Чтение онлайн

Он так смотрел на меня, как будто я была единственным, что существовало на свете. Он так прикасался ко мне, как будто точно знал, как заставить меня чувствовать себя хорошо. Он говорил такие слова… произносил их с такой настойчивостью, что я, черт возьми, чуть не поддался ему. Но я этого не сделала. С трудом мне удалось сохранить свой рассудок в целости и сохранности. Честно говоря, на мгновение я забеспокоилась, что Крид откажется покидать мою спальню, что он поднимет все на новый уровень. Если бы он попытался… Я не знаю, хватило бы у меня сил снова сказать ему «нет». И я не имею в виду физическую силу, я имею в виду умственную стойкость, внутреннюю силу воли к сопротивлению. Если бы я физически оттолкнула его от себя, если бы я закричала на него, чтобы он остановился, он бы остановился. В глубине души я знаю это. Если бы

мы пересекли эту черту, я не знаю, к чему бы это привело, если бы все стало слишком странным, и я была бы вынуждена вернуться к своему отцу.

Я не хотела туда возвращаться.

— Черт, — пробормотала Бет, слегка нахмурившись. В типичной для понедельника манере ее черные волосы были собраны в беспорядочный пучок на макушке, но несколько выбившихся прядей выбились, и ветер растрепал их. — Я думаю, с этого момента ты должна сама ходить к парням домой.

Я снова двинулся в путь, и Бет пошла со мной.

— Я не знаю, подходит ли мне это. Я думаю… Я думаю, будет просто лучше, если я больше не буду посещать вечеринки.

— О, да ладно тебе! Тебе было весело! К тому же, ты так потрясающе выглядела...

— Дерьмо, — вмешиваюсь я. — Я забыла взять твое платье и туфли. Я могу принести их завтра.

— Не беспокойся об этом, — сказала она. — Принесешь, когда захочешь. Твоя одежда все еще на полу в моей комнате в общежитии, так что я никуда не спешу. — Она рассмеялась. — Кроме того, ты выглядела потрясающе в этом платье. Оно подходит тебе гораздо больше, чем мне.

Я не знала, что ответить, но решила, что приму комплимент и заткнусь по этому поводу.

После этого нам с Бет пришлось расстаться, пойти на занятия. Я была в большом лекционном зале с профессором, который любил ходить вверх и вниз по лестнице во время лекции. Это был его способ убедиться, что любые ноутбуки действительно используются для заметок, а не, знаете ли, для игр или порно. Да. Давайте просто скажем, что, если бы вы сидели сзади, вам обычно многое сходило бы с рук. Парни из колледжа были так же возбуждены, как и старшеклассники. Я видела на экранах некоторые вещи, мимо которых мне приходилось проходить, выходя из аудитории, и которые я предпочла бы не видеть. Но, как бы то ни было, мне было трудно сосредоточиться на чем-либо. В голове у меня был полный беспорядок. Как бы я ни старалась быть внимательной, как бы сильно я ни старалась, в конце концов мои мысли всегда возвращались к вечеру пятницы: к тому, как Крид смотрел на меня, с собственническим голодом в его темном взгляде, как его голос стал немного грубее, его глубокий тембр стал хриплым и запыхавшимся. Ощущение его рта на моем, доминирующего и претендующего… этого было достаточно, чтобы мое сердце пропустило удар, а бедра сжались вместе даже сейчас.

Боже. Что со мной не так? Я не должна думать ни о чем из этого. Черт возьми, мне должно быть противно, верно? Я имею в виду, да, мы не были связаны кровными узами, так что этот аспект не нужно было преодолевать, но все же… Я выросла вместе с ним. Я смотрела на него как на брата, а не как на сводного. Это было неправильно… испытывать такие чувства к кому-то подобному.

День тянулся медленно, минуты тянулись скорее как часы. Мне не терпелось вернуться в квартиру. Что бы я делала, если бы Крид вернулся? Продолжала бы вести себя так, как будто ничего не произошло, или, между нами, все только усложнилось бы?

Боже, я не знаю, что делать. Но, как оказалось, все мои волнения были напрасны, потому что Крид не вернулся. Квартира была такой же пустой, как и раньше, снова предоставив меня самой себе. Дело даже не в том, что я не привыкла быть одна, я выросла в полном одиночестве, боясь любого возвращения папы домой, но это было одиночество другого рода. Это было одиночество, которое я ощущала глубоко внутри себя, почти, как если бы оно причиняло боль моему сердцу.

Я сделала кое-какую домашнюю работу, взялась за другую работу. Когда подошло время ужина, я была не очень голодна, поэтому почти ничего не съела. Небольшая закуска, и только. Ничего особенного. Никакой настоящей еды. Я... я думаю, что все это беспокоило меня больше, чем я хотела признаться самой себе, главным образом потому, что я не хотела, чтобы Крид вернулся и вел себя так, будто между нами ничего не произошло.

Я ненавидела это. Я ненавидела себя за то, что хотела большего. Я не должна хотеть большего.

В этот

вечер я приняла душ и рано легла спать, и перед тем, как меня сморил сон, в моей голове промелькнуло воспоминание: мне было семь или восемь лет, я была ясноглазой и с пушистым хвостом, из тех детей, которые не могли дождаться, когда вырастут и весь мир будет под рукой. Наивна до мозга костей, но в этом же и заключается, быть ребенком, в конце концов реальность взросления разрушила эту наивность. Но, как бы то ни было, я была маленькой девочкой, и моя мачеха велела мне позвать моего брата из его комнаты на ужин. Я взбежала по ступенькам за несколько секунд до того, как ворвалась в комнату Крида. Дверь приоткрылась на несколько дюймов, позволив мне заглянуть внутрь всего на волосок, и я увидела Крида, без рубашки, стоящего посреди комнаты и отрабатывающего какой-то прием. В то время я не осознавала, насколько он был мускулистым для подростка, и не осознавала, что он отрабатывал свою технику нападения на кого-то другого. Теперь, когда я стала старше и задумалась об этом, я поняла, что это было, но тогда… Я была не более чем ребенком, полным благоговения.

Я ворвалась в его комнату, и у меня отвисла челюсть, когда он обошел воображаемого человека, вытворяя ногами что-то необычное, чего я не понимала. Крид увидел меня, увидел выражение моего лица, и все, что он сделал, это ухмыльнулся.

— Что ты делаешь? — Спросила я, временно забыв о причине, по которой меня послали за ним.

— Тренируюсь — вот и все, что он сказал, и после этого перестал, пошел за своей рубашкой, взял с кровати и надел ее. — Чего ты хочешь, малыш? — Сказав это, он ухмыльнулся, он знал, что, меня расстраивает, когда он меня называет малышом.

— Мама сказала, что ужин готов, — выпалила я, все еще пораженная тем, что увидела, как он ловко тренируется. — Ты можешь научить меня делать также?

Крид остановился, встал передо мной, и не спешил опускаться передо мной на колени, его темные глаза были игривыми.

— Научить тебя чему? — Он ткнул большим пальцем через плечо, указывая туда, где был несколько мгновений назад. — Этому? Тейлор, тебе не нужно знать, как все это делать. У тебя есть я. Я буду защищать тебя. Всегда. — Тогда его голос изменился, стал мягче, и казалось, что он действительно это имел в виду.

— Но это выглядело так круто!

Моя восторженность заставила его рассмеяться, когда он встал и выпрямился. Тогда он возвышался надо мной еще больше, но все же протянул мне руку.

— Может быть, когда ты подрастешь, я тебя немного научу. Давай. — Сказал он. — Давай спустимся туда, пока мама не рассердилась, что ужин остывает.

Я вложила свою маленькую ручку в его, позволяя ему вывести меня, слишком счастливая, что он согласился научить меня нескольким крутым приемам, когда я стану старше. Но… но этого не случилось, потому что вскоре после этого умерла его мама, и он уехал. Криду не суждено было научить меня приемам самообороны, я могла бы использовать некоторые из них, чтобы обезопасить себя последние десять лет, и держать моего отца на расстоянии, когда он был по-настоящему пьян и зол, но этого не произошло.

В темноте ночи я дотронулась до своей шеи, кожа там слегка горела при воспоминании о том, как меня душили. Я перевернулась на бок, обхватив руками подушку. Мама Крида тоже была в службе безопасности? Должно быть, так оно и было. Это наверно семейный бизнес, и этот факт только усугублял ситуацию. Крид бросил меня, оставил с папой, и все это ради того, чтобы переехать в центр города, который находится всего в часе езды от меня, и притворяться, что меня не существовало последние десять лет, и все это ради того, чтобы присоединиться к семейному бизнесу? А потом у него хватило наглости вести себя так, как он вел себя в пятницу вечером, когда я всего лишь пыталась немного пожить для себя, и позлить его, как Хейли разозлила меня. Блядь, я не хочу думать о Криде прямо сейчас, и уж точно чертовски не хочу думать о том, что он сделал в пятницу. Люди все время притворяются, что ничего не происходит, и все же я не знаю, смогу ли я это сделать. Как мы будем жить дальше? Как мы можем вернуться туда, где были до того, как наступил вечер пятницы, когда он делал со мной то, что делал? Как будто я принадлежу ему. Как будто он может проглотить меня целиком. Излишне говорить, что в ту ночь я еще много думала и почти не спала, и я не думаю, что с пятницы мне удавалось как следует выспаться.