Чтение онлайн

На кого это он намекает? Где Соня?

Эти мысли сбивают меня с возмущения по поводу первых фраз лося. А готовилась ведь отсечь в стиле: «Не все потеряно, мой друг. Не все!».

Прокурор молчит. Настолько апатичен к происходящему, что становится попросту жутко.

— Кончай разглагольствовать, мастер Йода. Не из-за твоих легенд здесь собрались, — осаживает Шатохина Дима.

Но, судя по лицам остальных, сделать это хотел каждый. Просто Фильфиневич первым успел. Как обычно, без лишнего шума, но с необходимым весом.

Тоха

фырчит, как настоящий лось. И, не удержавшись от патетики, выписывает:

— Ты можешь вычеркнуть себя из этой легенды, но легенду из себя так и так не выкорчуешь.

Я в данный момент уязвима… Меня это высказывание бьет глубже, чем можно было вообразить, поднимая со дна едкую дрожь.

Дима же в лице не меняется. Без каких-либо эмоций курирует:

— Прижми уже задницу к безопасной поверхности, пока не сбили с ног.

И ведет меня к дивану.

Рассесться не успеваем ввиду того, что почти сразу же в гостиную входят Варя, сестры Чарушина и Лиза.

— О мой Бог, Лия! — выдыхает последняя, озаряя мир улыбкой неземной силы.

Немудрено, что Тема влюбился именно в нее. Она его зеркальное отражение — лучший экземпляр человечества, только с женской стороны. Даже сейчас, когда она идет ко мне, а он за ней только наблюдает, между ними прослеживается потрясающая гармония. Настолько они на одной волне, что буквально взглядами друг друга дополняют.

Не могу не устремиться Лизе навстречу, хоть вроде и не до веселья мне.

— Какая радость снова видеть тебя, — шепчет она, заключая меня в теплые объятия.

Ну вот как тут можно остаться равнодушной? Как не растаять? Как не прослезиться?

Избранница Чарушина создает вокруг себя ореол тепла, который, я уверена, всех без исключения заставляет чувствовать себя любимыми и счастливыми, даже если сами по себе мы этого не заслуживаем.

— Выглядишь прекрасно, — говорит Лиза, как только встречаемся взглядами.

Ее голос вибрирует от неподдельного восторга, а глаза подтверждают искренность слов.

— Спасибо, — шепчу, ласково сжимая ладони подруги. Ее энергия, обволакивая, словно теплый плед, успокаивает меня и возвращает какое-то забытое чувство равновесия. Откапываю в себе не только возможность говорить, но и вдохновение: — Ты потрясающая. Мой кумир среди женщин.

Боль, горечь, неловкость, раздражение… Куда все девается рядом с ней! Сама того не подозревая, эта девушка дарит мне отсрочку от тех терзаний, что пожирают меня изнутри. Здесь и сейчас я могу просто быть. Просто дышать. Просто верить, что все когда-нибудь станет легче.

Чарушин, который не донимал меня вниманием сразу по приходу, оказавшись рядом с женой, приобнимая ее за плечи, с обезоруживающей улыбкой оповещает:

— Тоже рад тебя видеть, Фиалка-хулиганка. Тем более с Филичем. Думаю, ты можешь сделать его счастливым.

Залившись жаром, в растерянности моргаю.

Не то чтобы задачи такой нет… По правде, я даже не допускала мысли, что

это возможно.

— Пока у Филича вид, будто только отпели, — хмыкает гадский лось, вставляя свои пять копеек, как всегда, без запроса.

— Это очистка перед следующим обрядом, — огрызаюсь я, воспрянув духом.

Мирно беседующий с Прокурором Дима застывает, обрывая на полуслове речь. Медленно поворачивая ко мне голову, пронизывает таким глубоким, вскрывающим самые дальние слои, взглядом, что между нами тут же невидимые искры разносятся. Удивление, напряжение, тихий вызов и, без сомнения, запись в долговую книгу — вот, что скрывается за непоколебимым фасадом стойкости Фильфиневича.

Я, блин, почти воочию наблюдаю, как он добавляет эту фразу в список вещей, который мне не стоит забывать, но улыбаться не прекращаю. Не хочу, чтобы кто-либо уловил мою растерянность и понял, что броня Фиалки пробита сразу в нескольких местах.

С усиленно тарабанящим сердцем возвращаюсь к Чарушиным.

— Что тут ответишь, когда перед тобой не просто семейная пара, а созданный Богом шедевр единства? Поздравляю с заключением священного союза! Пусть ваш дом будет тем оплотом, где всегда горит свет благодати, звучат слова любви и царит нерушимый мир.

— После таких-то пожеланий… — тянет Тема со своей ослепительной улыбкой, прижимая ладонь к груди. — Спасибо!

Лиза ловит его взгляд и кивает, еще раз подтверждая тот факт, что когда они вместе, она всегда ниже. Не в смысле значимости, нет. Просто ее мягкость и безусловное доверие словно бы дают Чарушину главенство и полное управление, когда дело касается их как пары. При этом, будучи частью этого союза, Лиза не теряет себя.

Интересно, этому можно научиться? Или это дается как-то свыше?

Господи… Мне-то что с того? Думать больше не о чем?!

— Лия, — окликая, машет из противоположного конца комнаты Варя. — Мы тоже очень рады твоему возвращению! Правда, Бойко? — почти незаметно пихает мужа в бок.

— Угу, — отзывается тот.

Впрочем, едва скользнув по мне взглядом, вскоре сосредотачивается на стоящих перед ними закусках.

— Попробовал бы он сказать нет, — тут же пропихивает свои сексистские наблюдения Тоха. — Каблук. Каблучара.

— Умение соглашаться со своей женщиной — признак зрелости. Пламенный привет тебе из мира взрослых мужиков, — отбивает Бойко без каких-либо психов.

Он реально верит в то, что говорит. Именно этот твердый, лишенный сомнений тон ставит точку в споре, который мог бы разгореться, отреагируй он иначе.

Пока я с благодарностью киваю Варе, в разговор вступает младшая из сестер Чарушина.

— И что?.. Ты с нами надолго теперь?

Ее голос звучит вполне нормально, без колкостей, но сам вопрос ставит меня в дико неудобное положение.

И ребята это, конечно же, видят.

— Блядь, Рина… Ты временами прям Тоха в юбке, — скрипит зубами Темыч. — Думай, что говоришь.