Триумф
Шрифт:
— Ну спасибо, Васенька, за любовь, за дружбу. Я пошла.
— Стоять! Ты — моя ходячая улика. Приманка моя. А что если дать ему знать, будто ты его узнала, и выставить тебя как живца? Он клюнет, а мы его цап-царап на месте преступления!
— Я, Вася, думала, что ты — человек, и любила тебя как человека… А ты оказался… — Люба даже слова подобрать не могла от возмущения.
— Ну? Кем?
— Я таких слов вслух не произношу. Чтобы не портить биополе. Иди, Ритку свою цепляй на крючок,
— Любовь, ты человек эмоций, — начал объяснять Васька. — Тут нужен трезвый расчет, а не ла-ла. Судя по всему, следак с ними заодно…
— Василий, да ну их всех! Они люди небедные, им есть за что друг другу горло перерезать. А нам, простым да на зарплате, в их дела нечего соваться.
— Речь идет о моей Ритке! — крикнул Васька.
— Твоей, да не моей. У меня собственная гордость имеется, — заявила Люба.
— Не обижайся, Любовь, — попросил Васька. — Ты мне друг, а с Ритой нас связывает…
— Что замолчал? Что связывает? Ничего не связывает. Потому что она тебя бросила.
— Ты не понимаешь. Я как-нибудь на досуге, сидя перед камином в своем особняке, расскажу тебе драматическую историю своей жизни. А сейчас — о деле. Этого подлеца нельзя оставлять на свободе.
— Ты же не любишь милицию! — напомнила Люба.
— А еще больше не люблю убийц. Не знаю, в чем причина, но не нравятся они мне — и точка.
— А у меня есть план. Давай я тебе убийцу покажу, и ты его поймаешь сам, — предложила Люба.
— Как? На палочке верхом и стреляя из пальца?
— Не-а. Ты его загипнотизируешь.
Васька задумался:
— Нет, не годится. А вдруг он непьющий? Я-то воздействую только на алкашей.
— Закодируй его наоборот. Пусть запьет после тебя. Тут мы его и повяжем.
Ситуация зашла в тупик.
— Нужно с кем-то посоветоваться, — предложила Люба.
— Иногда и ты соображаешь, — похвалил Васька. — Жаль, нечасто. Да, надо потолковать с человеком нейтральным и авторитетным.
— Такой человек для меня только — ты.
— Это я-то нейтральный?
— Ты — авторитет, — уважительно сказала Люба.
— Это тебя в твоем родном Зазимье научили так нагло льстить?
— Васенька, я искренне.
Тут Василия осенило:
— Я знаю нейтрального и авторитетного. Это Самвел.
Юрий Владимирович пришел в «СуперНику».
— Дианочка, я к тебе, — сказал он. — Здравствуйте, Юлечка, вы прекрасно выглядите.
— За что обожаю мужчин старшего поколения, так это за галантные манеры, — просияла Юлька. — И вы тоже вполне секси, Юрий Владимирович.
— Надеюсь, у этого слова достаточно приличное значение, — смутился Юрий Владимирович. — Диана, я знаю, ты целыми днями
— Проще простого. Как говорится, во всех тональностях для всех национальностей.
— И о людях?
— Практически обо всех, более-менее известных. А если о них писала пресса, то вообще не вопрос.
— И как это делается?
— По ключевому слову. Давай слово, я погуглю.
— Что ты сделаешь? — не понял Юрий Владимирович.
— Погуглю. От слова «гугль» — это такая поисковая система, — снисходительно объяснила Диана.
— Тогда набери слово «Самвел», — попросил Юрий Владимирович. — А я пока загляну к Амалии.
Юрий Владимирович говорил с Амалией:
— Меня так тронули твои слова о Доминике. Ты идеальная женщина, Маля, ты всегда себя контролируешь. А я в последнее время и несправедлив с тобой бывал, и резок…
— И невнимателен. Нс поздравил меня с днем рождения, — напомнила Амалия.
— Увы мне, увы. Но я исправлюсь. И сколько лет исполнилось нашей… Проклятье? Я, кажется, опять допустил бестактность.
— Ничего, Юра, я не стесняюсь своего возраста. Ты, надеюсь, тоже. А эти твои неуклюжие потуги сказать мне приятное… Их можно понимать как попытку восстановить отношения?
— Да. То есть в определенной степени. Понимаешь, Маля, мне сейчас нужен совет и участие. Я запутался. И пришел к тебе как к самому старому своему другу…
— Никогда, слышишь, никогда я не была тебе другом. Я была твоей любимой, твоей любовницей и даже одно время невестой…
Юрий Владимирович кашлянул:
— Ты несколько преувеличиваешь…
— Он запутался? Запутался, надо понимать, с очередной бабой. И прибежал ко мне как к другу. Так запомни раз и навсегда — я тебе не жилетка, в которую можно плакаться и сморкаться, раскаиваясь в своих грязных интрижках.
— Маля, прошу тебя.
Амалия закричала:
— А теперь — вон? Прошу немедленно покинуть кабинет и не мешать мне работать?
Юрий Владимирович вышел из кабинета очень расстроенный.
— Пап, вот что я нарыла, — сообщила Диана. — Всего на имя Самвел найдено двести пять тысяч страниц. Тебе зачитывать все?
— Что ты!
— Я тоже так подумала. Слушай. Самвел Аветисян, авторская школа «Как добиться успеха».
— Не то.
— Фирма «Самвел». Аксессуары для любви во всем ее многообразии.
— Дальше.
— «Уголовный авторитет Самвел Манукян, известный также под кличкой Манекен-младший, в ходе процесса дважды нецензурно оскорбил прокурора. После чего был отпущен из-под стражи прямо в зале суда»… Хм, оригинально.