Соседи
Шрифт:
Ульяна печенкой чуяла: что-то Юля решила оставить при себе. Но обижаться на подругу не могла. В конце концов, ей самой откровения на этом самом диване дались очень, очень тяжело.
— Подумываю завести аккаунт в Tinder, — криво усмехнулась Уля. — Всё так же. Хорошо и плохо.
Новицкая встрепенулась: интерес к Улиной личной жизни в Юльке всегда жил неподдельный, хотя на этом фронте у Ульяны всегда скорее было пусто, уж никак не густо.
— Ну… с хорошего тогда начни, — подвернув под себя ногу, Юлька приготовилась внимать.
— Ну, мы немало времени вместе проводим, недавно вот фотографии детские
Играли. И в момент, когда, встав за спиной, Егор фиксировал ладонью её правое плечо, пытаясь объяснить правильное положение руки на деке, она чуть не умерла. А вообще-то… Вообще-то умерла, да. Раз десять.
— Ну, можно сказать, из лап следователя вырвал меня, там долгая история, тянется ещё с нападения. Сломал Вадиму нос… — Уля растерянно взглянула на Новицкую, на лице которой при новостях о том, что Стриж все-таки огрёб, проступило откровенное торжество. — Вадим бухой к подъезду нашему заявился, а мы как раз с Егором из школы приехали. Ну Стрижов как увидел, так и взбесился, толкнул меня сильно… А Егор… Он же всегда меня защищал. Ну и… Вот так.
— Ну… — взвешивая услышанное, Юля покачала головой туда-сюда. — Нормально, впечатляет… А плохого тогда что?
«О-о-о…»
— В школе назвался моим братом, — непроизвольно морщась, выдохнула Ульяна. Это – главная боль, которая преследует её неделю напролет, не отпуская ни на минуту. И днём, и ночью она всё думает и думает о том, что он назвался её братом. От этого одновременно невозможно херово и немножко тепло. Бывает же. — Я уже брежу, мне видится чёрт знает что, Юль! Такое!.. Мне рядом с ним голову туманом заволакивает, сознание мутится, я вообще уже ничего не могу с собой сделать! Ещё я боюсь, что Вадим сейчас ему глаза на меня раскроет, и он вновь исчезнет. Ещё он вчера вечером за мной злой приехал, всю дорогу молчал, что-то точно у него происходит, но он упорно не колется. Не доверяет, понимаешь? Вы меня в могилу сведете!
По мере того как Уля накидывала пункты в список под условным заголовком «Такое себе», лицо Новицкой приобретало все более сочувственное выражение. Но тут её аж слегка перекосило: уголок рта дернулся, и подруга заёрзала в своем углу дивана.
— Кто «мы»? — осторожно поинтересовалась Юля.
— Ну, Егор, Том… Этот тоже непробиваемый. Или вот ты, например. Хотя ты вроде что-то рассказала, спасибо.
Глаза встретились с глазами напротив.
— Прости, Уль, — смутившись, Юлька вновь отвела взгляд. — Я рассказала, сколько смогла. Просто там дальше… Это чужие секреты, а я и так уже половину выболтала.
— Я не настаиваю, может, потом… Или никогда, — пожала Ульяна плечами, показывая, что требовать от подруги чрезмерной откровенности не станет. — Знаешь, у меня такое чёткое ощущение, что этим летом кто-то решил научить меня терпению. Или испытать его. Давай лучше про Андрея поговорим, а? Расскажи, как у вас сейчас.
«Хоть за тебя порадуюсь…»
***
Выйдя из подъезда, Ульяна неспешно направилась в сторону дома. Если в двух словах резюмировать рассказанное Новицкой об Андрее, то выходило, что всё там пока складывалось
Радоваться за подругу хотелось громко, но счастье любит тишину, так что Уля решила пока попридержать комментарии при себе. А в целом же её предположения подтвердились: Юля выбрала того, кто не дает собой помыкать. Того, с кем можно почувствовать себя маленькой слабой девочкой за могучей спиной, пусть в прямом смысле слова могучей её и не назовешь. «Андрюша» не бежал к ней по первому капризному топанью ножкой, но при этом проблемы её решал на два счета. Заботился, но дозировано, так что Юлька не успевала уставать от излишнего внимания. Ценил время, проведенное вместе, но личное ценил не меньше. Не навязывал своё общество. Уважал её мнение. Цветам предпочитал билеты куда угодно и другие сюрпризы. Умел удивлять, был непредсказуем в реакциях и, как не без гордости поведала Юлька, постели. Хотя это не та информация, в которой Ульяна нуждалась. Не пытался прикинуться лучше, чем есть, но с ним Юлька, по её же словам, становилась лучше сама. Короче, пока Новицкой хватало впечатлений за глаза.
Ну хоть в чьей-то жизни наступил просвет. Ульяна была уверена, что подруга её успела влюбиться, пусть это слово за минувшие два часа не прозвучало ни разу: Юля упорно избегала громких признаний. Но не успела бы, не мучилась бы бессонницей, не переживала бы так и не скучала, проверяя телефон каждые две минуты.
Кстати, о телефоне. Надо бы написать Тому. Просто выяснить, жив он там вообще или нет. Последний раз они списывались неделю назад, если не больше: Том тогда в очередной раз её озадачил – реакцией на цитату из книги, а после по традиции растворился в закате. Так что надо бы вбросить приветствие, а потом хлебом сходить, точно.
Присев на лавочке у своего подъезда, Ульяна достала смартфон и открыла переписку. Пробежалась по последним строчкам и подняла глаза к верхней части экрана. «Был(а) недавно». Том… Не знает Уля, почему, но выбранный им режим «невидимки» всегда её немножко раздражал. Даже в мессенджере этот человек отказывался оставлять следы, по которым можно было бы хоть что-то о нём сказать. Аватар с милахой-котеночком, шлющим собеседника на три известных буквы, не менялся с тех самых пор, как началась их переписка.
П – Постоянство.
Палец уже навис над клавиатурой, как уши уловили нарастающий рёв мотора, и Ульяна мгновенно забыла, чем собиралась заняться. Егор! Абсолютно точно – он! Казалось, этот звук она узнает из десятков тысяч наполняющих жизнь звуков. Казалось, заставь её закрыть глаза и угадать, который из ревущих мотоциклов – его, она не ошибется.
При мысли о скорой встрече губы сами расползлись в улыбке. Что бы у него вчера ни случилось, а ночь прошла, новый день настал и клонится к концу. Может, и жизнь у человека за это время успела наладиться. Что бы там ни произошло, в каком бы настроении он сейчас ни пребывал, она будет рада его видеть, как рада всегда.