Следопыт
Шрифт:
Дез подошел, чтобы присоединиться к курящей компании. На мгновение он почувствовал себя немного неловко, нервно переминаясь с ноги на ногу, а потом сказал это.
— Трикки, приятель, не угостишь?
Никто не мог до конца в это поверить. Мы потеряли дар речи. Мы наблюдали, как он сделал пару неловких затяжек, а потом засипел и откашлялся. Он дергался, как парень, оседлавший одну из тех электрических лошадей для родео в зале аттракционов.
Трикки плакал от смеха.
— Йи-ха! — выдохнул он. — Оседлай их, ковбой!
—
Стив добавил:
— Но из тебя никогда не получится настоящий ковбой, если ты не умеешь обращаться с «Мальборо»!
Мы все раньше вступали в контакты. Все мы, даже Джо. Но никто из нас никогда не испытывал ничего даже отдаленно похожего на то, через что мы только что прошли. Мы неоднократно попадали в засады далеко в тылу врага, когда тысячи упорных иракских солдат и федаинов пытались оторвать нам головы. Мы никогда не ожидали, что вернемся живыми. И вот теперь мы обоссывались от смеха, когда Дез надрывал легкие из-за «Мальборо».
Джейсон запихнул немного еды себе в глотку и разжег таганок, чтобы приготовить чай. Пока он ждал, пока закипит вода, он достал свою карту. Мы разложили ее на капоте его «Лендровера». Теперь у нас обоих было ощущение срочности, потому что предстояла работа. Мы начали сравнивать записи, точно определяя, где находились основные иракские позиции. Мы определили серию шестизначных координат. Самым большим сюрпризом было то, насколько близко последний пункт засады находился к американской линии фронта. Судя по прикидкам, он должен был находиться менее чем в километре отсюда.
Я спросил у одного из морских пехотинцев, как пройти к его КП (командному пункту). Он указал на группу машин в 300 метрах к востоку от нас. Когда я начал идти, я понял, насколько полностью и бесповоротно измотан. Адреналин теперь вытекал из моих вен, уступая место сокрушительной, свинцовой усталости. Я бесшумно пробрался через спящих и вошел в американский командный пункт. Это было немногим больше чем брезентовое полотнище, натянутого между двумя «Брэдли», но даже в этот час здесь было оживленно.
Там была одна фигура, которую я сразу узнал. Это был командир роты «Чарли». Он уставился на меня, как на какое-то привидение. У него за плечом сидела пара парней, и они выглядели одинаково озадаченными.
— Дэвид, британский патруль Следопытов, — объявил я. — Помнишь? Мы немного повеселились к северу отсюда…
— Да, понял. — Он выдавил улыбку. — Приятно видеть, что не только мы, американцы, падаем духом и мараемся там. Так с чем ты пришел?
— Ну, мы только что проделали долгий путь на север по трассе № 7, почти до самого аэродрома Калат-Сикар. Мы попали в небольшую передрягу и снова пробились назад. Я подумал, что должен доложить вам о том, что мы обнаружили.
Все помещение погрузилось в тишину. Было слышно, как падает булавка. Эти ребята занимали самые передовые позиции Корпуса морской пехоты США
— Мы оказались в 40 километрах от аэродрома, — продолжаю я усталым, но деловым тоном. — В итоге, мы оказались в окружении противника, иракских регулярных войск, плюс федаинов. Продвигаться дальше на север не было никакой возможности, поэтому мы решили вернуться тем же путем, которым пришли. По пути мы попали в серию засад, каждая из которых соответствовала крупной иракской позиции.
У морских пехотинцев глаза были как блюдца. Они явно думали, что мы какие-то пуленепробиваемые сумасшедшие из «Безумного Макса» и «Джеймса Бонда». Либо это, либо мы принимали какие-то серьезные наркотики. Похоже, они никак не могли смириться с тем фактом, что мы забрались так далеко на север и вернулись обратно, не будучи уничтоженными. Один из парней передал мне кофе, другой — шоколад «Херши». Но в основном они смотрели на меня в ошеломленном молчании.
— Если вы продвинетесь отсюда еще дальше, вот с какой силой вы столкнетесь, — сказал я им. — Они занимают хорошие, окопанные и обложенные мешками с песком оборонительные позиции. У них есть бункеры, траншеи, ходы сообщения, ведутся работы. У них есть стрелковое оружие, гранатометы, РПГ, какая-то большая четырехствольная зенитная установка и одному Богу известно, чего еще мы не видели. Мы полагаем, что каждая из этих позиций соответствует численности личного состава роты, а может быть, и больше.
Я взглянул на майора и его людей и смог прочесть мысли в их глазах. Это был какой-то кошмарный сон. Битва за Насирию была далека от завершения: прямо перед ними находились еще тысячи бойцов на хорошо замаскированных, хорошо оборудованных оборонительных позициях, и они явно были готовы к бою. По численности эти иракские войска, регулярные солдаты плюс федаины, были намного больше, чем войска, которые остановили корпус морской пехоты в Насирии и обошлись им так дорого.
Я решил, что пришло время сообщить майору хорошие новости.
— Несмотря на то, что нам не удалось достичь цели нашей миссии, мы обнаружили несколько иракских позиций по пути следования. Мы можем предоставить вам координаты для каждой из них.
Я увидел, как лицо майора просветлело. Мы склонились над картами. Я рассказал ему о каждом месте засады и высказал свое лучшее предположение относительно того, каковы силы противника в каждом из них. В точке первой засады, самой северной точке атаки, мы с Джейсом рассчитали, что там был батальон иракских войск плюс 200 человек из отряда охотников-федаинов.