У края, у берега...
Шрифт:
— Вы, что охренели? — в комнату заглянул Вольдемар. — Надо спешить, до маршрутки час остался. Пропустим!
— Ксюха, не дури! — на пороге появился Деня. — Мы уходим!
Тоха выдернул подушку из-под головы Ксюхи. Девушка разлепила закисшие глаза, сощурясь посмотрела на него. Лицо ее перекосила плаксивая и злая гримаса.
— Пять минут, — Деня подошел к кровати. — Я жду пять минут и отваливаю… Если мы через три часа не будем в "Заду", то нам жопа. Тоха, да пусть себе валяется. На хрен она нам сдалась? Пошли.
— Да
Бормоча ругательства, она надела кроссовки, вытащила из-под кровати сумку с вещами. Парни вышли из комнаты. Оксана двинулась за ними, но на пороге вспомнила о телефоне и вернулась. Вытащив из розетки зарядное устройство, обратила внимание — на экранчике отсутствует уведомление о связи с оператором. Чтобы проверить, нажала на вызов первого номера в записной книжке телефона, но сигнал не пошел. Беззлобно выругавшись, Ксюха сунула мобильный в карман. Через минуту она вышла из дома. Утро выдалось солнечное и чувствовалось, что денек будет жарким. Тоха нацепил на дверь навесной замок.
— Кайфоломы, — пробурчала девушка. — Можно подумать, что в "Заду" нас ждут. У вас хоть деньги есть?
— У него есть, — Деня мотнул лохматой головой в сторону Вольдемара.
Тот помрачнел и ссутулился.
— Разве это деньги, — он сплюнул под ноги. — Мусора — с-с-суки! Яйца бы им оторвать! Такую делюгу испортить…
— Сам обосрал, — подошел Тоха. — Ну, что вы стоите? Двигаем!
Они вышли со двора и побрели по улице. На поверхности зеленовато-коричневых прозрачных луж отблескивало солнце. Стоявшие у ворот соседнего дома две пожилые женщины с неодобрением уставились на них.
— Добрый день, баба Галя, — поздоровался Тоха.
Ничего не ответив, женщина отвернула широкое морщинистое лицо к соседке. Шедшая последней девушка услышала, как кто-то из бабок негромко сказала "совсем пропал пацан". Приостановившись, Деня содрогнулся всем телом и несколько раз чихнул. Шмыгая носом, он проворчал:
— Когда я уже сдохну.
— Торопишься? — Вольдемар закурил сигарету. — Ты сначала приведи нас на точку, а потом можешь сдыхать, сколько захочешь.
— Пошел ты, — Деня вытер рукавом под носом и заперхал. — Как меня все задолбало. Бля!
— Ну, шо ты ноешь, мужик, — сказала девушка. — Ты бы лучше пробил есть ли товар на точке.
— Да, — поддержал Тоха. — У тебя есть номер барыги?
— Есть, — Деня остановился и, зажав пальцами толстый нос, трубно высморкался. — Все у меня есть… Только денег на счету нет.
— Звони с моего, — Вольдемар вытащил из джинсов телефон.
— Бесполезно, — отмахнулся Деня. — Все равно Колян на чужой номер не ответит. Да не бойтесь вы… У него все четко. Как в аптеке. Заваливаешься в любое время и получаешь, чего душа требует. Только бабло плати.
— Черт, — сказал Вольдемар, рассматривая мобильный. —
— Лучше бы ее не было, когда ты своим мусорам звонил, — сказал тот. — Бля, какой же ты все-таки дебил! Я как подумаю, сколько ты проебал товара!
— И нас, сука, подставил, — не удержалась Ксюха. — Какого нас отпиздили за твои грехи?! У меня все тело болит!
— Мало отпиздили, — Вольдемар с ненавистью посмотрел на девушку. — Тебя вообще, удавить надо было! В колыбели!
— Да не орите вы, — зашипел оглядываясь Деня, — на всю улицу.
— Слушай ты, — Вольдемар ткнул телефоном в сторону девушки. — Еще раз вякнешь, прошмандовка, и будешь сама себе ширево покупать. Мало того, что мусора кинули, так всякая шавка на меня хлебальник раззевает.
— Это ты заткнись, пидор, — Ксюха бросилась к парню, но Тоха быстро преградил ей дорогу. — Забыл, что всю неделю за мои деньги кайф ловил?! Сука неблагодарная! Наркоборон хренов!
Вольдемар замахнулся. Лицо у него раскраснелось, веки часто моргали.
— Кончайте кипешь, придурки, — Тоха легонько оттолкнул девушку и погрозил кулаком приятелю. — Я вам сейчас обоим настреляю по хлебальникам! Развоевались… А ну, быстро вперед пошли! Мы из-за вас и за час не дойдем.
Развернувшись, Вольдемар зашагал дальше. Впереди послышался шум автомобильного двигателя: машина "скорой помощи" проползла через перекресток. Следом ехал оливковый автобус с закрашенными белой краской окнами. Деня закашлялся и громко харкнул на дорогу мокротой.
— Хотел бы я пошарить в чемоданчике этого "айболита", — сказал он со вздохом. — Сколько там всего вкусного.
— Ни хрена там нет, — буркнул Вольдемар. — Откуда у врача что-то полезное в такой дыре… Анальгин и магнезия.
— Точно, — мрачно подтвердил Тоха. — Я пару раз в позапрошлом году, когда прижало на хате, звонил им, так они даже не приехали, пидарасы. А соседка… Я с ней здоровался сейчас, — он оглянулся, но женщин у ворот уже не было, — баба Галя, так у нее в прошлом году инфаркт был из-за того, что пидарасы целых два часа на вызов ехали. Еле откачали в реанимации…
— У меня знакомый врач работал в реанимации, — вспомнила Ксюха. — Так он рассказывал, что у них промедола, омнопона, хоть жопой жуй. Коли — не хочу.
— Малинник, — причмокнул Тоха. — Так давай к нему заглянем: пусть подгонит пару стекляшек.
Девушка отрицательно покрутила головой.
— Он два года назад в Штаты отвалил на постоянку, — сказала она. — А я только-только в систему входила… Всего несколько раз к нему ночью на работу приезжала, когда он дежурил. Мы вместе омнопоном ширялись, а утром, после работы, в пиццерию шли. У них рядом с больницей круглосуточная забегаловка, очень классную пиццу там делали… Хорошо было, — девушка вздохнула.