Чтение онлайн

С другой стороны от меня женщины Райана столпились вокруг него, вереница призраков, притворяющихся богинями. Райан смотрит на меня. Он лишь кивает и становится впереди меня.

— Мы ищем воды жизни, чтобы закрыть Двери. — Его голос странно официален.

Похоже на то; как он благодарил Оуэна в больнице, говоря слова, которые надо сказать, а не которые ты хочешь сказать.

Зачем ты делаешь это? Зачем эти формальности, которые никому не нужны? Разве что когда-то они что-то значили. Может, они когда-то были важны и мы просто

забыли почему — и поэтому с нами случаются всякие происшествия вроде того с драконом в Куре, который пытался сожрать нас, потому что мы не выполнили какие-то дурацкие ритуалы, о которых даже не знали.

Есть ритуалы, которые должно исполнять в Загробном мире!

Почему Нарния не упомянула об этом, перед тем как мы покинули наше измерение?

Мумия говорит многоголосо:

— Я жажду общения. Вы желаете воспользоваться моим гостеприимством?

Аватары, как я заметила, полезны в критические моменты. Например, змеи Рокси шипят, все змеи, единым долгим шипением, которое становится все тише и тише, словно спустила шина. Женщины Райана колышутся, становясь все менее реальными и похожими на проекцию на дыме.

И мой аватар, что бы это ни было. Голубой, вот он какой. Голубой, сияющий, вокруг меня вспышки голубого и крылья, я внезапно чувствую их вес, который ничего не весит. Я делаю выдох, и вокруг меня закручивается внезапный ветерок, приподнимая мой хвост, забираясь под крылья, поднимая меня.

Все аватары ослабевают рядом с мумией. Кроме моего. Мумия хочет общения, она хочет кого? Равного? Кого-то достойного ее гостеприимства? Что бы ни было моим аватаром, оно думает, что пришло время бросить вызов, и больше никто этого не делает.

Что происходит, если ты просишь о гостеприимстве, которого ты недостоин?

Дерьмо.

Я ныряю в мысли Райана, вижу мысль, которая вот-вот облечется в слова, я вижу:

«Мы желаем воспользоваться вашим гостеприимством», и я уже бегу, когда слышу, как он произносит:

— Мы…

Я влетаю Райану прямо в спину. Он настолько захвачен врасплох, что пошатывается и изумленно смотрит на меня:

— Элли, что за черт?

— Заткнись! — говорю я, и не успевает он меня остановить, как я выступаю вперед и произношу: — Я хочу воспользоваться вашим гостеприимством.

Я не знаю, что мумия метнула в меня, но меня словно внезапно ударили в живот; я отлетаю назад по воздуху высоко, и долго падаю. Меня сейчас стошнит, если я не рассыплюсь на тысячи осколков сломанных костей, когда приземлюсь. Пол приближается, и я слышу крик Райана и выдыхаю…

Я вижу, как по моей коже бегут мурашки из синего света. Вокруг вихрится ветер, мои крылья ловят его, я парю. Я лечу. Я приземляюсь беззвучно.

Я чувствую удар, но он отнюдь не настолько силен, как мог быть. На самом деле мне как будто хочется танцевать. Я возвращаюсь к Райану и Рокси и становлюсь между ними. Рокси ругается, но скорее испуганно, чем раздраженно. Райан

просто пялится на мои крылья, словно хочет их потрогать. Может быть, позже.

Я бросаю взгляд на мумию.

— Это было не очень мило, — сердито говорю я, Калатурру-Кургарру смеется, и его смех эхом отражается в пещере:

Духи элементали защищают тебя. Ты, можешь воспользоваться моим гостеприимством.

Мумия медленно поднимает руки с коленей. Звук невероятно резкий, хотя, может, мне просто кажется, потому что звук очень земной, будто бумага шелестит или кожа трется, вовсе не похоже на то, как должна шуршать высохшая кожа мертвеца. Мумия отламывает свою левую руку и протягивает ее нам правой рукой.

Я выдуваю легкий ветерок и подлетаю к мумии. Вблизи она выглядит не такой зловещей. Скорее печальной. Жаль, что ей не с кем общаться. Я беру ее руку.

— Благодарю. К… Калатурру и Кур… Кургарру. — Я еле выговорила эти имена, но эта мумия одинока и она оторвала для нас собственную руку, так что самое меньшее, что я могу сделать для нее, — это хотя бы попытаться.

— Есть ритуалы, которые должно исполнять в загробном мире, — говорит мумия, и я серьезно киваю.

Рука в моей ладони сухая и хрустит, как будто может рассыпаться в любой момент.

Мое голубое сияние окружает ее. Пальцы сгибаются, издавая отвратительное похрустывание, и только указательный палец торчит. Он указывает на стену пещеры, украшенную золотом на золоте, но когда я присматриваюсь, то вижу дефект в металле, странную линию, которая изображает… о да, я вижу Дверь.

— Думаю, это путь домой, — говорю я через плечо.

Я поворачиваюсь, Рокси и Райан уставились на меня. Я показываю им язык. Иштар смеется, и напряжение спадает.

— Я не ожидал, что у тебя будут крылья, — говорит Райан.

— Я говорила тебе, что я не такая, как другие девушки, — ухмыляюсь я и иду к стене.

Стена начинает мерцать, словно золотая вода. Я крепче сжимаю руку и шагаю вперед.

Я оказываюсь в доме, судя по всему. Вокруг все в легкой голубовато-золотистой дымке. Я пару раз моргаю, прижимая руку к груди. Я совсем одна, и это не моя закусочная и не кинотеатр — в общем, не то место, где Двери имело бы смысл выпустить меня. Я…

Это мой дом; Я в своей старой спальне. Когда-то это было одно из моих любимейших мест в мире на самом деле. Она размером с закусочную, включая кухню, стены глубокого пурпурно-синего цвета. У меня была кровать под балдахином на четырех столбиках, потому что в детстве я хотела быть принцессой, а у принцесс именно такие кровати.

Мысленно возвращаясь в прошлое, я и была принцессой. Я жила в огромном Доме, который в другие времена мог сойти за замок. У меня было все, чего я хотела, даже не зная этого.