Чтение онлайн

Уже ведь как-то думал об этом. Возьмёт телефон – подсядет на телефон. Будет по двадцать раз в день проверять, не прилетели ли приветы от малой, и хрен теперь уже пойми, как реагировать, обнаруживая их отсутствие. Телефон – как очередная ступенька к зависимости. От человека зависимости. Особый, изощрённый вид наркомании. А он долгое время находился в завязке, в блёклой, однотипной, унылой своей предсказуемостью, пресной реальности, но раз сорвался, два сорвался, три – и вот уже ощущает трудно переносимую ломку по чуткости, искренности

и теплу. Бывших наркоманов не бывает? Надо оно ему?

Спасибочки. А вообще – хрен знает. А вообще – нужно отстать от себя со своими дурацкими вопросами и качели свои раскачивать прекращать. Обойдется без телефона.

— Ребят, а можно ваши автографы? — послышался чей-то тоненький голосок.

«Святые угодники, какие еще автографы?»

Не отсвечивать долго не получилось. Егор повернул на звук голову и встретился взглядом с робеющей девочкой. Посмотришь на лицо – больше восемнадцати не дашь, опустишь глаза ниже и задумаешься о том, что обычно такими выдающимися женские формы становятся чуть позднее.

Под шумный выдох Вадима Аня недолго думая лихо подписала протянутым ей маркером обтянутую тоненькой полоской топа грудь. Ну правильно, блокнотика-то не нашлось, кто сейчас блокнотики с собой таскает? И мерча, который можно было бы в ход пустить, у них нет: его группа такими вопросами, как выпуск шмоток с изображениями собственных щей, не заморачивалась никогда. Фломастер пошел по рукам, и пока шел, Егор подумывал под шумок куда-нибудь слинять, тем более что желающих внезапно обнаружилось больше одной – своим вопросом девчонка привлекла всеобщее внимание, и толпа заметно оживилась.

От продумывания плана побега отвлек чей-то знакомый голос:

— Егор?..

А, Анин же. Это Аня – смотрит выжидательно. Стриж уже слегка бесится, малая, закатив глаза к потолку, выслушивает интимный шепот Новицкой на ухо, а остальные тут его не интересуют.

— М-м-м?.. — вяло отозвался он, пытаясь изничтожить в себе растущее желание сверкнуть пятками. Как-никак, а поклонники группы такой жест не поймут, да и сам коллектив потом «спасибо» не скажет. Придется принести себя в жертву формальностям.

— Давай, — протягивая ему маркер, подмигнула Аня. Егор окинул летучим взглядом свободное для творчества пространство – четвертый-пятый размер, предостаточно. Поднял глаза на девушку.

— На тебе уже живого места нет, давай где-нибудь на руке.

Главное – невозмутимость в голосе и на лице. Авось и прокатит.

— На руке? — в фальшивом удивлении приподняла брови Аня. Взгляд её сам за себя говорил: «А я знала!».

«Да-да-да… Всё ты знаешь. Уймись уже, женщина!»

— Ну не на пятке же, — с притворным недоумением пробормотал Егор, подыгрывая Аньке. — Кстати, может, на пятке? — подмигнул он жаждущей чьих-то каракуль на собственном теле.

— Есть еще одно классное место… — стрельнула та глазами. В воздухе повисло многозначительное молчание.

«Кто

тут у нас невинная овечка? Вестимо, не ты. Значит, я»

— Да ну? — Егор изобразил на физиономии искреннее изумление, параллельно мысленно перебирая в голове все классные места женского тела. Скорее всего, они с этой девочкой даже не совпали бы сейчас во мнениях. Самые классные места – не грудь и не попа. Самые классные – это крылья ключиц и ямочка между ними. И задняя сторона нежной шеи, там, где линия волос переходит в легчайший пушок, который убегает вниз по острым позвонкам. Это изгиб хрупкого плеча, и тугая волна бедра, и впадина живота, и…

— Лоб, — сдержанно подсказала Ульяна, в знак согласия с самой собой пару раз утвердительно качнув головой и тут же вскинув невинный взгляд сначала на обладательницу пятого размера, а затем переключившись на него самого. Эта маленькая язва уже второй раз его выручает, вот только по глазам непонятно, в чьих интересах она действует: в своих собственных, потому что заподозрила, что сегодня будет плохо спать, или всё-таки в его. Аня опустила голову, пряча расползающуюся улыбку, а Игорёк откровенно заржал:

— Чернов, я чё-та не понял…

Цепкий взгляд Вадима гулял по всем по очереди, Новицкая на смех Игорька отреагировала скупой улыбкой, но в целом возникало ощущение, что этот «высокоинтеллектуальный» диалог вызывает у неё живой интерес. Главное – молчит, а то ж она как выдаст иногда. Что там было? «Почему мы до сих пор с тобой не спали?». Без комментариев, что называется. Где там спутник-то её, кстати? Вроде же вместе пришли…

Спутник отирался у барной стойки, искоса поглядывая оттуда на компанию. И почему этот чувак не дает ему покоя?

— Классный вариант, м-м-м. Как тебе? — хмыкнул Егор, живо представляя себе собственные размашистые закорючки там, куда Уля только что предложила их поместить. Мрак. — Ладно, руку давай, а то сейчас маркер твой засохнет.

Девушка замялась, явно не торопясь выполнять просьбу, а между тем за её спиной уже собралось человек десять. И домой что-то очень резко захотелось.

— Ну, может… Ходят слухи, у тебя есть массажный стол…

«Да блядь… Слухи ходят?.. Дожили»

— Продал, — отрезал Егор.

Даже не вранье. Неделю назад действительно сбагрил его за десять тысяч. Последнее время глаза то и дело цеплялись за это «ложе разврата», а внутри росло раздражение вперемешку с расстройством. Отца давно нет, стол остался в память о нем, но этим летом мысли о том, что пора избавляться от данного предмета интерьера, стали назойливыми. Хотя, если рассуждать в таком ключе, нужно всю мебель выносить, и тогда останется в его квартире только кровать в родительской спальне.

Ульяна, продолжающая пристально следить за развернувшимся на глазах у всего честного народа противостоянием, встрепенулась, поджала губы, перевела взгляд на деваху и выдала: