Чтение онлайн

Впрочем, были и доработки. Во всех книжках, как бы смешно это не звучало, основной ошибкой лазутчика было отвлечение охраны. Нет, разумеется, в нормальной стране с жесткой армейской дисциплиной в войсках и тому подобными пережитками прошлого, в общем в идеализированном книжном мире, совсем не вязавшимся с реалиями жизни в отдаленной колонии, это подчас было необходимо. Но в реальной жизни Дойл прекрасно знал, что охрана, каков бы ни был охраняемый объект, никогда не выполняет все предписания. И попытка отвлечь внимание приведет как раз к усилению мер предосторожности, ведь у даже ничего не обнаружившего охранника, в душе все равно уже поселится червячок беспокойства. Именно поэтому, Дойл не собирался

проводить никаких отвлекающих маневров.

План помещений лаборатории он нашел в полицейской базе данных. Он знал, что всего в ней пять этажей, два из которых подземные, а вот что было ниже, и было ли это «что-то» вообще, предстояло выяснить. Дойл оглянулся, оглядев быстро мутнеющий горизонт, по которому растекалось пылевое облако. Ветер был уже довольно сильный и если бы не амортизационные системы комбинезона, то мог бы вполне свалить с ног. Пора… Дойл проверил крепление небольшого рюкзака со всевозможными полезностями и разбежавшись одним прыжком перемахнул забор, разумеется не благодаря каким-то сверх-способностям, а при помощи небольших гравиодвигателей, расположенных на поясе защитного костюма. В тот момент, когда стена охранного заграждения осталась позади, Майкл мысленно усмехнулся, прикинув, что почти десять лет работы в отделе по борьбе с контрабандой научили и его самого замечательно обходить закон, проникая на закрытые объекты.

Вик помнил, что его тащили по каким-то коридорам, сначала пытались просто помогать ему идти, но потом, видимо замучавшись, просто бросили на пол и поволокли держа за руки.

— Какого хрена вы сюда эту падаль приволокли? — звуки, расплывчатые и искаженные, были почти не различимы в заполнившим уши звоне и гудении. — Кормить его тоже будете?

— Винсент, где Лейнер?

— Домой он поехал. Выкиньте это на улицу. Все равно его тут обхаживать никто не станет.

— Винс, тебе надо, ты и тащи его наружу. Нет? Тогда давай карточку от камеры. Пусть до утра посидит.

Все это время Вик лежал на полу, тяжело дыша и поджав лапы к груди. На блестящий, выложенный белоснежной плиткой пол капали крупные капли темной крови, постепенно скапливавшиеся в небольшие лужицы.

— С утра здесь будут части Ордена. Эйвер, ты хочешь, чтобы мы еще объяснительные писали по поводу того, что у нас в отделении неустановленные биодроны отлеживаются. Может он из тех, кто сегодня взбунтовался?

— А если нет? Винс, ты взгляни, у него ошейник на шее. С именем, вроде как даже с номером. И между прочим, инкрустация недешевая. Он из домашних скорее всего, кого-то из центрального квартала. С утра его искать начнут, глядишь кредиток слупим за находку.

— Ладно, Эйвер, оставляй его тут, разберемся. Поль, Шелер, давайте этого хвостатого в пятнадцатую камеру.

— Так она же занята. У нас до сих пор задержанного не забрали в столицу.

— А все остальные наполовину разгерметезированы еще после последней атаки подземных тварей и промерзают. Так что давайте, посмотрим, сколько с утра его хозяева решат за него заплатить. А то ведь и Орден приедет, и мы прихлопнуть можем, если что…

Дежурные, отнюдь не горевшие желанием возится с полумертвым биодроном рывком подняли его на ноги, Вик опять чуть не упал, сведя лапы и взвыв от боли внизу живота, его подхватили за загривок и потащили в отдаленное подземное крыло, не обращая внимания на то, что Вику, которому поневоле пришлось перебирать ногами, казалось, что его режут на части.

— Да заткнись ты! — один из полицейских, уставший от непрерывных криков, встряхнул биодрона и сильно ударил его ладонью по лицу, попав по ране на месте глаза, содрав едва наросшую корку запекшейся крови.

Вик, издав истошный вой, рванулся из рук людей и не удержавшись на лапах повалился на пол.

— Ты что, обалдел, Поль? — испуганно

воскликнул один из дежурных. — Давай все-таки доведем его до камеры хотя бы таким, какой он есть… На нем и так живого места не осталось.

— Меня достало, что он постоянно кричит. Да и не хочу я с ним возится. Кому-то тут блажь в голову взбрела его здесь оставить, а мы таскайся с ним, как няньки. — человек с досады пнул Вика ногой под зад.

— Тогда иди на свое место. Я его и один доведу.

Идти надо, особенно если помогают. Вик собравшись с силами и сжав челюсти побрел вперед. Перед взором плыла кровавая пена, сквозь которую пролетали светящиеся искорки, поднимавшиеся из-под пола куда-то вверх. Они вошли в темный, едва освещенный коридор, с выступавшими из углублений в стенах полукруглыми дверьми. Остановившись возле одной из них, полицейский, одной рукой продолжая поддерживать Вика, набрал код на пульте возле нее и с видимым трудом отодвинул тяжелую створку.

— Все, с новосельем. — бесстрастно сказал он и чуть толкнул Вика вперед.

Биодрон не смог сделать и пары шагов, он наступил себе на хвост и запнувшись упал в темноту, врезавшись в какие-то железки. В нос и щеку врезалось твердое покрытие пола, от удара Вик насквозь прокусил зубами часть попавшего между челюстями языка и глухо замычав, зажал руками рот, быстро наполнившийся кровью. Он не чувствовал ни страха, ни злости, ни уж тем более каких-то нелепых неудобств оттого, что на нем не было никакой одежды, сейчас все его чувства были раскатаны по напрягшимся, оголенным нервам, по которым в мозг летели обжигающие, раскаленные иглы. Нащупав в темноте что-то мягкое, похожее на одеяло, каким он укрывался в доме Лины, он подполз к нему и уже хотел завернуться в него, как зажегся свет. Яркий и ослепительно белый, он нестерпимо ударил по здоровому глазу Вика, заставив биодрона зажмурится. Рефлекторное движение левым, обожженным и разорванным веком вызвало мучительную боль, которую Вик в присутствии незнакомого ему человека решил подавить. Вот только оставалось куда то спрятать панический страх.

— Твою-ж, ядрена корень… — загорелое лицо человека с тонкими усами и темной бородкой, обрамленное спадающими на плечи волосами стало пепельно-серым.

Он сделал шаг вперед и Вик, тихо заскулив от ужаса отполз на разодранных в кровь ягодицах к стене. Уперевшись в холодный металл, он съежился, закрывшись руками и оплетя себя длинным и гибким хвостом с дрожавшей кисточкой.

— Не надо… пожалуйста… — умоляюще простонал он. — Лучше убейте…

Человек решительно пересек камеру, и остановившись рядом с Виком положил ему руки на плечи. Боль, еще за мгновение до этого, рвавшая все его тело на куски вдруг затухла, отступив, а после рассеялась как туман. От нахлынувшего облегчения Вик чуть не потерял сознание. Впервые за несколько часов он смог нормально вздохнуть и распрямив лапы попытаться встать на них самостоятельно.

— Эй, а ну посиди-ка смирно! — прикрикнул человек, едва Вик попытался отстранить его руку и в сторону. — Ты с ума сошел?

— А… а что такое? — дрожащим голоском спросил Вик.

Он опять становился самим собой. Его пугало то место, куда он попал, пугал этот человек, а еще он неловким жестом сложил ладони у себя между ног.

— Я тебя не могу вылечить. — объяснил человек, присев на корточки возле биодрона. — Я сильный телепат, а потому смог всего лишь блокировать твои нервные центры, которые теперь не передают в мозг болевые сигналы. Но раны у тебя остались. — он коснулся пальцами ошейника на шее Вика и стер с него кровь. — Вик? А меня Рэнд зовут. Ты меня не бойся, я можно сказать твой товарищ по несчастью. Сижу вот тут и жду, пока про меня вспомнят. А может и не стоит этого ждать, ведь по мне вроде как плазмокамера плачет. — Рэнд невесело усмехнулся.