Чтение онлайн

— Я рада, что день подходит к концу. Кто следующий? — спросила Бретт Терезу, которая поднялась, чтобы принести ей кофе.

— Ему не назначено время, Дэвид Пауэл, — прочла Тереза в книге записей, — его фирма…

— Дэвид Пауэл? Не может быть! Дай посмотреть его листок. Это он! Это брат Лизи. Она говорила мне, что штаб-квартира «Руки вверх» переезжает в Нью-Йорк, но я не ожидала, что он может оказаться в этом списке.

— Здесь говорится, что фирма открывается в марте. Это для мартовского выпуска журнала, да? Я думаю, очень хорошая

реклама, он выглядит очень приятным, — сказала Тереза. — Я спущусь и провожу твоего друга наверх.

Впервые за этот день взглянув в зеркало, Бретт нырнула в гримерную, покрасила губы и завязала черным серебряным шнуром волосы в «конский хвост», поправила аметистовый фланелевый костюм и одернула красный кашемировый джемпер. «Лизи сказала, что он опять стал похож на самого себя», — подумала Бретт с надеждой.

— Дэвид! Я вижу тебя, но все еще не верю, что ты здесь! — Бретт обняла его и взяла его холодные руки в свои.

— Я удивлен, как и ты, но рад видеть тебя, Бретт. Ты прекрасно выглядишь. Это тебя надо фотографировать, а меня в паре с тобой в качестве отвратительного снеговика.

Он стряхнул снег с кожаной куртки, а снежинки на его волосах стали быстро превращаться в блестящие бусинки воды.

— Не переживай, мы позаботимся обо всем, — сказала она. — Когда ты приехал?

— Вчера ночью. Сегодня после полудня я впервые заглянул в карточку, которую дал мой помощник, когда я уезжал из Калифорнии. И там была ты, прямо в моем кармане!

Дэвид казался не таким напряженным, как на свадьбе Лизи, и Бретт подумала, что время делает свое благодатное дело.

— Мне нужно снова привыкать к этой погоде. Калифорния меня испортила.

— В твоей карточке написано, что «Руки вверх» открывается здесь в марте, а тогда все уже будет позади, — сказала Бретт.

— Ха, но я-то буду здесь все время. Поживу со своими стариками, пока не найду собственного жилья.

Бретт представила ему Роки, который должен был привести Дэвида в порядок, и они все болтали, пока Роки сушил ему волосы и припудривал нос и лоб.

— В инструкциях сказано надеть то, в чем ты хорошо себя чувствуешь. Надеюсь, это подойдет.

На Дэвиде были хорошо поношенные джинсы из грубой ткани и голубая рубашка с расстегнутым воротником.

— Это не фирменная одежда для успешного ведения дел, но я надеваю костюм и галстук в случае крайней необходимости, обычно на встречах с банкирами, но теперь, когда «Руки вверх» аккуратно возмещает все инвестиции, их не волнует, как я одет! — шутливо сказал он.

— Ты первый сегодня, кто не выглядит будто открыл Америку. Выбирай, где тебе удобнее.

Дэвид выбрал табуретку, сел, поставив ноги на ступеньку, рассматривая Бретт, устанавливающую освещение и отражатели.

— Я делаю так, чтобы увидеть твои глаза сквозь твои очки.

— Если это упрощает жизнь, я их могу снять. На самом деле они для профилактики. Когда я сбрил усы, вы с Лизи смеялись надо мной, и мне потребовалось что-то, что бы сделало

меня старше и более похожим на владельца компании. Я так к ним привык, что по утрам сразу тянусь за ними.

— Отлично, мы сделаем несколько снимков с очками и без них.

Они говорили, а Бретт фотографировала, следя за беседой и давая Дэвиду возможность рассказать о его фирме. Она схватывала его мимику, когда он рассказывал о своих делах, и ловила себя на том, что его ответы помогают ей сделать снимки выразительными.

— Если бы я не знала, то подумала бы, что ты говоришь о какой-то игре или хобби, а не о полупроводниках! — заметила Бретт перед последним кадром.

— Работать администратором — необходимое зло. Мир думает, что это трудная работа, когда на самом деле она делает меня счастливым как ребенка с новой игрушкой.

Дэвид нетерпеливо ерзал на табуретке. Бретт вдруг поразилась, насколько он красив. Причем красив не как модели, с которыми она работала. Она невольно любовалась его характерным подбородком и вьющимися каштановыми волосами, которые, казалось, так и ждали, чтобы их потрепал ветер… или пальцы. Может, это из-за грубых джинсов и рубашки, но его широкие плечи и прямая осанка напомнили Бретт ковбоя в седле.

— В недалеком будущем каждому потребуется компьютер, и я мечтаю, что «Руки вверх» заставят смотреть на это, как на само собой разумеющееся, — сказал Дэвид.

— Конец! — сказала Бретт, делая последний кадр на пленке.

— Что ты сказала? — улыбнувшись спросил Дэвид.

— Извини, привычка. Мы закончили. Давай посмотрим, что там на улице, я умираю от любопытства.

Они подошли к окну. Два этажа под ними снег покрыл пушистым одеялом. Блестящая черная железная изгородь вокруг парка словно плавала в облаках, а снег все падал хлопьями, которые кружились вокруг уличных фонарей, перед тем как тихо приземлиться на мягкую подушку земли.

— Я собирался предложить тебе пообедать, но в такую погоду, наверно, это не самая лучшая идея. Посмотри, нет даже пешеходов, не видно следов! — сказал Дэвид.

— Прекрасная безлюдность. Но я голодная, и мы можем пообедать здесь, наверху.

— Наверху? — спросил Дэвид.

— Да, это мой дом, здесь — студия, а я живу на верхних трех этажах.

— Тогда, я полагаю, твоя работа — легкий ветерок.

— Кто бы говорил. Я наслышана о твоих разрастающихся владениях с теннисным кортом и бассейном.

— Я продал тот дом несколько лет назад.

— Извини.

— Все нормально. Я не терплю людей, вечно действующих с большой осторожностью. Мне было бы легче, если бы я мог говорить о смерти Кэт. Так что с обедом? Если это приглашение, то я его принимаю, но с одним условием: готовить буду я.

— Тебе Лизи рассказывала о моих кулинарных способностях? — рассмеялась Бретт.

Дэвид помог Бретт убрать оборудование в сейф, и они направились наверх в ее апартаменты. В освещенных нишах в блестящих вазах стояли пышные цветы.