Чтение онлайн

– И что удалось выяснить на сегодняшний день?

Это начинало походить на допрос. Мартынову очень хотелось поставить молодого г-на Черникова на место, но приходилось помнить и об утреннем телефонном разговоре с канцелярией московского обер-полицмейстера. Давление было не шуточным - требовали скорейшего расследования дела.

И настоятельно просили - а просьбы такого уровня равносильны приказу - со всей почтительностью отнестись к родственникам похищенной. К последним был причислен и Дениса. Светская хроника столичных и московских

газет взахлеб обсуждала предстоящую помолвку богатой наследницы и молодой, восходящей звезды финансового мира.

– Константин Петрович, голубчик - вмешался Рябушинский, почувствовав несколько напряженную атмосферу.
– Поймите нас правильно - мы очень волнуемся за судьбу Юленьки.

– Я все понимаю, Павел Михайлович, - попытался добавить сочувствия в голосе шеф охранки.
– Мы делаем все возможное и, поверьте, обязательно найдем похитителей.

– Вы так и не ответили, господин подполковник, есть ли хоть какая-то информация?

Стереотипы, намертво вбитые в голову еще советской пропагандой, сказывались и здесь: никакого уважения к охранному ведомству Денис не испытывал. Поэтому он и не старался быть любезным.

– Есть кое-какие зацепки, - неохотно ответил Мартынов.
– Но, даже принимая во внимание ваше состояние, рассказать, увы, ничего не могу. Расследование проводится в глубочайшей тайне.

– Господин подполковник, - в дверь просунулся адъютант шефа охранки, молодой поручик со щегольскими усиками.
– Кучер пришел в сознание.

– Выезжаем, - лаконично ответил тот, поднимаясь со стула.
– И позови Сидельникова.

Допрос важного свидетеля начальник охранного отделения решил провести самолично.

– Мы едем с вами...

Как и любой житель двадцать первого столетия Денис прекрасно разбирался в трех вещах: политике, футболе и детективном расследовании уголовных преступлений. Иногда занимался и финансами.

Рослая гнедая лошадь, запряженная в выездной экипаж шефа московской охранки, нетерпеливо фыркала и била копытом по мостовой. Молодцеватый вахмистр лихо вскочил на козлы, в ожидании своего начальства.

Рябушинский, сославшись на плохое самочувствие, отправился домой и в больницу направились втроем. Подполковник захватил с собой своего заместителя по сыскной части коллежского асессора Сидельникова. В двухместную коляску уместились с трудом: пришлось потесниться.

Едва тронулись в путь, как Денис задал первый вопрос:

– Есть какая-нибудь информация о выкупе?

– Вечером того же дня преступники телефонировали в особняк и передали, что требования объявят через неделю.

Голос подполковника звучал сухо и неприязненно. Продолжающийся допрос его нервировал.

– Подробности похищения установили?

Денису было наплевать на переживания московского жандарма. Его больше волновала судьба любимой.

– Двое нападавших выдернули ее из собственного экипажа и скрылись

в проходных дворах. Скорее всего, их там поджидала повозка. Кучер пытался оказать сопротивление, но ему проломили голову. Рукоятью револьвера.

Вместо шефа охранки ответил ветеран уголовного сыска, крепкий сорокалетний мужчина с цепким взглядом насмешливых карих глаз. В его голосе слышалось сочувствие к молодому человеку.

– Где это произошло? И когда?

Коллежский асессор охотно пояснил:

– Средь бела дня. В полуверсте от Тверского бульвара. Несколько минут ходьбы до резиденции московского обер-полицмейстера и Губернского управления жандармерии.

Мрачный подполковник дополнил его ответ:

– Похищение было дерзким и эффективным. Свидетелей много, но внятного описания они дать не могут.

– Значит, кучер - последняя надежда?

Шеф охранки молча кивнул головой и отвернулся в сторону.

– С какого номера был сделан звонок, установили?

Коляска неожиданно подпрыгнула на кочке, и Денис едва не прикусил себе язык. Рядом чертыхался Сидельников, потирая ушибленный локоть.

– Иван, не дрова везешь! За дорогой смотри!
– прикрикнул подполковник на ездового.

– Виноват, ваше благородие!
– раздался сконфуженный голос вахмистра.
– Еще вчера этой колдобины не было.

Денис вопросительно посмотрел на сыскаря: ответа на последний вопрос он так и не получил.

– Номер одиннадцать шестьдесят семь. Телефонный аппарат доходного дома, что на Чистых прудах. Более ста жильцов и все разговаривают с вестибюля. Могли и посторонние зайти, с улицы.

Коллежский асессор взглянул на молодого человека с интересом: уголовный розыск эту версию отработал в первую очередь.

– А если установить тайное наблюдение?

– Невозможно-с, никак. Помещение маленькое, спрятаться негде.

Экипаж сделал резкий поворот, и собеседники повалились друг на друга. Шеф охранки разъяренно заорал:

– Чтоб тебя черти в аду поджарили! Будешь у меня на конюшне дежурить!

Не вслушиваясь в оправдательный лепет ездового, Денис продолжал наседать на начальника розыска:

– Может вахтера поменять? Или наказать ему, чтобы подслушивал?

– Поменять вахтера на филера можно, но преступник сразу же насторожится новому лицу. Глуховатый он, к тому же, толку не будет никакого.

– А если установить...

Денис оборвал себя на полуслове. Технология следующего столетия, пришедшая на ум, разглашению была нежелательна.

Бородатый мужик, с перебинтованной головой и багрово-фиолетовыми отеками вокруг узких щелочек глаз, говорил с трудом. Чтобы расслышать едва слышную речь, приходилось наклоняться к изголовью больничной кровати.