Сыновья Беки
Шрифт:
– Не верьте россказням, – повторил незнакомец. – Мало того, что только мы одни хотим мира и обманываем себя надеждой, что он достижим. Не бывать миру до тех пор, пока над нами стоят большевики. Из-за них в России все войны. Зачем нам погибать, как русским? Не лучше ли горским народам объединиться и создать свое государство? – Гость совсем осмелел. Теперь он не смотрел поверх голов, а сверлил взглядом лица людей. – За тем и собрались умные люди во Владикавказе. Собрались и объявили о создании горского правительства, своего
– Воллахи, правильно! – услышал Хасан недалеко от себя. Этот голос показался ему похожим на голос Соси. И действительно, обернувшись, он увидел своего соседа, а теперь вроде бы и родича.
– Вайнахами и князья-то никогда не правили. Превыше всего мы ценим свободу и боролись за нее. С какой же стати мы теперь посадим себе на шею большевиков? – продолжал незнакомец.
– Воллахи, и это верно, – подтвердил Соси.
Он и еще что-то сказал, но. Хасан не расслышал. Шум на площади заглушил все. Голоса сторонников и противников незнакомца смешались.
– Эй, человек? – крикнул Элберд. – Чего это, ты говоришь, вы там создали?
– Горское правительство.
– Править захотели! Давно ярма на шее не носили! Большевики ему, видите ли, поперек горла стали! – Элберд зло сверкнул глазами. – Убирайся-ка ты от нас в свою горскую… хоть за семь гор!..
– Верно говорит, – поддержал Исмаал. – Иди куда знаешь, а нам с большевиками вполне по пути.
Размахивая палкой, что-то кричал Шаип-мулла. Элаха-Хаджи разводил руками, словно хотел обнять весь народ, и недовольно качал головой.
Незнакомец переждал, пока поутихнет, снова покрутил шеей и заговорил:
– Что бы вы здесь ни говорили, сколько бы ни кричали, а дело это решенное, горское правительство создано.
– Тогда зачем же ты приехал к нам? Чего зря жернов крутишь?
– Как это решенное? Кто его создал?
– Спрашиваете кто? Представители всех горцев! – ‹ И для большей важности подняв кулак, незнакомец добавил: – Головы горских наций решили!..
Снова шум заглушил его голос.
– Как они могли решать, не договорившись с народом?
Гость не знал, что ему дальше говорить. Изредка он взглядывал на стариков, стоявших по обе стороны.
– А кто же был там от ингушей? – спросил Хасан.
– Кто, говоришь? Висан-Гирей, Джабагиев Висан-Гирей.
– Кому же еще быть у нас головой? – сказал кто-то в толпе.
Хасан узнал Зарахмета и удивился, откуда он взялся. Говорили, что Зарахмет убрался к себе в Назрань. Интересно, что ему здесь понадобилось?
– Может, для тебя он и голова, – повернувшись на голос, ответил Хасан, – только для нас-то ведь нет.
– До сих пор ему головой был Угром, а не Висан-Гирей, – крикнул кто-то.
Хасан, обращаясь к гостю, произнес:
– Человек, мы не знаем твоего Висан-Гирея, и твоя власть нам тоже не нужна.
– Отвечай только за себя, другие обойдутся без твоей подсказки, – бросил
Кому-кому, а ему-то большевики поперек горла встали. Он, как и Саад, угнал и где-то спрятал свои отары овец, и сейчас больше всего на свете ему хочется вернуться к прежней жизни. Но по всему было видно, что власть большевиков не дает ему, Гинардко, желанного спокойствия, потому он мечтал о любой такой власти, при которой будет возможность вновь владеть своими богатствами.
– Хочешь ты этого или не хочешь, Гинардко, – ответил Элберд, – говорить мы будем от имени всех себе подобных, а ты говори от своих. Посмотрим, кто победит.
Хасан увидел знакомую мохнатую черную шапку. Это Исмаал протискивался сквозь толпу. Не прошло и минуты, он крикнул:
– Правильно. Так думают все наши односельчане. Ну, если не все, то многие. Нам нужна одна власть – власть большевиков!
– Власть Ленина, – добавил стоявший неподалеку Малсаг.
– Мы много лет мечтали о народной власти, – продолжал Исмаал. – Советская власть дала нам землю, равные со всеми другими народами права…
– Где все эти перечисленные тобой блага? – отпарировал незнакомец.
– Наобещать все можно, – вставил и Зарахмет.
– А ты помалкивай, Зарахмет! – взорвался Хасан. – Не мешайся в наши дела. Тоже немало посидел на нашей шее. Убирайся-ка лучше в свое село, там и поговори.
Шаип-мулла тем временем что-то шептал на ухо Элаха-Хаджи и гостю. Верно, советовались, как быть дальше. Ему и в голову не приходило, что народ так плохо примет сообщение гостя. Но как бы то ни было, Шаип-мулла не думал отступать и не собирался выпускать вожжи из своих рук.
– Прекратите раздор! – крикнул он, подняв вверх посох. – Оставьте все разговоры до другого случая. А сейчас нам надо выбрать сельскую власть. Поначалу надо старшину назначить, а там он уже обо всем позаботится…
В этот момент незнакомец склонился к уху Шаип-муллы. Старик примолк, выслушал гостя и сказал:
– Прежде чем мы приступим к выборам старшины, наш гость хочет сказать вам еще несколько слов!
Откашлявшись, тот произнес:
– Я думал, говорить с вами будет легче. Считал, что русские достаточно досадили вам и уж кому-кому, а не вам, кого эти гяуры насильственно выселяли в далекую Турцию, захочется снова их власти…
– Гяуры, говоришь, выгнали нас? – крикнул кто-то из толпы. – А что творили с нами единоверные мусульмане в той самой Турции? Ты, может, этого не помнишь?
– Поступайте, как знаете, – заключил незнакомец, – только смотрите, как бы вам не раскаяться. От несогласия вашего села горскому правительству не холодно и не жарко. Слишком многие горцы его поддерживают. А вы сажайте себе на голову большевиков, этих безбожников. Посмотрим, что из этого получится…
Площадь вдруг всколыхнулась, прервав речь оратора.