Чтение онлайн

— А я не понимаю, кто Вам дал право разговаривать со мной в подобном тоне. У нас был уговор. Я должен был вытащить вашего дрона из школы. Я его вытащил. Я выполнил свою часть уговора. А теперь Вы на меня орёте.

Элекен заметно осёкся.

— Да ты! Ты… Да, ты прав, Писатель. Я приношу извинения за резкость. Действительно, уговор есть уговор. Но я немного не так видел его исполнение. Дрон вернулся неполным. Я знаю, что ты старался его достать, но, увы, получилось так, что в твоих стараниях не было смысла. То, чего я ждал, я не получил. Возможно, ты не понимаешь, о чём я говорю, но тебе и не нужно это понимать. Твоя миссия завершилась.

— И?

И Вы меня выпустите из города, как обещали?

— Нет, Писатель, ты мне больше не нужен. На тебя было затрачено очень много сил и средств, но, к сожалению, ты не оправдал моих надежд. Печально.

— Но я старался, чёрт возьми!

— Согласен. И наградой за твои старания будет жизнь. Пусть короткая, нелёгкая, и в границах Тенебрариума, но всё-таки жизнь. Живи, Писатель, и наслаждайся остатками своей жизни.

— Погодите! А как же моя книга?

— Книга? Она дописана. Больше мне ничего от тебя не нужно.

— Да, дописана. Но у неё нет самого главного. Названия! А книга без названия, как человек без имени!

— Пф. Название — это пустяк. Я сам его придумаю…

— Чего же тогда всю книгу сам не написал? Нет, Элекен, без названия моя книга не заработает. Я создал код. Но ключ к этому коду скрыт в названии. Которое знаю только я.

— Ах ты хитрец, — Элекен рассмеялся. — Браво, Писатель, ты умеешь блефовать. Но я всё равно тебя не выпущу. Извини.

— Не хочешь выпускать — не выпускай. Я уже обжился в Иликтинске. Мне тут хорошо и комфортно. Как-нибудь проживу… Можно последний вопрос? Уж больно любопытство гложет. Что это за штуковинка, которую твой дрон пытался вытащить из школы? Непонятно, что это за хрень, и как её применить, но в хозяйстве всё пригодится.

— К-ка-акая штуковинка? — собеседник едва не лишился дара речи.

— Цилиндр, похожий на термос. Робот так крепко вцепился в него своей клешнёй, что я едва оторвал. Наверное, он был ему очень нужен…

— Где? Где капсула?!

— Да вот, у меня в руках. Если нужна — готов с радостью обменять. Выпусти меня из города, и она твоя. Как тебе такая сделка, уважаемый куратор?

— Ты играешь с огнём, Писатель. Ты балансируешь на краю.

— Знаю. Но ты не оставил мне выбора, Элекен. Я догадывался, что ты убьёшь меня, когда получишь эту вещь. Теперь, после нашего разговора, я понял, что так бы ты и поступил. Мои последние слова стали бы названием моей книги. Но раз уж я зажат в угол, то буду царапаться до конца. Хочешь получить этот 'термос'? Приди и забери его у меня. Но тебе придётся убить меня лично, а не при помощи своих автоматических пушек. Я знаю, что обречён. Мне просто хочется поглядеть тебе в глаза перед смертью. Окажи мне такую любезность…

— Я услышал тебя, Писатель. Мне нужно подумать над твоим предложением. До связи.

— Жду с нетерпением, — я выдернул наушник. — Сумеречная ты задница!

— Всё плохо? — осторожно спросила Райли.

— Напротив, дорогая, — улыбался я, вытирая пот. — Всё хорошо. Всё очень хорошо!

В ту ночь мы проболтали почти до утра. После всех произошедших с нами событий, я был слишком перевозбуждён, чтобы спать. Уж больно много всего произошло в столь короткий период времени: Прощание с друзьями, сражение с суларитами, смерть Тинки, встреча с Ал Хезид и опасный разговор с Элекеном. И всё это в один день. Так сразу всё в голове и не уложишь. Поэтому мы последовательно всё обсудили, затратив на это практически всю ночь. Усталость

я почувствовал лишь в конце следующего дня — так долго держало меня напряжение.

Больше всего боялся ответа Элекена. Шантаж самого главного сумеречника — это конечно же круто. Я прямо-таки чувствовал, как крепко прижал его 'хозяйство' клещами. Но воодушевление этим временным превосходством быстро сошло на нет, когда я начал всецело осознавать незавидный факт — стоит мне ослабить захват, как Элекен откусит мне голову. Возможно, даже в прямом смысле слова. Элекен — уже не человек. Он монстр, который ни перед чем не остановится. Единственная, кто может спасти меня от него — это Лиша. А она улетела, и вернуться не обещала. Райли попыталась убедить меня, что слову Ал Хезид можно смело верить. Это не пустой звук. Но я уже давно не верил всем этим словам, произнесённым 'сказочными' существами. Они все мне что-то говорили, но до сих пор никто реально мне не посодействовал. В общем, на Лишу я надеялся слабо. И в тайне умолял её не появляться перед Элекеном раньше времени, чтобы он не раскусил мой хитрый блеф.

Я ждал, что Элекен ответит уже на следующий день. Но он не ответил. Не ответил и через день. В итоге, он молчал десять дней. Десять самых лучших дней, которые я провёл в Иликтинске. За этот небольшой отрезок времени произошло несколько значимых и интересных событий. Но все их я описать уже не смогу, дабы не растягивать свою неприлично-длинную эпопею ещё дальше. Остановлюсь на самом потрясающем и захватывающем приключении, пережитом мной в самые последние дни пребывания на иликтинской территории. Событие это определённо стоит того, чтобы посвятить ему целую главу. И я уверен, что вы, дорогие читатели, непременно согласитесь со мной, когда о нём узнаете.

Сейчас я поведаю вам о своём последнем приключении. Это история о том, как я познакомился с Лилой.

Итак, на следующее утро мы вернулись в наш дом. Я подразумеваю дом Райли. Но мне приятнее называть его 'нашим'. В жилище Гудвина было очень холодно, и я простудился. К счастью, не сильно.

Когда мы дошли до планетария, заметили, что цветы Флинта погибли от заморозков. Хорошо, что Флинт этого не увидит. Он бы расстроился.

Хоть я всё ещё волновался по поводу Элекена, настроение моё было приподнятым. Не терпелось поскорее встретиться с Никаноровым и Котей. Наверняка они не ждут моего возвращения. Вот сюрприз будет! Сюрприз действительно получился. Вот только непонятно, для кого больше?

Сначала я предложил Райли заглянуть к шаману, так как мы всё равно проходили мимо его дома. 'Вот старик обрадуется!' — предвкушал я нашу встречу. Да и Райли, получается, не обманула его, обещав вернуться.

Но на входе нас никто не встретил. Потоптавшись в подъезде, я осторожно позвал хозяина. Он не ответил.

— Не случилось ли с ним чего? — произнесла Райли.

— Если бы случилось, вокруг бы шастали экрофлониксы, — ответил я. — Не понимаю, чего он молчит? Давай войдём в квартиру, что ли?

И мы вошли. Старик Аверьян лежал на кровати, прикрывшись лоскутным одеялом. Это была иллюзия, значит он не умер.

— Здравствуйте, Аверьян Васильевич, — поздоровался я. — Не ожидали нас увидеть? А мы вернулись!

Никаноров пошевелил бровями, и начал медленно выбираться из-под одеяла. Казалось, что он ещё добром не проснулся, но я-то знал, что он никогда не спит. Это была защитная реакция. Он был настроен недоверчиво и даже враждебно.

— Аверьян Василич, Вы что? Не признали?