Чтение онлайн

– До… до завтра! – выдохнула Вера, дергая дверь внезапно ослабевшими пальцами. В другой руке она сжимала пакет с орехами. – Я люблю тебя.

Результат анализа крови оказался ну-ле-вым, никаких отклонений от нормы не обнаружилось. Обычная кровь здорового человека, эритроциты-лейкоциты-лимфоциты и прочие на своих местах и в нужных количествах. Получается, что внутренних изменений либо не произошло, либо они пока не проявились. Мы условились повторить исследование через пару недель.

Но магия во мне была. Своя, настоящая

магия. Не чувствуя внутри ничего особенного, я повторила за Артемием бессмысленный набор слов… и подоконник пустил побеги. Не деревяшка – сувенирный брелок, что мы достали для опыта, – но всё-таки… Я испугалась и одновременно испытала дикий восторг в духе: «Это я сделала?!». Воропаев чуть прикусил нижнюю губу и убрал побеги с подоконника.

– Пока не разберемся в природе твоих «феноменальных» способностей, колдовать не будешь! – сказал он, как отрезал.

Я буквально разрывалась: с одной стороны, мне жутко нравилась эта неизвестно как обретенная власть над вещами (дым от свечи закручивался в замысловатую спираль даже без заклинаний), но с другой стороны…Вдруг такая «тренировка» приведет к тому, что я нарушу внутренние процессы? Резерв-то заряжать надо, придется выбирать источник Силы. Нет, не хочу быть ведьмой! Хватит с нас катаклизмов. Останусь человеком, и баста!

Однако ровно через две недели Артемий сделал удивительное открытие: магия не только не нарушила внутренних процессов – она еще и улучшила мое здоровье!

– Нич-чо не понимаю! – обескураженно сказал Печорин, перестав светить мне в рот лампочкой. – Кариес на третьем нижнем не прогрессирует, а само «дупло» испарилось! Тёмыч, это ты подсуетился? Ну, признайся! Развести меня хотите. На прошлой неделе «дупло» было на месте, а сейчас его нет! Всё, братва, хорош прикалываться!..

– Тём, а давай завтра у офтальмолога проверимся! – я подпрыгнула на стоматологическом кресле. – Для частоты эксперимента.

Проверились. Зрение улучшилось! Из просто хорошего оно стало практически стопроцентным. Так не бывает!

– Вера! – Артемий удержал меня на месте, не дав метнуться к очередному специалисту. Гинекологу, если по секрету. – Остановись! Это ненормально!

Его слова выкачали из меня радость, как выкачивают воздух из надувного матраса. Было в этих простых словах какое-то отчаяние. И страх.

– Почему?

Он присел рядом со мной на корточки, хотя кругом было полно свободных кресел.

– Родная, я очень рад за тебя. Здоровье, конечно, не купишь, но, Вер, ты же не подопытная крыса! Не морская свинка, не хомячок, над которым можно измываться без зазрения совести. Откуда ты знаешь, что, дойдя до максимума, значение не уползет в минимум? Что эта хрень просто-напросто не прикончит тебя?

– Тём, ну ты чего? – моя рука погладила его предплечье. – Глупости какие! Это же моя магия… Твоя магия! Она не причинит мне вреда.

– Откуда. Ты. Знаешь?

– Просто знаю.

Воропаев поднялся на ноги. Видимо, с высоты роста влиять проще.

– Ты хочешь стать ведьмой? – в лоб спросил он.

– Нет! Нет, глупый, совсем

не хочу, но раз у меня есть этот дар, нельзя зарывать его в землю. Внутреннее строение не изменилось, анализы…

– Две недели – маленький срок. Не показатель.

– Я снова сдам их через две недели, через месяц… Вот увидишь, всё будет хорошо, только научи меня, как сделать так, чтобы способности не угасли.

– Извини, но я этого делать не буду. Слишком опасно.

Артемий оставался непреклонным, его не тронули ни крики, ни мольбы. Тогда мы с ним впервые серьезно поссорились и не разговаривали три дня. Он приглядывал за мной, ёжику понятно, и обращался вежливо, но… Всё дело в этом «но»!

Свою магию я больше не трогала. Не из принципа, упрямства или чего-то подобного – мне не хотелось еще сильнее огорчать любимого. Бойкот-то фактически я объявила, поэтому «на поклон» решила пойти первой. Чем раньше зароем топор войны, тем лучше, и не важно, кто первым возьмется за лопату.

Ночь внесла в мой план серьезные коррективы: разбудила резью в животе. Чудовищная боль, от которой теряешь сознание, слегка припозднилась. Я успела на четвереньках выползти из комнаты, когда меня стошнило желчью. Дальше – как в тумане. Мама пыталась достучаться до невменяемой дочери, не достучалась и стала звонить в «Скорую». Она чуть ли не плакала, приводя меня в чувство, и не попадала по нужным кнопкам.

– Дай… телефон… – прохрипела я. Боль из желудка переползала к сердцу. – Позвоню…

Не знаю, что бы я делала, возьми трубку Галина или Марина Константиновна!

– Помоги… – похоже, на этом я отключилась.

Артемий примчался через долю секунды, телепортировав прямиком на лестничную площадку. Полностью одетый, но в одном ботинке: звонок застал его на обувании. Видимо, почувствовал что-то и поспешил на помощь. Как хорошо, что на свете есть Воропаев…

Всё обошлось. Мать не хватил кондратий, Анька так и не проснулась, я выжила, не пострадав особо. Приступ он мне снял безо всякой «Скорой помощи» и остался ночевать в моей комнате. Маму отправили спать: завтра утром она встанет поздно, не вспомнив о визите моего ангела-хранителя и причине, повлекшей за собой этот визит. Правильный магический сон обладает целебными свойствами, жаль только, что потраченные нервы так просто не восстановишь.

– Спи, горе мое луковое, – шепнул Воропаев, переодев меня во всё чистое, умыв и уложив в постель. – Больно больше не будет.

– Тё-ом, – захныкала я, чувствуя себя висящим в невесомости куском протоплазмы, – это всё из-за магии, да-а?

– Завтра, всё завтра. Спи.

Он лег рядом, чтобы я могла обнимать его, а он меня – греть. Смутно помню, как Артемий бормотал непонятные слова, массировал мои липкие от пота руки, и по дрожащим пальцам струился жар… Нет, не так: жар шел из моих пальцев. Сны снились какие-то нелепые, пятнистые и зубастые, и я точно заехала Воропаеву коленом в живот. Или не в живот… Как ни крути, ночь была нелегкая. Мы проснулись еще до рассвета и молча лежали, слушая дыхание друг друга.