Упырёк
Шрифт:
Может, это надвигающаяся старость? Вдруг она, Кэри Вендела, старший офицер ловцов, неумолимо близится к тому времени, когда руки и ноги начинают трястись и плохо слушаться, на лице отпечатываются морщины, а мысли вертятся только вокруг тёплых носков, цен на хлеб и молоко да способов лечения артрита?
— Ну неееет, — сказала она себе.
Закусив губу, Вендела упрямо выпрямилась. На твёрдых, почти негнущихся ногах домаршировала до двери, открыла её и с некоторым недоверием, даже лёгким испугом, осмотрела длинный коридор. Раньше никогда не обращала внимания, что он такой большой.
Вперёд. Надо идти. Пришлось опереться
***
Мэтт Криззен уже полдня как вертелся, словно щенок, ловящий собственный куцый хвост. И близко, и не поймаешь. Не то что чаю выпить — воды глотнуть с утра было некогда! Не хватало людей. Не хватало Кэри — как офицера и как человека, умеющего справляться с кучей мелких и не очень дел. Стини Дайлен, срочно повышенный до младшего офицера, не умел принимать решения, старший офицер караула привык действовать строго по инструкции и в командиры ловцов не годился. К счастью, он хотя бы составил ловцам график — распределять обязанности и ставить дежурства умел отлично.
В операции по освобождению Венделы осколками ранило двух ловцов — их отправили в госпиталь, а потом домой на три дня, лечиться и отдыхать. Мармалена на всякий случай держали под домашним арестом — два караульных сменялись у дверей его квартиры каждые шесть часов. Таким образом, штат участка, и без того небольшой, значительно сократился. Из соседнего участка прислали в помощь двух совсем зелёных девчонок и старика! Верно, тех, кто вовсе не умеет работать. А скорее всего, берегли кадры. Прислали же они когда-то Андерсона, и каков результат? Город лишился блестящего офицера.
Если б спокойный, обычный день — Криззен бы и своими силами обошёлся. Но близился праздник, до которого оставалось лишь два дня, столица грозила прибытием Главы Комитета, в камере участка томились два Тёмных мага, труп некроманта, растерзанный взрывом, лежал в мертвецкой… Мэтт просто не знал, за что приниматься.
Оставив участок под присмотром Дайлена и ловца-ветерана из соседней конторы, Мэтт сбегал в госпиталь, проверил, как там Кэри, и пришёл к выводу, что в ближайшие дня три она ему не помощник. Даже допросить как следует Тёмных некому, придётся самому. Кэри просила начать с них. Мэтту в преддверии проверки из Азельмы было совсем не по себе оттого, что ещё и придётся оправдываться насчет договора с Тёмными!
А всё-таки стыдно. Мэтт никогда не ощущал себя так мерзко. Даже Венделе не признавался в этом — щадил её после всего, берёг. Но стыдно. Как будто предал. И ведь не поймёт никто, да и нельзя никому сказать: предал доверие Тёмных. Тьфу, и звучит-то как — да за одно такое высказывание в наши-то неспокойные времена могут с должности сместить… Как так — предал доверие? Ты, стало быть, допустил ситуацию, когда они тебе доверяли, Мэтт Криззен? И только потом, дав поучаствовать в операции наравне с ловцами, ты их наконец-то разделил и арестовал? Ох, попадётся он дознавателю под горячую руку, ох, полетит его голова.
Расстроившись от таких мыслей, Мэтт приказал себе чаю, выпил два стакана, дуя и отфыркиваясь, а перед глазами тем временем стоял
Тут Криззен чуть не застонал. Расходился-то, старый дурак. Срочно угомониться, и срочно на допрос. Сейчас ты встретишься лицом к лицу с негодяями и мерзавцами, почти злобно сказал Мэтт себе. Они, между прочим, своего же Тёмного не пожалели ради выгоды. Не пощадили, взорвали, чуть на куски не разнесли. Ах ты ж кошкин сон, там ещё служанку должны найти и привести, свидетельницу. Она убежала, видимо — если б Кэри не сказала, что служанка была, наверно, никто б и не хватился. Нет уж, пусть Дайлен ищет и допрашивает.
Мэтт встал из-за стола, подтянул ремень — надо же, и не заметил, как похудел за эти дни. Всегда отличался внушительной комплекцией, а тут вдруг — ремень аж на две дырочки пришлось утянуть.
Он нарочно велел начать с более разговорчивого — с Леты. Тот и общительнее, и, как Мэтту показалось, не такой сильный в плане магии. Разумеется, обоих нейтрализовали. Но всё-таки участок не тюрьма, а ловцы и караульные — не профессиональные охранники. Им непросто бывает удержать Тёмных магов, это требует определённых усилий.
Вильермо Лету привели под смешанным конвоем из четырёх человек. Не-маги остались в допросной, у двери, ловцы встали снаружи. Всё по протоколу.
Криззен вздохнул и, не глядя в лицо Лете, начал по всем правилам:
— Я приветствую вас, эн Лета, и призываю отвечать на вопросы как можно полнее и правдивее. Это поможет в первую очередь вам…
Не выдержал, сбился, виновато посмотрел на Тёмного.
Тот сидел, строго и серьёзно глядя в стену. Всем видом показывал, что ему нет дела до приветствий и призывов Криззена. Тонкие губы поджаты, смуглое лицо сильно побледнело с прошлой встречи, тёмные волнистые волосы засалились. Даже залысины на лбу, кажется, увеличились. Скованные наручниками руки Лета держал на коленях.
— Эн Лета, — сурово сказал Мэтт. — Вам придётся разговаривать со мной. Больше не с кем.
— Я буду говорить только с офицером Венделой. Уж она-то в вашем участке одна не виновата в том, что нас повязали, — сверкнув тёмно-карими глазами, ответил Вильермо.
— Вендела в госпитале. И, кстати, по вашей вине, — тут же оживился Мэтт. Разговор пошёл, и в ключе, который позволил Криззену вспомнить, что Тёмные в массе своей — преступники и негодяи.
— Ах вот как, — кивнул Лета. — То есть если бы не мы… где она сейчас была бы? Ну, после того, как некромант понял бы, что не дождётся желаемого? Что он там хотел? Какой-то жалкий трупик, который вы прозевали? Вы, кстати, его нашли?
Что-то при этом промелькнуло в тёмных глазах Вильермо. Сверкнуло, как говорится, но погасло. Поздновато погасло: Мэтт сделал охотничью стойку.
— А что, это важно? Какой-то жалкий трупик имеет большое значение?
— Я буду разговаривать только с Венделой. А Пат вообще ни с кем не будет разговаривать, даже с нею.
И Лета отвернулся от Мэтта, снова уставившись в стенку.
— Эрмох, — сказал Криззен одному из караульных, наполовину иртсанцу. Смуглый, плечистый парень сдвинул каблуки и вытянулся. — Слетай-ка к мастерам, позови Ральфа Хослера. Сегодня вроде бы он там за главного.