Чтение онлайн

— Ну и спи, бабка старая! — Вика сердито отшвырнула только что вынутую из чемодана летнюю светлую юбку. — А я пойду потусуюсь, отсыпаться дома буду, что я, сюда за такие бабки спать, что ли, приехала? Предупредить твоего Вещего Олега, чтобы не ждал? А то ведь сюда припрётся навестить. Хотя, может, ты этого и хочешь, а я просто мешаю? Ты только скажи, подруга, я ему и номер комнаты шепну, и вернусь не раньше двенадцати. Хватит вам четыре часа? Или мало? За три года-то маловато будет.

— Ой, Викуля, ну тебя на фиг. Иди куда хочешь, а ему скажи, что я очень устала и легла спать. А

то действительно ещё припрётся. Голова у меня разболелась, в конце концов!

— Оль, как ты думаешь, в джинсах и футболке нормально будет? Не хочу я шорты надевать, у меня ноги жирные.

— Вовсе они у тебя не жирные, нормальные ноги, и в джинсах нормально.

— Ладно, я полетела.

— Вали, дай поспать. Если, когда придешь, меня разбудишь — убью!

Уже стемнело, и в отеле начиналась ночная жизнь. Где-то, наверное на дискотеке, глухо гремела музыка, разновозрастные пары неспешно прогуливались, сидели за столиками баров. В основном слышна была русская речь, но проскакивал и иноязычный говор. «Немцы, — отметила про себя Вика, — а это, кажется, поляки».

В баре у бассейна народу действительно было немного, музыка играла восточная, тягучая, с неистребимыми интонациями индийских фильмов. Столики были расставлены, будто в пчелиных сотах, в маленьких беседках, отделённые друг от друга деревянными, решетчатыми стенами, сверху их закрывала такая же решетчатая крыша, обтянутая материей. Всё это совершенно не могло защитить от непогоды, но, наверное, защищало от солнца и создавало иллюзию одиночества. Впрочем, большинство столиков были не заняты и скрывались в темноте своих ячеек, на других столиках, там, где сидели люди, металось в стеклянной чаше пламя зажжённых свечей, освещая окружающих неверным трепещущим светом.

Олег сидел один, загораживаясь рукой от пляшущего света и вглядываясь прищуренными глазами в темноту. Вика чуть постояла, чтобы унять дыхание, и шагнула в круг света.

— Добрый вечер, Олег.

Он узнал её не сразу, черты его лица даже сложились в гримасу неудовольствия, желания избавиться от этой помехи, но быстро разгладились. Он привстал.

— А! Простите, не узнал сразу. Мы ведь так и не познакомились?

— Меня зовут Вика.

— Меня — Олег. Впрочем, да, вы знаете. Присаживайтесь, пожалуйста, Вика. А где Ольга?

Вика, не торопясь с ответом, основательно, по-хозяйски уселась за столик, повертела головой, как бы впервые оглядывая обстановку. «Гм, не понравилось ему, — думала она между тем, — Ольгу ему подавай! Ну уж, дудки! Так просто ты от меня не отделаешься!»

— А здесь уютно, — заметила она, — Ольга? Вы знаете, Олег, она не очень хорошо себя чувствует. Понимаете, из Москвы вылетели очень рано, ночь почти не спали… Нет, нет, ничего особенного, так, голова разболелась. Я ей дала таблетку и уложила в постель на часок, если ей станет легче, она сама подойдёт, мне просто не хотелось, чтобы вы, пока нас ждёте, скучали в одиночестве.

Она ещё раз медленно обвела взглядом всё вокруг, давая возможность собеседнику переварить информацию, и, будто невзначай, остановила глаза на бокале Олега. Сделала она это вроде бы непроизвольно, но так, чтобы Олег заметил.

— Вам что-нибудь

принести? — моментально отреагировал тот.

«Вот так-то, миленький», — подумала Вика, но вслух сказала совсем другое: — Ну что вы, мне неловко, мы же с вами совсем не знакомы.

— Бросьте, Вика, — продолжал Олег, которому отступать было уже некуда, — вы подруга Ольги, значит, и моя знакомая. Что вам принести?

— А чем здесь поят?

— Вы знаете, спиртное тут — дрянь, мусульманская страна, понимаете. Неплохое пиво и совершенно великолепные соки. Хотите манговый сок со льдом?

— На ваше усмотрение, Олег, — произнесла Вика, подумав про себя: «Жадина, сочком решил отделаться, для Ольки, наверное, шампанское бы притаранил».

Впрочем, сок действительно оказался прекрасным: густым, холодным, благоухающим всеми ароматами тропического рая.

— А ведь мы с вами коллеги, — сказала Вика, дегустируя сок и выражая своё восхищение, хотя она бы всё-таки предпочла шампанское, — я тоже иняз заканчивала.

— Мориса Тореза? В каком году? Может, мы с вами в институте встречались?

— Нет, я в ленинском училась, вместе с Ольгой, а знакомы мы ещё со школы, я её и уговорила в педагогический идти.

— А вы тоже в школе работаете?

— Я что, на сумасшедшую похожа? Вкалывать как лошадь и всё «за спасибо».

— А я два года в школе работал… Работа совершенно особая, захватывающая, засасывающая, я бы сказал. Зарплата, правда, это да…

— Вот и я говорю, — моментально перестроилась Вика, чувствуя, что попала «не в масть», — если бы зарплата была человеческая, я бы тоже лучше с детьми, чем в своей конторе. Я сейчас референтом-переводчиком работаю в одной фирме. Бумажки, бумажки, входящие, исходящие — тоска зелёная.

— Да, с детьми работать интересней. Когда ты видишь, как ребёнок благодаря тебе наполняется знаниями, меняется, чувствуешь, что не зря живёшь на свете.

— Вы прямо поэт педагогики, что же из школы сбежали?

— Так получилось. — Олег посмотрел на часы. — Она не придёт, наверное.

— Не знаю, всё может быть.

Они помолчали. Олег сосредоточенно болтал соломинкой в стакане с соком, а Вика с интересом разглядывала снующую туда-сюда публику.

— Скажите, Олег, — нарушила она наконец затянувшуюся паузу, — а почему тут практически одни русские? Я, когда в Египет собиралась, думала, что окажусь на международном курорте, волновалась, что не смогу объясняться, разговорной практики у меня маловато. А тут одни русские вокруг.

— Ну не одни, но в основном да. Но так далеко не в каждом отеле. Знаете, они стараются специализироваться на одной какой-нибудь стране, так проще обучать персонал. Английский, он, конечно, международный, но только не для большинства европейцев, те предпочитают на своём, родном, языке изъясняться. Плевали они на английский, так, десяток слов знают, вот и всё. А ездят сюда отдыхать многие: немцы, прибалты, скандинавы, немного итальянцы, Восточная Европа, но половина, если не две трети, — русские. Вот и учат тут русский да немецкий, хотя и английский тоже. Вы ещё в городе не были? Ну увидите, к вам каждый торговец будет приставать, к себе зазывать, и всё по-русски.