Чтение онлайн

— Власть переменилась. Надо петь другие песни, — убеждала Катерина брата.

— А какие петь? — спросил Дурачок.

Катерина подумала и запела:

Шумел камыш, деревья гнулись, А ночка темная была, Одна возлюбленная пара Всю ночь гуляла до утра.

— Нет, — сказал Дурачок. — Эта грустная. Моя веселее, — и запел:

Броня

крепка, и танки наши быстры, И наши люди мужеством полны, В строю стоят советские танкисты. Своей великой родины сыны.

— Будешь петь эти песни, тебя опять будут лупить по заднице, — сказал Старик.

— Драться нехорошо, — ответил Дурачок.

Катерина горестно вздохнула.

Старик сидел, курил, смотрел на сестер и брата, которые играли в самодельные шашки, проигравшему били щелбаны по лбу и смеялись. Наверное, они были уверены, что Старик все решит и все устроит.

Снайпер и Чекист отодрали доску от пола и стали в нее вбивать ржавые зубья от старой прицепной сенокосилки.

Чекист и Политрук выбрали место, выскочили на грунтовую дорогу, уложили доску, присыпали землей, разровняли и стали ждать. Чекист с карабином отслеживал дорогу.

Приближался огромный дизельный грузовик. Он проехал доску с зубьями. Им показалось, что баллоны не прокололись. Но через несколько метров грузовик остановился.

Из кузова выпрыгнули четверо солдат. Двое залегли у передних баллонов, двое контролировали заднюю полусферу, и только после этого из кабины вышел шофер со своим, по-видимому, напарником.

Профессионально быстро они заменили два баллона, так же продуманно заняли свои места вначале шоферы, потом охрана.

— У них все продумано, — сказал Снайпер.

И снова они лежали возле дороги. Послышался гул мотора.

— Мотоцикл, — сказал Чекист. — В канаве я видел провод.

Они быстро вытянули провод, зацепили его за придорожное дерево, присыпали пылью, другой конец провода держал Чекист. Мотоцикл с коляской приблизился, Чекист резко натянул провод. Мотоциклиста выбросило из седла мотоцикла, но и Чекист вылетел на дорогу и затих от удара. Второй немец, сидевший в коляске у пулемета, тоже оглушенный, лежал на дороге.

Наступила полная тишина. Один из мотоциклистов зашевелился. Политрук бросился к нему, ударил камнем, потом ударил второго мотоциклиста и автоматически занес камень над Чекистом.

— Ты что, охренел? — спросил Чекист и сел.

Чекист осмотрел пулемет на коляске. Политрук снял автомат с другого мотоциклиста. Снайпер прицепил к ремню кобуру с парабеллумом,

на руку часы. Вынули из коляски две бутылки французского коньяка, консервы, шоколад.

— Надо поспешать, — сказал Снайпер. — Скоро начнет светать.

Чекист надел немецкую каску, плащ, протянул вторую каску Политруку. Завел мотоцикл, жестом пригласил Политрука в коляску, показал Снайперу на заднее седло мотоцикла.

Мотоцикл набирал скорость. Они неслись по еще ночному шоссе. Политрук вцепился в скобу коляски, каска наползала ему на глаза.

Чекист притормозил, развернулся и понесся в противоположную сторону.

— Ты чего? — крикнул Снайпер. — Тормози!

— Какая машина! — крикнул в ответ Чекист. — Зверь! Смотри, уже сто километров в час!

— Поворачивай, мать твою! Не успеем вернуться.

— Успеем! — кричал Чекист. — У нас пулемет. С пулеметом все успеем!

Чекист перемахнул через небольшую речку, развернулся. Политрук снял с коляски пулемет. Чекист закрепил ремнем рукоятку газа, мотоцикл скатился в речку и исчез в глубине.

Анна уложила в мешок вареной картошки, подсоленного сала, лука, чеснока, миску квашеной капусты.

Старик положил в мешок Библию и пошел к сараю.

Старик вошел в сарай и тихо сказал:

— Митька…

Поднялся на чердак и увидел пулемет, возле которого спал Чекист. Прижимая к себе автомат, спал и Политрук. У изголовья Чекиста стояла ополовиненная бутылка французского коньяка, открытая коробка голландских рыбных консервов.

Старик выхватил из кобуры Чекиста наган, ударил носком сапога и крикнул:

— Хенде хох!

Политрук тянулся к автомату.

— Вы уже убиты. И не стыдно? — спросил Старик. — Считай, что второй раз в плен попали за неделю.

— Стыдно, — согласился Политрук.

— А где Митька? — спросил Старик.

— В избу пошел, разминулись вы, наверное.

— Понятно, куда пошел… Откуда пулемет, французский коньяк, консервы?

— Мотоциклистов грохнули, — ответил Чекист.

— Рядом с деревней?

— На шоссе, за разбитым элеватором.

— Ждать и не спать! — приказал Старик. — Я скоро вернусь с этим блядуном.

Старик потрогал лоб Политрука.

— Большая температура. Малина тут уже не поможет.

— У мотоциклистов в сумке какие-то лекарства есть, — и Чекист протянул Старику пакет с лекарствами.

Старик рассматривал лекарства и комментировал:

— Это от поноса, а это аспирин, может бронхам помочь.

— Не пойму я что-то, — сказал Чекист. — По виду вы вроде бы простой крестьянин…

— А не по виду? — спросил Старик.

— Как определили, что коньяк французский? Вы, оказывается, по-французски читаете?