Чтение онлайн

Крысомагу пришлось вывернуть шею под неудобным углом, чтобы посмотреть на говорившего. Он увидел ассасина в черном плаще, сидящего на том же упавшем бревне, которое облюбовал Танкуоль после того, как принял командование экспедицией. Ассасин, как и воины-скавены, имел на теле следы тяжелых боев, а его плащ представлял собой груду окровавленных лохмотьев. Однако серого провидца интересовали не новые раны убийцы, а старая, которую он видел сквозь прореху в капюшоне крысолюда, — шершавое пятно на той стороне головы, где было отрезано ухо.

—

Ты! — все, что смог сказать серый Танкуоль.

Чан Клык ухмыльнулся в ответ и весело хлестнул хвостом.

— Итак, Танкуолятина, ты помнишь меня! Ты стольких предал-обманул, я боялся-страшился, что меня ты не узнаешь! Я Чан Клык, — объявил убийца, гордо выпрямившись. — Чан Сквик был моим побратимом по триаде. Когда ты предал его, ты предал и меня. За это ты умрешь в муках!

Тело Танкуоля содрогнулось в судороге чистого страха. Чан Сквик? Но этот убийца-неумеха мертв уже много лет! Что же это за псих, который так долго держит обиду? Это же безумие! Кроме того, не он был причиной смерти Чан Сквика, а тот проклятый гном и его человечий питомец!

— Ты умрешь медленно, — прошипел Чан Клык, спрыгивая с насеста и вытаскивая один из зловещих ножей. — Я заставлю тебя страдать-кричать много-много, — добавил ассасин с безумным смешком.

— Но мы можем вернуться! — закричал Танкуоль. Он понимал, что бесполезно пытаться урезонить убийцу, но Конг и его воины не настолько одержимы, чтобы не выслушать его. — Шиукоатль мертв! Я убил его! Мы можем вернуться и потребовать награду от Повелителя ночи!

Ответом был лишь щебечущий смех остальных скавенов. Крысолюд, пригвоздивший Танкуоля к земле, хлестнул чешуйчатым хвостом по морде серого провидца. Морду обожгло, как от удара хлыста.

— Хватит лжи-слов! — прорычал воин, навалившись всем весом на Танкуоля и выдавливая воздух из его легких.

— Танкуоль убил-замочил чешуйчатое мясо? — засмеялся Конг Спинолом. Большой черный скавен теперь так теребил меч, что серый провидец подумал, что если Чан Клык не поторопится, то воин сделает дело первым. — И как же Танкуолятина убил-пришил змеиного жреца? Споткнулся об него, спасаясь бегством?

Конг мимоходом оскорбил его храбрость. В ответ серый провидец заскрежетал клыками, затем попытался придумать ложь, достаточно правдоподобную для черного скавена. Крысюки никогда не поверят, что Танкуоль организовал убийство Шиукоатля при помощи одного из людей, даже если приподнести историю как счастливую случайность, а не результат блестящего планирования и тщательно продуманной стратегии.

В глазах крысомага появился хитрый блеск.

— Костодер! — взвизгнул серый провидец. — Я послал-велел Костодеру убить-прикончить!

Чан Клык склонился над распростертым Танкуолем, струйка слюны свисала с нетерпеливых клыков ассасина.

— Жаль, что ты не взял-привел крысоогра, — хихикнул он. — Теперь будешь страдать-кричать много-много. Потом умрешь-сгниешь!

Ассасин поднял нож,

лезвие сверкнуло в жарком солнечном свете. Танкуоль зажмурился, заерзал всем телом, пытаясь высвободиться из-под воина, прижимавшего его к земле.

— Шиукоатль мертв-мертв! — закричал он. — Костодер убил-грохнул! Костодер! Костодер!

Властитель Тлако заерзал на своем возвышении, давая слугам-сцинкам полить его пятнистую кожу прохладной родниковой водой. Темные пятна на шкуре сланна слегка изменили положение, заставив окружающих его писцов-сцинков лихорадочно работать, записывая новые знаки. Маг-жрец уделял им мало внимания, позволяя только нижним полушариям мозга давать писцам сигналы по диспозиции войска вокруг Кецы.

Никому из слуг Сотека нельзя было позволить покинуть город. Властитель Тлако направил это послание в мозг жрецов, уцелевших после гибели Шиукоатля. Они поняли необходимость самоуничтожения. Со смертью Шиукоатля магия пророка пала. Мощные чары, сдерживавшие колдовские болезни, поразившие даже камни Кецы, были разрушены. Каждый ящеролюд в городе стал теперь носителем чумы, из-за которой пришлось покинуть Кецу много солнечных циклов назад. Нельзя допустить, чтобы они принесли заразу в другие города.

Жрецы, с которыми Властитель Тлако телепатически связался, встретили эту новость с фаталистическим смирением, отличавшим тех, кто понимал Великую Математику и собственное значение в ней. Сланнам не нужно было беспокоиться о том, что они поведут себя иррационально, как низкофазные алгоритмы, отчаянно пытающиеся отсрочить собственное обнуление. Тем не менее было много других, кто служил Храму Змея, приспешников, менее осведомленных о Великой Математике. Они могут попытаться сбежать и унести заразу с собой.

Жрец-маг взмахнул перепончатой рукой. Фаланга воинов-завров кивнула в унисон, принимая приказ. Темно-чешуйчатые ящерицы-солдаты побежали быстрым маршем, окружая северный периметр Кецы. Они усилят стрелков-сцинков, уже притаившихся на краю джунглей с луками, готовых сразить любого ящера, пытающегося покинуть город. Воины останутся на позициях в течение следующих трех лунных циклов. К тому времени со стороны Кецы уже нечего будет бояться. В руинах не останется ничего живого, способного послужить переносчиком чумы.

Глаза Властителя Тлако расширились, когда один из разведчиков его армии поспешил к помосту сланна. Облаченная в броню храмовая стража инстинктивно сомкнула ряды вокруг левитирующего помоста. Легкое смещение пятен на коже мага-жреца заставило людей-ящеров в шлемах-черепах отступить в сторону, пропуская разведчика.

С помощью серии быстрых жестов и шипений хамелеон сцинк объяснил, что несколько низкофазных алгоритмов — те, что разведчик называл «мягкошкурыми», — вышли из города и бегут в джунгли на юг. Стрелки смотрели им вслед, но подчинились велению Властителя Тлако не причинять вреда людям.