Чтение онлайн

— Я не соплячка, — заявила Фрост, топнув ножкой.

— Соплячка, — повторил Готорн.

— Нет!

— Отправляйся со своим братом разгребать бардак, который натворила, — сказал Тай.

Я посмотрела в его ярко-голубые глаза, потом в серо-голубые глаза Бэй. Мика побледнел. Как у двух голубоглазых родителей мог родиться кареглазый ребенок? Каким-то образом золотисто-карие глаза Фэна не были столь очевидными, но это именно глаза Мики и Бэт смотрели на нас с лица девочки, которая не была похожа ни на их мать, ни на ее нового мужа. Какого черта тут творится?

Бэт

сказала:

— Пойду с ними, надо же убедиться, что они не поубивают друг друга. — Она посмотрела на Мику взглядом, который мне показался сочувствующим. — Рада, что ты дома, — сказала она и понесла Фэна вслед за Готорном и Фрост.

Фэн облокотился ей на плечо, обхватив шею руками и второй раз задал свой вопрос:

— Ты и мой старший брат тоже?

Мика повернулся и смотрел на свою мать, пока отвечал маленькому мальчику:

— Да, думаю да.

Бэй Морган потянулась за рукой своего мужа и выглядела она виноватой.

— Мам, Тай, что происходит?

Тай стоял весь из себя прямой и высокий, с почти вызывающим выражением на лице. Бэй вцепилась в его руку и умоляюще посмотрела на сына.

— Это вроде как просто случилось, — ответила она.

— Фрост же не от Тая, да?

— Она моя дочь, — тут же сказал Тай. — Но, скорее всего, не биологическая.

— Что ты имеешь в виду, биологическая?

— Майк, пожалуйста, не сердись. Я думала, ты воспримешь это лучше, чем Джерри, ведь сам живешь с двумя людьми. — Ее голос звучал примирительно и совсем не уверенным в себе.

Раздалась трель дверного звонка. Бэй поспешила к двери, словно радуясь возможности оказаться сейчас подальше от Мики. Брэм тенью последовал за ней, хотя никто его об этом не просил. Никогда нельзя оставлять дверь без присмотра, особенно, если она может открыться. Мика все еще пытался прийти себя от последних новостей. Его отец не был убитым горем брошенный супруг, ведь, по крайней мере, несколько раз после развода спал со своей бывшей женой. После чего появились немаленькие последствия.

Мы с Натаниэлем пододвинулись к Мике, но, честно говоря, я не знала что сказать. По выражению его лица можно было понять, что какая-то часть истории его семьи только что разрушилась. Натаниэль коснулся его руки, а Мика этого, казалось, даже и не заметил.

За дверью раздался голос Джерри:

— Вы же никогда не закрываете дверь пока не ляжете спать. Что случилось?

— Я не запирала, — сказала Бэй.

— Это сделал я, — ответил Брэм.

Джерри взглянул на высокого мужчину:

— Зачем?

— Запертая дверь дает нам несколько дополнительных секунд, чтобы среагировать, — ответил Брэм.

— Среагировать на что? — не понял, Джерри.

— На что угодно.

Джерри покачал головой и посмотрел мимо всех на Мику, который теперь смотрел на своего брата.

— Узнаю выражение на твоем лице; познакомился с Фрост?

— Да, — ответил Мика сдавленным от напряжения голосом.

— Сюрприз! — протянул Джерри, помахав руками как фокусник.

— Мог бы и предупредить.

Джерри покачал головой:

— О, нет, даже и не мечтай. Это не мне объясняться,

я бы и не пытался.

— Полюбезней, Джерри, — попросила Бэй.

— А что? Я сам не знал, пока Фрост не исполнилось три. Поверить не могу, что был таким идиотом.

— Джерри… — опять начала Бэй.

— Нет, мам, просто объясни Майку. Я и сам с этим никак не смирюсь. — Он подошел к Мике. — Помнишь, мы все сочувствовали отцу. И так злились на маму, что она бросила его ради этого профессора, а они все это время не переставали встречаться и продолжали быть парой.

— Не правда, — возразила Бэй. — Поначалу все было так, как вы и думали. Я любила Раша, но больше не могла с ним жить. Тая я встретила, когда мы уже расстались. Раш тоже мог с кем-то встречаться, но не захотел.

— Он ждал, что ты придешь в себя и вернешься домой, или позволишь вернуться ему, — сказал Мика, и старая обида очень ясно послышалась в его голосе. Некоторые раны остаются свежими каждый раз, когда вы их касаетесь. Словно хранясь в магически злой посуде от «Tupperware» [10] — они всегда остаются свежими.

— Тебе тридцать лет от роду, Мика Дэвид Каллахан, и ты слишком взрослый, чтобы думать, будто я в силах исправить то, что разрушилось, когда тебе было двенадцать.

Мика немного смутился, но ответил:

— Так ты изменила Таю с отцом, или что?

Она оглянулась на Тая, и он потянулся, чтобы снова взять ее за руку.

— Она никогда не переставала любить Раша, и к тому времени, как ты нас покинул, он проводил почти все время здесь, с нами и мальчиками.

— Я помню четвертый день рождения Твена. И был так горд, что вы вели себя по-взрослому и подарили младшим детям настоящий семейный праздник.

— Ага, — подхватил Джерри, — вот только мы с тобой не знали, что папа остается с ночевкой.

— Это началось так давно? — удивился Мика.

Джерри кивнул.

— Хочешь сам рассказать? — спросила Бэй Джерри.

— Не-а, — ответил он и плюхнулся на ближайший диван.

— Тогда прекрати перебивать, — возмутилась она.

Он развел руки, как бы говоря «Конечно, продолжай, я пас».

Она повернулась к нам с Микой:

— Не думала, что для этой истории у меня будет столько слушателей.

— Если хотите, мы можем подождать на кухне, — предложил Брэм.

— Спасибо, — поблагодарила она.

Они с Арэсом устроились за барной стойкой в кухонной зоне. Никки и Дев посмотрели на меня. Я кивнула, и они присоединились к парням. У меня не хватило духу сказать Бэй, что благодаря своим нечеловеческим органам чувств они могли слышать все, что она скажет. Иногда для таких историй нужна хотя бы иллюзия комфорта.

Мы все расселись на стоящие идеальным квадратом диваны. Тай и Бэй устроились на одном из них. Трое из нас — напротив. Джерри сел на двухместный диван, стоящий между нашими.