Темнота Крида
Шрифт:
Объект преступления жил в доме больше обычного, но он жил один. Готов поспорить на что угодно, если бы у него была семья, у него была бы лучшая охрана дома. Как бы то ни было, он работал на приличной работе и зарабатывал достаточно, чтобы оплачивать свои счета… и, очевидно, разозлил в процессе кого-то еще, кого-то с большими деньгами. И если в деньгах и было что-то особенное, так это то, что они могли заставить все исчезнуть. Они могут сделать все, что угодно. Каждого человека в этом мире можно купить, нужно было только предложить правильную сумму.
Именно для этого существовала Гильдия: нашими
Таким, каким это стало для моей мамы. Я старался не думать об этом, потому что, когда я думал об этом, я злился. Для внешнего мира это было не более чем несчастным случаем, автокатастрофой, в результате которой она погибла. Для Гильдии и для меня, с другой стороны… Давайте просто скажем, что, когда вы собираетесь заключить контракт, вы позаботитесь о том, чтобы подмести помещение. Иногда совершались ошибки, иногда вокруг были другие люди, которых вы не заметили, а когда они давали о себе знать, вы оступались, и вашей цели удавалось нанести удар, отобрать оружие и избивать тебя им снова и снова, пока ты не превращался в кровавое месиво.
После этого я ее не видел. Львица мне этого не позволила. У нее были похороны в закрытом гробу.
Но хватит о прошлом. Вернемся к настоящему, где я ждал свою цель в его спальне. Черные кожаные перчатки сидели на моих руках, их длины как раз хватало, чтобы плотно облегать запястья. Я стоял у окна, прислонившись спиной к стене рядом с ним. Я был одет во все черное, сливаясь с тенями спальни, и держал в руке маленький пистолет с изготовленным на заказ глушителем, привинченным к переднему концу ствола.
Оружие было моим предпочтительным методом, но иногда мне приходилось подходить к цели близко и лично. Я давал целям только то, чего они заслуживали. Видите ли, я брался не за каждую работу. Я был очень разборчив в том, за что брался. Я убивал не просто для того, чтобы убивать. Это было то, что отличало меня от моей мамы. Моя мама могла бы отстраниться от работы, но я не мог. Я был оружием в облике мужчины, и из-за этого я брался только за ту работу, которую считал достойной, ту, в которых цель более чем заслужила свою смерть. Ту, где они, опять же, заслужили каждую унцию боли, которую получили. Работа, за которую я брался, обычно требовала большего, чем смерть.
Возьмем, к примеру, этого парня. Внешне он может выглядеть как типичный «белый воротничок», тот, у кого хороший дом и новая машина, тот, у кого все в порядке с головой, но у него было прошлое. Год назад он отправил свою девушку в больницу, столкнул ее с лестницы. Она выжила, но больше не могла ходить. Просто так случилось, что у ее семьи были кое-какие связи. Они обратились в Гильдию и накопили денег на то, чтобы стереть своего злодея
Вот тут-то и мой выход.
Кредо - система убеждений, то, чем вы живете каждый день. Оно помогает направлять ваши действия, указывая вам путь, по которому вы должны идти в жизни. Учитывая мое имя, вполне уместно, что у меня было собственное кредо. К тому же оно было простым, распространенным, о котором большинство людей слышали в какой-то момент своей жизни.
Поступайте с другими так, как вы хотели бы, чтобы поступали с вами.
Я услышал, как моя цель поднимается по ступенькам, бормоча что-то себе под нос. Я подождал, пока он войдет в спальню, прежде чем прицелиться из пистолета. Этот дурак даже не взглянул на меня, он не включил свет, когда в темноте развязывал галстук. Он подошел к своему комоду, выдвинул ящик и порылся в нем. Мужчина не смог найти то, что искал, поэтому раздраженно пробормотал:
— Черт возьми, — и подошел к выключателю рядом с дверью. Когда зажегся свет, он, наконец, понял, что был не один.
Я задернул жалюзи на окне позади себя, проделав то же самое с каждым окном в доме, пока ждал, когда он вернется домой. Просто на случай, если кто-то случайно окажется снаружи и сможет заглянуть внутрь.
— Что за... — Он остановился, когда заметил пистолет, который я держал в руке, и его глаза расширились, когда он понял, что он направлен на него. Он поднял обе руки в жесте капитуляции.
— Что бы ты ни хотел, просто возьми это.
Этот идиот думает, что я вор, грабитель, пришедший сюда, чтобы избавить его от кое-чего из его мирского имущества. Разве я был похож на грабителя? Я что, похож на человека, живущего в захудалой лачуге, который проводит весь день, каждый божий день, планируя свое следующее ограбление?
Я и глазом не моргнул, когда прицелился чуть ниже и выстрелил дважды. Пистолет был чертовски бесшумен, когда вылетали пули, и они довольно точно попадали по назначению. Одна в левом, другая в правом, разлетевшиеся при ударе вдребезги. Я выстрелил ему в колени.
— Блядь! — Мужчина упал лицом на пол, колени теперь не могли удержать его на ногах. Он свернулся калачиком в позе эмбриона, перекатился на спину, пытаясь обхватить колени и остановить кровотечение.
Однако было уже слишком поздно. Коленных чашечек практически не было. Если бы он дожил до следующего дня, то не смог бы ходить без костылей и чертовски большого количества операций. Замены коленного сустава, определенно не избежать.
Но он не собирается дожить до следующего дня.
Я подошел к нему, не впечатленный его ругательствами и свирепыми взглядами. Он полез в карман, чтобы вытащить свой телефон, но я наступил ему на запястье и заставил его отпустить телефон. Как только он оказалась на полу, я пинком отбросил его от него.
— Какого хрена, чувак? — Его голос звучал так, словно он тонул в боли. Хорошо. — Я же говорил тебе, что ты можешь взять все, что угодно. Что, черт возьми, с тобой не так? Что... — Он перестал всхлипывать, увидев, что выражение его лица не впечатлило меня. Может быть, наконец-то он начал понимать, что я не простой грабитель, пришедший сюда, чтобы забрать все, что он хранил в этом доме. — Кто ты такой? — Он начал бледнеть, вероятно, от боли.