Чтение онлайн

— Какой у тебя номер?

Он назвал цифры, и я быстро ввела их в свой телефон. Затем отправила ему свои данные, одновременно желая, чтобы мое сердце замедлилось, и укоряя себя за то, что чувствовала себя как легкомысленная школьница, которую пригласили на первое свидание.

— Я позвоню тебе во вторник утром. — Лиам улыбнулся. Он протянул руку и аккуратно заправил прядь волос мне за ухо, затем повернулся и вышел из кухни, оставив меня стоять среди грязной посуды, а мою кожу покалывало там, где были его пальцы.

Когда я почувствовала,

что мои ноги и руки достаточно окрепли, то поставила идеально испеченный яблочный пирог Нэнси на поднос, добавила кувшин с заварным кремом, несколько тарелок и ложек и присоединилась к остальным. Сара снова сидела за столом, и теперь рядом с ней устроился Зак. Они наклонились друг к другу, увлеченные разговором, язык их тела кричал о многом, чего я не хотела слышать. Я слишком быстро отпустила поднос, и он с грохотом ударился о стол.

Зак поднял голову.

— Здравствуйте, миссис Моррис.

Я пригладила волосы.

— Зак. — Мое лицо, должно быть, напоминало нечто среднее между нетерпеливым продавцом и психопатом с ножом. — Ты как раз вовремя для десерта.

— Круто, — отозвался Зак, повернувшись к Саре. — Мамин яблочный пирог уже надоел.

Я наблюдала, как они снова отгородились от всех. Возвращаясь к разговору, в котором никому, кроме них, не было места. Как долго я отсутствовала в комнате? И с каких пор эти двое наслаждаются обществом друг друга? Я притворилась, что заинтересовалась очередной историей Нэнси, мимоходом отмечая, как она коснулась руки Нэйта в третий раз менее чем за три минуты. Кивая и изредка издавая звук «угу», я слушала разговор между Сарой и Заком, стараясь не смотреть на них.

— Какую сенсацию готовишь для школьного бюллетеня в этом месяце? — спросил Зак, а когда Сара не ответила, добавил: — Давай, расскажи.

— Если хочешь знать, — ответила Сара, — речь пойдет о ЛГБТ в нашей школе.

— Правда? Почему? — удивился Зак, и я порадовалась, что он заговорил раньше меня. Иначе они бы заметили, как внимательно я прислушиваюсь к их словам.

— Потому что это важно! — заявила Сара. — Мы думаем, что это принимается, но это не так. Над людьми постоянно издеваются. Например, несколько недель назад одного мальчишку избили по дороге домой. Трое парней набросились на него, назвали педиком и чуть не отправили в больницу. — Ее голос стал громче, и я повернула голову, чтобы посмотреть на дочь, заметив, как покраснело ее лицо. Когда она увидела, что я смотрю, то быстро отвела взгляд, и понизила голос. — Это отвратительно.

— Верно, — проговорил Зак, — как твоя… девушка относится к тому, что ты пишешь об этом?

Девушка?

Сара удивилась не меньше.

— Прости?

Зак прочистил горло.

— Разве не поэтому ты делаешь эту статью? Потому что ты лесбиянка? Разве Клэр не твоя девушка?

— Клэр? Нет, — ответила Сара. — Но если бы она была, у тебя возникли бы проблемы с этим?

— Конечно, нет, — прошептал Зак. — Это же не мое дело? И у меня нет проблем с подобными вещами.

— С подобными вещами? — Я

украдкой бросила еще один взгляд. Сара откинулась на стуле и скрестила руки. — Хорошо, Зак, что бы ты сделал, если бы увидел, что парнишку обижают?

Он не колебался.

— Я бы это остановил. Или, по крайней мере, попытался бы. Я делал это раньше.

— Что ты имеешь в виду? — встрепенулась Сара. — Что случилось? Расскажи мне.

Зак засмеялся.

— Ты предвкушаешь историю? Ладно, я помог мальчишке в своей последней школе. Тринадцатилетнему. То же самое. Пара идиотов избивала его, потому что он был геем. Так что я дал им попробовать их собственное лекарство.

— Вау. — Сара затаила дыхание. — Это сработало?

— Да. — Он фыркнул. — И меня отстранили.

— Но это нечестно! — воскликнула Сара.

— Ну, — объяснил Зак, — по словам директрисы, я должен был попросить помощи у учителя.

— Но…

— Знаю. Как будто мне следовало бежать за учителем, пока из парня, который уже лежит на полу, выбивают все дерьмо. — Он снова фыркнул. — Я так не думаю.

— Что сказали твои мама и папа?

— Они спорили с директрисой, защищали меня…

— Ну, это здорово…

— но меня все равно отстранили на три дня. И после этого мне в шкафчик засунули записки. Угрозы и комментарии о том, что я любитель геев, и тому подобное дерьмо.

— Невероятно. Ты ведь не из-за этого переехал?

Зак хмыкнул.

— Глупости. У меня черный пояс по тхэквондо. На этом уровне они делают что-то за спиной, а не в лицо. Трусы.

— Могу я взять у тебя интервью по этому поводу? — спросила Сара. — Как следует, я имею в виду? Для статьи?

Я надеялась, что Зак откажется, но он ответил:

— Конечно. Я не против.

Когда они замолчали на минуту, я подумала, что разговор заглох, и Сара снова будет считать его идиотом, но потом Зак сказал:

— В следующем году я собираюсь поступать в Манчестерский университет. На факультет информатики.

— Круто, — согласилась Сара. — А я собираюсь стать журналистом.

— Неожиданно. А ты действительно геймер? Я имею в виду, настоящий.

— Да, настоящий. — Тон Сары снова стал возмущенным. — И что?

— Ничего, — тихо отозвался он, — это… круто. Необычно.

Я ждала, что Сара бросит ему вызов, потребует объяснить, что Зак имел в виду. Что она и сделала бы, если бы такое замечание высказала я. Но вместо этого она проговорила:

— Это из-за папы. Мы играли во всевозможные игры на Wii. «Чик Чик Бум» была моей любимой.

— Чик-Что? Никогда о такой не слышал, — удивился Зак.

— Ты никогда… — Сара отодвинула свой стул. — Пойдем. Я покажу тебе.

Мое сердце громко стучало, когда я смотрела, как они уходят, вспоминая эмоциональные американские горки, на которые прыгнула, когда была в возрасте Сары и мальчик проявил ко мне интерес. Нэйт сказал что-то о кофе, а я встала и скрестила пальцы, безмолвно молясь, чтобы Сара не начала прятать свой дневник где-нибудь еще.