Чтение онлайн

Аннели вспомнила свои надежды, что он вернется и восстановит их маленькую семью.

Не знаю, почему я надеялась на это так долго. Он едва интересовался мной первые семь лет моей жизни. Мама же любила меня всей душой, но оглядываясь назад, я понимаю, что в лучшем случае он меня лишь терпел. И даже в маме, в конце концов, что-то сломалось.

Читая эти письма, она увидела ту сторону своей матери, которая была присуща каждому человеку, и это ее утешило. Она вздрогнула, когда зазвонил телефон.

Она уронила последнее письмо, потянувшись к трубке.

– Петерсон.

– Привет, любимая. Чем занимаешься?

Услышав знакомый хрипловатый голос, Аннели заплакала, и слезы покатились вниз по ее щекам.

– О, Кэролин...

– Что случилось?

– Ничего... Я получила посылку по почте. Старые письма моей матери к отцу, и я только что прочла несколько.

– О, Анни. Я думала, она не знала, где он жил.

– Она и не знала. Скорее всего, он оставил ей вместо адреса номер почтового ящика. Как я могу судить из ее писем, он ни разу не ответил.

– Черт.

Это проклятие эхом отозвалось в Аннели.

– Как идут дела сегодня?
– спросила она, желая сменить тему.

– Отлично. Мы закончили первые сцены, и в конце этой недели начнем репетиции в студии.

– С какой сцены вы начали?

– С той, где Мэддокс появляется в квартире Эрики, требуя объяснений, почему ее напарница ведет себя так странно.

– Это та сцена, которая и приведет их к встрече в офисе. Ты нервничаешь по поводу того, чтобы пройти ее с Хелен?

– Да не сказала бы. Думаю, хорошо, что мы снимаем ее первой. Как ни странно, мы с Хелен становимся друзьями. Боюсь, что мы будем хихикать в процессе, если мы так с ней сблизились, и неважно насколько мы опытные актрисы. Нам нужно удержать между собой напряжение как можно дольше.

– Может быть, ты и права. Как настрой у Хелен?

– Как ни странно, она рассказала мне о своей, вполне невинной, встрече с другой женщиной. Это было давным-давно, и так ни к чему и не привело, но она подумала, что будет черпать вдохновение оттуда, когда мы будем играть любовные сцены. Я не сказала ей, но думаю, что она догадывается, что у меня есть много откуда черпать вдохновение.

Аннели рассмеялась.

– Да ты несносна!

– Нет, ты имеешь в виду, что я хороша в том, чтобы быть несносной, - в голосе Кэролин слышалась улыбка.
– Я должна идти, родная. Ты в порядке насчет писем?

– Теперь да. Слушай, я принесу их домой сегодня вечером. Ты почитаешь их вместе со мной? Мне нужно поговорить о том, что там написано. Или, возможно, мы должны подождать, так как у нас дома будет Джема.

– Мы можем прочесть их в постели перед сном. Нет оснований ждать, иначе они камнем будут висеть у тебя на шее.

Аннели с облегчением вздохнула.

– Замечательная идея. Тогда до встречи в постели.

Повесив трубку, Аннели почувствовала, как волнение покинуло ее, по крайней мере, в настоящий момент. Ее мысли переместились

на Кэролин. Ее голос звучал так, как будто она была немного под стрессом, но это обычное дело в начале новой работы.

Слава богу, Кэролин не слишком беспокоится о любовной сцене. Что если бы я стала ревновать, что она будет почти голой с другой женщиной на протяжении нескольких сцен? Теперь-то я знаю, как Кэролин и Хелен планирую подойти к этим эпизодам, и мне, конечно, не о чем волноваться.

Покачав головой, Аннели взглянула на часы и поняла, что Джема, должно быть, уже добралась до ее квартиры. Она набрала свой домашний номер.

– Квартира Петерсон.

– А это сама Петерсон. Как твой полет?

– Скоротечный и беспокойный. Попыталась работать в самолете, но трясло так сильно, что думаю я понаоставляла вмятин на своем лэптопе. Все что я могла сделать, так это вцепиться в него.

– Ты трудилась прямо в самолете, Джема? Разве не предполагается, что ты в отпуске?

– Боюсь, что-то типа того. Я только что получила две рукописи, и им требуется мое мнение до конца недели. Одна работа действительно многообещающая, другая… ну, скажем так, я пока не до конца разобралась.

– Интригующе в любом случае. Если тебе нужно другое мнение, просто дай мне знать.

– Конечно. Кстати, когда ты объявишься дома? Я готовлю.

Аннели усмехнулась. Кулинарные таланты Джемы были одним из ее самых больших секретов.

– Звучит замечательно. Я буду дома около шести... Кэролин, чуть позже.

– Хорошо, тогда буду знать, к какому часу поспеть. Я сбегаю в продуктовый магазин, мимо которого я проходила в квартале отсюда. Он выглядел многообещающе.

– У Марко? У них есть все, что тебе могло бы понадобиться. В особенности в отделе морепродуктов.

– Это что, просьба?

– Ну, ты же знаешь, что я люблю любые морепродукты.

– Как ты смотришь на запеченного лобстера и салат?

– Восхитительно! Тогда до встречи в 6 часов.

– Я буду единственной, на ком будет надет передник.

Повесив трубку, Аннели постаралась представить своего Главного редактора в переднике. Джема наводила ужас на многих, поскольку не выносила дураков и не скрывала этого. Возможно, если бы они увидели ее в переднике и колпаке шеф-повара, то их мнение бы о ней круто изменилось. После двух телефонных звонков ее настроение значительно улучшилось, и Аннели сложила письма матери обратно в конверт. Шаг за шагом, она с этим справится.

Из приготовленной Джемой еды ни осталось ни крошки. Кэролин бросила взгляд вниз на свой округлившийся живот, размышляя над тем, сможет ли она подобрать одежду, в которой можно было бы отправиться на работу. Они собирались начать съемки на день раньше планируемого.