда?

— Новенькая? — улыбнувшись, спросил парень, оглядывая меня с ног до головы. — Хёри, знаешь её?

— Не-а, да и вообще, какая разница. Она пришла отдохнуть.

— Это ты верно говоришь. Ладно, давай знакомиться. — Он встал и оказался гораздо выше меня: лбом ему едва до груди достаю. — Меня Кан Сон зовут, а тебя?

— Ли Мин Джи.

— Ты богачка? У тебя дорогие побрякушки. — Парень показал на мою цепочку.

— Это как-то повлияет на моё положение здесь?

— Ха-ха, нет, здесь — нет. Мы не блестяшками меримся.

Кан Сон подмигнул мне и, взяв со столика стакан, снова сел, переключая своё внимание на игру.

— Ну, чего стоишь, цветочек. Садись куда хочешь.

Потом я приходила ещё несколько раз. Здесь без конца менялись люди. Но центром всего всегда был он — Кан Сон. Ему даже не обязательно было присутствовать на наших гулянках. Когда он приходил, то вёл себя тихо, и я поначалу не могла понять, почему все так стелются перед ним. Однако, увидев пару разборок с теми, кому не посчастливилось его разозлить, кажется, поняла. Если его что-то раздражает или кажется подозрительным — сдерживать себя не станет. Ха, смешно, он полный псих. И я просто смешна. Тошнит от этого места, но я продолжала приходить. А что

поделать. И Кан Сон этот… Его взгляд, поведение чем-то цепляют, невозможно оторваться. Буквально давит всех своим превосходством. Хочу быть похожей на него. Не зависеть ни от кого, никаких правил, все перед тобой стелются и ни с кем не сравнивают.

Мы с Хёри сегодня пришли позже обычного и поэтому, сев в уголок на кресла, стали слушать об очередных невероятных пьяных приключениях одного из парней. Даже не знаю, кто он, но по четвергам всегда приходит в клуб и травит байки. Клоун. Скука смертная. Подруга вышла позвонить, а я достаю из кармана портсигар и, вытащив одну, закуриваю. Затягиваюсь слишком сильно, и дым обжигает мне лёгкие. В комнате шумно, так что на мой кашель никто не обращает внимания. Какая же это дрянь! На фига я себя насилую-то? Никогда больше не буду курить.

— На тебя смотреть больно. Богатенькая маленькая девочка пытается кому-то подражать? — сказал Кан Сон, подходя ко мне. — Не помешал?

— Нет…

— Лучше бы на улице дымила, раз не умеешь.

— Ладно, я пошла. — Встаю и тушу в пепельнице сигарету, пока не гаснут последние искорки. Какой стыд! Хотя это даже к лучшему. Появилась причина уйти.

— Тебе ведь скучно. У тебя на лице написано огромными буквами: тоска. Знаешь, почему я оставил тебя? — Он вопросительно посмотрел на меня снизу вверх. — Из интереса. Думал, через пару дней сбежишь. А ты продержалась. Ради чего ты здесь околачиваешься?

— Ты прав, мне скучно. Но терпимо. Потому что я здесь самая правильная. Кан Сон подошёл ко мне и, закинув руку на плечо, прикурил.

— Как-то неубедительно, ну да ладно.

— О чём ты?

Парень запихнул мне в губы сигарету. Я задёргалась, но он держал меня за плечи.

— Как маленькая, ей-богу. Затянись, говорю. Поначалу всем неприятно, но потом привыкнешь. Саложня, сигареты выбирать не умеешь, зато курить уже тянешься.

Я не хочу привыкать к тому, что мне не нравится. Но его словам я верила… И затянулась. Снова глубоко вдохнув, почувствовала жжение и закашлялась.

— Айгу, реально не можешь.

Хитро улыбнувшись, Кан Сон втянул в себя побольше дыма от сигареты и поцеловал меня. Не думала, что мой первый поцелуй будет таким неприятным.

— Что ты себе позволяешь?!

— В каком смысле?

— Зачем ты так со мной? Не смешно!

— А как я с тобой? Чё-то не понял, объясни.

— Не надо под дурачка косить, ты меня поцеловал.

— А, вот оно что. Ха-ха, решила, что это был поцелуй? Наша маленькая девочка умеет смущаться? Как ми-ило. — Кан Сон заметил, как я покраснела, и приложил ладони к щекам, изображая эгьё.

Он развлекается! Наши губы соприкоснулись, разве это не поцелуй?

— Не-а, это был чмок. Хочешь, я покажу тебе настоящий поцелуй? Кан Сон подошёл слишком близко и склонился надо мной.

— Не надо напирать на меня! Отойди! Зачем подкатываешь?

— Во всём ищешь смысл?

— Не увиливай!

— Затем, что хочу. — Парень посмотрел на моё лицо и захохотал. — Ха-ха, с тобой не соскучишься. Да, но как-то не круто веселиться одному.

Он обвил своей рукой мою шею и прошептал: