Триумф
Шрифт:
— Нельзя, — кивнул Самвел, помолчал и спросил: — Как там Ритка?
— Голова у нее болит.
— Это хорошо. Болит, значит, жить будет. Хуже, если бы у нее уже ничего не болело. Значит, так, нужно отыскать фото всех подозреваемых и предъявить их твоей Любе. Пусть она его нам покажет. А там, думаю, уже дело техники.
Василий перешел к делу:
— Ты в ментовку пойдешь за фотками или они сами тебе их притащат?
— Я подумаю и решу, — постановил Самвел.
Сергей с Татьяной ужинали в загородном
— Так-с, значит, основной план мы наметили. — Сергей был доволен.
— А если он меня раскусит? — заволновалась Танюша.
— Если ваш разговор вдруг пойдет по непредвиденному руслу, ты сама решай, что делать. Не мне тебя учить. Слезы — хорошее средство, не нужно о них забывать. Юрий Владимирович сентиментален, романтичен, короче, человек с фантазией — должен клюнуть.
Тут как гром среди ясного неба зазвонил телефон. Сергей взял трубку и заговорил весьма деловым тоном:
— Да. Слушаю. Кто это? Не узнаю. Газета? А, это ты, старый сплетник! Приветствую. Что? Когда? Кто прислал? Из офиса? Это Юлька! Она у меня нарвется. И ты знаешь на что? Ха… Спасибо, старик. Коньяк за мной. Конечно, дорогой, самый дорогой.
Сергей приказал Танюше:
— Все — потом. Продукты — в холодильник, цветы — на помойку. Мы уезжаем.
— Сейчас? — расстроилась Танюша.
— Непредвиденные обстоятельства. Мне еще в редакцию нужно заехать, пожар потушить. Ты поедешь к Шевчуку завтра утром. А переночуешь у меня.
Сергей призывно смотрел на Татьяну, но она выдержала его взгляд.
— Это значит, что ты просто не хочешь выпускать меня из-под контроля? — спросила она.
— Ты нравишься мне все больше и больше, — признался Сергей. «Вот верну деньги, — думал он, — и прости-прощай, моя зазноба».
Анжела совсем заскучала без веселой компании, которая ее раньше окружала. Даже Василий стал редким гостем. Когда он наконец появился, Анжела пожаловалась:
— Совсем ты меня забросил… Раньше тут жизнь кипела, а теперь кипит скука. Милка — убийца, Ритка — жертва, ты пропал. Не с кем слова сказать. Скоро разговаривать разучусь. Спасибо, Зям выручает. Но у него с разгадыванием кроссвордов напряженка, не все слова знает. Правда, уже понимает по-французски. Зям, парле ву Франсе?
Зям громко залаял в ответ.
— Не рано ли пса учишь? А вдруг твой француз не приедет? — спросил Васька.
— Куда он денется с подводной лодки. Уже пять раз звонил. Сказал, что я его маме понравилась. И что мои щи он во сне видит. Даже пытался в Париже в ресторане заказать. Но его там не поняли. А ты чего мрачный такой? Бизнес не идет? Алкаши перевелись?
Василий вздохнул:
— Забот
— Вась, а Вась, ты стал такой таинственный. Тебя сектанты какие не захомутали? — спросила Анжела. — Видела я тут таких, еле отцепилась, журналы под нос совали, запугивали концом света, а я сказала, что конец света у каждого свой и что я им его устрою, если не уберутся…
— Хуже, Анжелка, хуже. Предчувствие у меня… Слушай, Анжел, если со мной чё случится…
Анжела схватилась за сердце:
— Да не пугай ты меня, я и так всего боюсь.
— …и оставить мне тебе нечего, — продолжал Васька, — кроме вывески моей клиники — «Вась-Вась». Заберешь себе и будешь меня вспоминать. Ну и банку мою бери, если в ней что-то останется.
Ритка позвонила Амалии Станиславовне.
— Амалия Станиславна, это я, Маргарита.
— Я узнала. Как у тебя дела?
— Как говорится, не дождетесь. Это первая шутка, — хихикнула Ритка.
— А сколько их будет? — поинтересовалась Амалия.
— По обстоятельствам. Как пойдет. Мы ведь с вами сейчас типа дружим.
— Рекомендую избавиться от слов-паразитов, — посоветовала Амалия.
— А я думаю, что лучше избавиться от самих паразитов, — философски заметила Ритка.
— Ты на кого-то намекаешь?
— Я не намекаю, а прямо говорю — мне нужны деньги.
Амалия помолчала и спросила:
— Сколько?
— Много.
Амалия ответила не сразу. Она не понимала, зачем Ритке деньги.
— За лечение и уход я заплатила.
— Мне нужны деньги на личные нужды. Сколько вы можете мне прислать сейчас и наличными? — напрямую спросила Ритка.
— Ни копейки, — резко ответила Амалия и добавила: — Пока не узнаю, зачем они тебе нужны.
— Ну тогда я обращусь к Магеровскому в «СистемСервис». Я думаю, что он с удовольствием одолжит мне любую сумму.
Амалии такой поворот не понравился:
— Маргарита, теперь я вижу, что с головой у тебя серьезней, чем я думала. Это — нарушение бизнесовой этики.
Ритка рассмеялась:
— Ха, вот это новость. А я-то думала, что бизнес — это грушей по башке. А там, оказывается, еще есть этика. Теперь буду знать, как это называется. Короче, привезите мне побольше денег. Я жду.
И Ритка повесила трубку. Амалия скрепя сердце решила выполнить ее просьбу, поэтому пригласила Юльку:
— Собирайся, поедешь к Маргарите в больницу.
— Лучше сразу на кладбище — я больниц боюсь. Они навевают на меня мысли о вечном, а я предпочитаю настоящее. Я девушка реальная.
Амалия не обратила внимания на ее слова:
— Отвезешь ей букет Магеровского и пакет с деньгами. В конверте будут деньги. Постарайся узнать у Маргариты, зачем ей такая большая сумма.
— А там конвертик поменьше имеется или это входит в мои обязанности?
Но Амалия упорно не слышала Юльку:
— Я боюсь, у нее не все в порядке с головой после нападения.