Чтение онлайн

– В Верхнем районе, а что?

– У тебя есть ключи от его квартиры?

Я недоверчиво на него покосилась, читая по конопатому лицу, к чему пойдет разговор. Моти прост, как лист пергамента. Я остановилась посреди улицы.

– Собрался грабить хаззана? И что же ты у него украдешь? Тфилин?!

Моти поднял перед моим лицом указательный палец, намекая на то, что надо бы быть потише, и еще раз окинул взглядом полупустую улицу.

– Судя по тому, сколько тебе платят, он конкретно зажравшийся хаззан, – Моти глумливо

надул щеки.

– Во-первых, ты не знаешь, сколько мне платят. Во-вторых, не нужно грабить хаззана, вообще никого не нужно грабить.

Я отряхнулась от утренней промозглости.

– Хочешь помочь – найди работу получше.

– Получше уборщицы? Звучит несложно, – уязвлено вспылил Моти, демонстративно засовывая руки в карманы брюк, – Знаешь, я передумал. Раз ты не собираешься помогать, я просто провожу тебя до работы.

Это заявление прозвучало как угроза, застало меня врасплох, и Моти, в раз это поняв, озорно прищелкнул языком:

– Что? Старший брат должен знать, где работает его сестрица.

– Двоюродный брат, – я решительно не собиралась вестись, – Ты старше на полтора месяца! Тебе обязательно доставать меня?

Моти пожал плечами и внезапно поменялся в лице. Его новое непривычно строгое выражение меня насторожило. Я затаилась в ожидании.

– Лгунья.

– Нет!

– Ты не работаешь на хаззана.

– С чего ты взял?!

– Ладно, прогуляемся к нему в гости. Пойдем!

Зная, что словил меня на крючок, не спуская пытливого взгляда, он медленно и чинно провел в воздухе рукой по направлению дороги.

– Хорошо, – кивнула я.

Мы пошли дальше, и с каждым шагом становилось все яснее, что Моти не блефует.

– Как, ты говоришь, зовут жену хаззана?..

– Ну, все. Ты прав. Доволен? – не выдержала я. – Я работаю в доме на Ибн Эзра, но он охраняется, туда не залезть.

Моти растянулся в недоброй улыбке. Мой ответ его более чем удовлетворял.

– Помогу тебе перетащить кровать обратно в детскую, – радостно сообщил он и помахал на прощание.

Все люди на свете меня ненавидели. Если можно было бы добровольно забыть один день из жизни, меня бы не долго терзали муки выбора.

Хаи не было дома весь день. Зато был Шауль. Целый день он бесцельно шатался по дому: проверял маркировку на продуктах в холодильнике, поменял батарейки в пульте от кондиционера, хотя работал он исправно, пять часов в сумме сидел на диване, уткнувшись в ноутбук, и назойливо следил за моей готовкой. И конечно же все это время он висел на телефоне, ведя переговоры то с одним, то с другим, кошмаря меня арабским рингтоном, от которого я каждый раз подскакивала и рисковала резануть себе по пальцу вместо цуккини. Когда же он, наконец переделав все свои важные дела, добрался до коробки с лекарствами, я вспомнила про просьбу господина Хадад.

– С чего бы

Арье поручил следить за приемом лекарств необразованной хасидке? – съехидничал Шауль, запуская в мусорку просроченный анальгетик.

– О, не переживайте, с этим я справлюсь. Нас как раз учат считать до четырех, – кивнув на список препаратов, я скинула цуккини на сковородку. Масло зашипело, заглушая тяжелый вздох. Шауль тактически пропустил ход.

– О чем-нибудь еще просил?

– Вроде бы нет.

– Вроде бы? – переспросил мужчина, пробежался по мне оценивающим взглядом и отстраненно добавил. – Хочешь дружеский совет?

Предположив, что речь пойдет о моем "религиозном" внешнем виде, я воинственно выпрямилась и отложила кухонный нож, чтобы не применить его не по назначению. Шауль прекратил ревизию коробки.

– Не стоит тебе особо, ну знаешь, идти с ним на контакт, – мужчина замялся, пытаясь сформулировать мысль, – Ты импонируешь ему тем, что тебя не видно и не слышно. Пусть так и остается. Арье уверен, что религиозные не склонны трепаться и лезть не в свое дело. Не рушь его картину мира, если хочешь тут задержаться.

Я озадачилась. Он явно не знаком с Рамат-Шемер.

– Мне нужно было отказаться?

Шауль покачал головой.

– Нет, я не об этом. Просто чем меньше ты сливаешься с интерьером, чем ближе к Хае, тем сильнее Арье будет тобой интересоваться. Поверь, это не то внимание, которое тебе понравится. Пусть думает, что поддержание порядка в доме – твой максимум.

Шауль загадочно склонил голову перед шкафчиком, помолчал.

– Мда. Это все, – подытожил он, закинул коробку в ящик и вернулся за ноутбук.

Усталость, накопившаяся из-за событий, висела тяжелым грузом на ноющих конечностях. Приближение Шаббата, как бальзам на душу, успокаивало и не давало растечься изнеможенной массой по тротуару. Осталось пережить этот вечер и еще полдня. И все. И утро субботы я увижу во сне.

Дорога домой в лучах заката смотрелась картиной, написанной масляными красками – улицы наполнились новыми тонами и объемами. Обычно я заставала закат в Верхнем районе, встречала его в стеклянном доме, когда на мебели в белой гостиной отражались все цвета солнца. Но в этот вечер, отпросившись пораньше ради встречи, я спускалась вниз по улице, ловя лицом легкие остывающие потоки воздуха.

Проходя вдоль старого парка, я заметила мужчину у моего поворота, вертящего головой по сторонам. Я замедлилась и присмотрелась. Скорее всего местный – одет традиционно, вместо сюртука черный пиджак. В руках телефон, в котором он что-то усердно ищет. Мужчина увидел меня, поправил пальцем очки.

– Вы мое благословение, госпожа Гликман.

Старательно скрывая свое смятение, я подошла ближе, параллельно вспоминая, откуда этот мужчина может меня знать, и, слава Всевышнему, вспомнила.